Акула пера в мире Файролла. Два огня - Андрей Васильев

Буду ждать вас завтра, часов шесть пополудни в духане Кривого Ибрагима, что в городе Селгаре.

Посидим, покушаем, может даже и споем — это же Восток, а мы с вами не враги. Наверное.

P. S. — Обычно я занимаю стол на втором этаже — там уютнее'

Раньше мне было с ним встречаться не резон — на сегодня у меня другие планы, а завтра утром я уж точно не смогу. Завтра утром у меня работа. Кстати — надо еще узнать у моих работодателей что они думают по этому поводу? Я удаленно работать не хочу. И в четырех стенах мне сидеть надоело, я тут скоро свихнусь.

Ладно, это все и еще кое‑что я выясню после того, как из игры выйду, а стало быть, только после того, как закончу топорный квест. В смысле — квест с топором. О, каламбур, и неплохой. Пять копеек.

Ворота в подземелья замка были открыты, обе створки. Тут, в Пограничье вообще в большинстве мест коммунизм — народ не слишком‑то запирается. Но некоторая логика в этом есть — свои воровать не будут, а чужие дверь так и так вынесут — плечом ли, топором…

— Меня всегда забавляло то, что независимо от размера надземного строения подземелье под ним будь здоров какое — сообщила мне Кро, заглядывая за дверь — И еще в них всегда все видно. Нет в этом здорового реализма. Или факелы понатыкают вечногорящие, или слизь по стенам какая будет.

— Не всегда — не согласился с ней я, вспомнив некоторые свои похождения — Пошли помаленьку, чего ждать?

Но, надо признать, определенный резон в ее словах был — и помещение под замком было немаленькое, и факелы тут тоже наличиствовали, они горели неугасимым огнем, нарушая все возможные нормы противопожарной безопасности.

Воздух в подземелье был неожиданно сухой и теплый, без примесей гнили или тления, которые обычны для подобных помещений.

— Пошли по правой стороне — сразу сказала Кро — Раньше или позже придем куда надо.

— Резонно — признал я, и мы двинулись вдоль каких‑то стеллажей с коробками, огромных размеров бочек, надо думать с элем или вином, титанических размеров окороков, висящих на толстых веревках.

— И чего народ осады опасался? — Кро качнула один окорок, владельцем которого при жизни, наверное, был мамонт — С таким количеством припасов тут можно год жить.

— Да ну ее, эту осаду — я трижды сплюнул — Не хватало еще.

— А я бы вписалась — не согласилась со мной Кро — Не поверишь — ни разу в ней не была. Штурмовать — штурмовала, а вот обороняться не довелось.

Как ребенок, честное слово.

Мы шли и шли, держась правой стены, и время от времени натыкаясь на разные забавные вещи, которые нас забавляли или даже удивляли. Например — на чучело огромного медведя с еле различимой намалеванной на нем цифрой '100' или на немаленьких размеров ложку, к которой почему‑то была приделана пружина. Мало того — именно на ней ложка и свисала с потолка.

— Сюрреализм — прониклась Кро, толкая ложку пальчиком — Это сколько ж надо было выпить?

— Может — квестстартер? — предположил я — Может это не просто ложка, а какая‑нибудь… Ну, я не знаю… Мега — ложка?

— Бред — и Кролина двинулась дальше.

Назир, как видно, тоже ничего подобного никогда не видел, он как‑то криво усмехнулся, тоже качнул странное устройство, покачал головой и поспешил за нами.

Попадались нам и двери, но они все были не те. Одна из них, окованная сталью, была открыта и вела куда‑то вниз, другая закрыта, но тоже явно не подходящая нам — она была деревянная. И ключ к ней не подошел, я попробовал на всякий случай ее открыть.

— Надо будет потом здесь отдельно пошарится — заметила Кро, побарабанив пальчиками по темному от времени дереву — Чую, много тут всякого интересного есть.

Она выдала, было, напоследок заковыристую дробь, и даже отпрыгнула в сторону, когда с той стороны двери кто‑то повторил ее в точности так же.

— Это кто? — я чуть ли не впервые увидел, что Кролина испугалась — А?

— А я откуда знаю? — мне страшно не было, но неприятная дрожь по спине пробежала.

С той стороны кто‑то еще пару раз тихонько стукнул по двери и затих.

Тихонько прошуршали сабли, которые извлек из ножен максимально сконцетрировавшийся ассасин. Он явно насторожился.

— Вроде все — тихонько сказал Кро — Пошли отсюда, а?

Как раз в этот момент дверь сотряс мощный удар — тому, кто был с той стороны, попусту барабанить надоело. Судя по всему, ему захотелось более тесного общения, и, возможно, перекуса.

