Руссо и Революция - Уильям Джеймс Дюрант

предложением о перемирии. Тот согласился, и в Губертусбурге (близ Лейпцига) 5–15 февраля 1763 года Пруссия, Австрия, Саксония и немецкие князья подписали договор, положивший конец Семилетней войне. После пролития крови, дукатов, рублей, талеров, крон, франков и фунтов стерлингов на континенте был восстановлен status quo ante bellum: Фридрих сохранил за собой Силезию и Глац, Везель и Гельдерланд, эвакуировал Саксонию и обещал поддержать кандидатуру сына Марии Терезии Иосифа в качестве короля римлян и, следовательно, будущего императора. При заключительном подписании помощники Фредерика поздравили его с «самым счастливым днем в вашей жизни»; он ответил, что самый счастливый день в его жизни будет последним.67

Каковы были результаты войны? Австрия навсегда потеряла Силезию и получила военный долг в размере 100 000 000 экю. Престижу австрийских правителей как традиционных носителей императорского титула был положен конец; Фридрих имел дело с Марией Терезой как с правительницей Австро-Венгрии, а не Священной Римской империи. Немецкие князья империи теперь были предоставлены сами себе и вскоре подчинились прусской гегемонии в Рейхе; власть Габсбургов упала, власть Гогенцоллернов возросла; дорога для Бисмарка была открыта. Патриотизм и национализм стали мыслить категориями Германии, а не каждого гордого отдельного государства; немецкая литература получила стимул к «Буре и натиску» и возвысилась до Гете и Шиллера.

Швеция потеряла 25 000 человек и не приобрела ничего, кроме долгов. Россия потеряла 120 000 человек в сражениях, лишениях и болезнях, но вскоре восстановит их; она открыла новую эру в своей современной истории походом на запад; раздел Польши теперь был неизбежен. Для Франции результатом стали огромные потери в колониях и торговле, а также почти полное банкротство, которое еще на шаг продвинуло ее к краху. Для Англии результаты оказались более значительными, чем осознавали даже ее лидеры: контроль над морями, контроль над колониальным миром, создание великой империи, начало 182-летнего господства в мире. Для Пруссии результатом стало территориальное опустошение, тринадцать тысяч домов в руинах, сто городов и деревень сожжены дотла, тысячи семей выкорчеваны; 180 000 пруссаков (по оценке Фредерика68) погибли в бою, в лагере или в плену; еще большее число умерло от недостатка лекарств и продовольствия; в некоторых районах только женщины и старики оставались обрабатывать поля. Из 4 500 000 человек, составлявших население в 1756 году, в 1763 году осталось только 4 000 000.

Теперь Фридрих был героем всей Германии (кроме Саксонии!). Он с триумфом вошел в Берлин после шестилетнего отсутствия. Город, хотя и обездоленный, с каждой семьей в трауре, сиял иллюминацией, приветствуя его, и прославлял его как своего спасителя. Железный дух старого воина был тронут: «Да здравствует мой дорогой народ!» — воскликнул он. «Да здравствуют мои дети!»69 Он был способен к смирению; в час поклонения он не забывал о многочисленных ошибках, совершенных им как генералом — величайшим из современных генералов, за исключением Наполеона; и он все еще мог видеть тысячи прусских юношей, кровавой смертью которых была оплачена Силезия. Заплатил и он сам. Сейчас ему был преждевременный возраст — пятьдесят один год. Спина согнута, лицо и фигура худые и осунувшиеся, зубы выпали, волосы поседели на одной стороне головы, кишечник мучили колики, понос и геморрой.70 Он заметил, что теперь его место — в доме для престарелых инвалидов.71 Он прожил еще двадцать три года и пытался искупить свои грехи мирным и упорядоченным правлением.

В политическом плане главными результатами Семилетней войны стали возвышение Британской империи и становление Пруссии как первоклассной державы. В экономическом плане главным результатом стало продвижение к промышленному капитализму: эти гаргантюанские армии были славными рынками для массового потребления товаров массового производства; какой клиент может быть более желанным, чем тот, который обещает уничтожить купленный товар при первой же возможности и заказать еще? В моральном плане война способствовала пессимизму, цинизму и моральному разладу. Жизнь стоила дешево, смерть была неминуема, страдания были в порядке вещей, грабеж был допустим, удовольствие следовало получать везде, где только можно было его найти. «Если бы не эта кампания, — писал Гримм в Вестфалии в 1757 году, — я бы никогда не понял, как далеко могут завести ужасы нищеты и несправедливости человека»;72 А ведь они только начинались. Страдания как помогали, так и мешали религии: если меньшинство было обращено к атеизму суровой реальностью зла, то большинство было обращено к благочестию необходимостью верить в конечный триумф добра. Реакция на религию вскоре наступила во Франции, Англии и Германии. Протестантизм в Германии был спасен от уничтожения; вероятно, если бы Фридрих проиграл, Пруссия пережила бы, как Богемия после 1620 года, принудительное восстановление католической веры и власти. Торжество воображения над реальностью — один из юморов истории.

КНИГА II. ФРАНЦИЯ ПЕРЕД ПОТОПОМ 1757–74

ГЛАВА III. Жизнь государства

I. ХОЗЯЙКА УЕЗЖАЕТ

ММЕ. Де Помпадур оказалась в числе жертв войны. Некоторое время очарование ее личности держало короля в плену, пока народ оплакивал ее; но после попытки убийства Дамьена (5 января 1757 года) Людовик XV, внезапно осознав себя Богом, послал ей весточку, что она должна немедленно уехать. Он совершил гуманную ошибку, придя попрощаться с ней; он нашел ее тихо и печально упакованной. Какая-то уцелевшая нежность одолела его, и он попросил ее остаться.1 Вскоре все ее прежние привилегии и полномочия были восстановлены. Она вела переговоры с дипломатами и послами, поднимала и опускала министров и генералов. Марк-Пьер де Вуайе, граф д'Аржансон, противостоял ей на каждом шагу; она пыталась умиротворить его и получила отпор; она заменила его аббатом де Бернисом в качестве министра иностранных дел, а затем Шуазелем (1758). Сохраняя нежность к родственникам и королю, она противостояла всем остальным со стальным сердцем в больном каркасе. Некоторых врагов она отправила в Бастилию и позволила им оставаться там в течение многих лет.2 Тем временем она свила гнездо, украсила свои дворцы и заказала для себя величественный мавзолей под Вандомской площадью.

Она несла в народе, в парламенте и при дворе главную вину за поражения Франции в войне, но не получала заслуг за победы. На нее возложили ответственность за непопулярный союз с Австрией, хотя она играла в нем лишь