— Пошли — пошли — пошли — Кролина явно не была немерена ждать, что окажется крепче — дверь или тот, кто был с той стороны — Ну его нафиг. У нас дело есть.

И она припустила по коридору, сообщив напоследок тому, кто пытался выбраться наружу -

— Ну, подожди, неведома зверушка, я к тебе еще вернусь.

И ведь вернется, я ее знаю.

Дверь, которая нам была нужна, нашлась минут через пять, когда я уже начал жалеть, что не прихватил с собой хотя бы этого самого Майло.

— Она — уверенно сказала Кро, хотела была постучать пальчиком по тускло блестящему металлу, но передумала.

— Она — согласился с ней я, обозревая массивную кирпичную арку над дверью — На совесть сделано, как не крути.

— Ни туда, ни оттуда — Кро присела на корточки — Вот и замочная скважина. Давай, открывай.

Я почесал затылок.

— Слушай, а не переоцениваем мы себя? — поделился я с девушкой своими опасениями, которые меня одолевали с момента спуска в подземелье — Может, надо было с собой народу побольше прихватить? Ну, не из клановых, конечно, но есть же бухгалтера Юра, рыцари…

— Нас трое — неожиданно сказал Назир — Мы справимся. Там же неживые, если их можно одолеть — мы их одолеем. А если нет — то неважно, сколько нас будет.

— Не слишком внятно сказано, но смысл верный — Кролина подмигнула снова замолчавшему ассасину.

— Не знаю, не знаю — я всунул ключ в замок — Ладно, зола. В самом пиковом случае нас там положат, что не слишком‑то и критично — вещи наши отсюда никуда не денутся. Вернемся с народом и заберем их. И все тут по кирпичику разберем.

— А? — Кро глазами показала на Назира.

— Да и ладно — если честно, ассасин был хоть и полезен в определенном смысле, но порядком мне поднадоел тем, что все время мотался за моей спиной. До чего ведь дошло — если мне надо было куда‑то смотаться одному, то приходилось чуть‑ли не прятаться от него. Это — ненормально.

Ключ трижды провернулся в скважине, замок щелкнул, и я толкнул дверь от себя.

— Лестница — сразу сунула нос внутрь Кролина — Вниз ведет.

— А ты хотела, чтобы она вела наверх? — съязвил я — Понятное дело, что вниз. Погоди, дай я дверь прикрою, от греха.

Надо заметить — лестница оказалась длинной. И крутой, в одном месте я чуть не навернулся.

— Интересно, а что будет, когда она кончится? — Кро вгляделась в темноту пролета — Как думаешь?

— Кукольный театр, деревянный парнишка, свихнувшийся на поисках клада и экс — шарманщик, который варит баранью похлебку — иногда Кролина задает вопросы, совершенно не имеющие ни то, что логического, а даже просто хоть какого‑то практического смысла — Призраки там будут, в каком‑то антураже. И нам с ними придется как‑то договариваться о сотрудничестве.

— Я про антураж и говорю — возмутилась Кролина — Он тут не повторяется. Собственно, это мне и нравится в игре.

Надо отметить — частично Кро оказалась права. Частично — это потому, что антураж оказался совсем уж нестандартным. Но не скажу, что мне это понравилось.

Перво — наперво, как лестница кончилась, мы услышали громкую ругань. За поворотом бранились, отменно сквернословя, два старика, судя по голосам. Один обвинял другого в том, что тот жульничал, тот умело отбрехивался.

— Ты кидаешь с подвывертом — доносилось до нас — Я тебе сейчас нос откушу!

— Попробуй!

— А вот и попробую!

Что‑то грохнуло, зазвенело и затрещало.

— Это точно призраки? — засомневалась Кролина — Я как‑то раз на Гоголевском бульваре видела, как дедушки — шахматисты спорили. Очень похоже было на вот это.

Я ничего ей не ответил, поскольку уже давно пришел к простому выводу — здесь может быть все. Вообще все, ну, кроме, пожалуй, только ядерного оружия. Хотя… Великий Дракон был скорее всего его местным аналогом.

Да и вообще, я особо и не сомневался уже в том, кем вся эта круговерть придумана и почему она такая, какая есть. И если я все‑таки прав — то это будет забавно. Кто‑то это мог счесть страшненьким, кто‑то невозможным, особо мнительные и эмоциональные люди могли, путаясь в ногах, побежать в храм божий свечки ставить. А как по мне — пустое все это, если уж я ввязался в эту свистопляску — буду крутиться в ней, выбора уже нет. Понять бы только до конца — зачем это все нужно? И каково мое место в этой пищевой цепочке.

Впрочем, это все лирика. Надо глянуть, кто это там, за поворотом, сопя и матерясь, дерется.