Сумрачный лес - Каролина Роннефельдт

Звентибольд схватил фонарь и трость, спрыгнул на тропинку и исчез из виду. Они услышали, как он приземлился на мягкий песчаник, и вскоре вслед за ним спустились Карл-ман, затем Гортензия и, наконец, старик Пфиффер.

– Смотрите, кто нас встречает, – воскликнула Гортензия, пока Одилий искал среди корней и веток удобное для спуска место.

Звентибольд указывал себе под ноги: на пятачке лунного света сидел Рыжий Райцкер, и его пушистая шерсть пламенела медью в сиянии небесного светила.

– О, Райцкер, мой добрый друг! Я думал, конечно, что ты догонишь нас позже. Но ты ведь тоже не любишь спускаться в темноту один? – сказал Одилий, с радостью склонившись над котом и почесав его за ушами.

В ответ на ласку Рыжик потерся головой о руку хозяина.

– И что теперь? – спросил Звентибольд, глядя по сторонам, будто сама тропинка могла дать ответ.

– А теперь нам туда. – Пфиффер указал на вторую изгородь. – Но давайте на всякий случай пройдемся туда-сюда по тропинке, вдруг в нескольких шагах отыщется след Бульриха? Разделимся и осветим тропинку и стену, а если ничего не найдем, то вернемся сюда и отправимся… к темным деревьям.

Даже Одилию было трудно произнести «Сумрачный лес» в ту минуту, когда они собирались сойти с защищенной живой изгородью тропы.

– Мы с Карлманом пойдем направо, – продолжил он, – а Гортензия и Звентибольд посмотрят, нет ли чего слева. Но только не отходите далеко, мы должны видеть друг друга. Пойдем, Райцкер, котик мой, пойдем!

Они разошлись, а напоследок Гортензия велела Карлману, чтобы тот держался поближе к Одилию. Круги света от фонарей медленно поплыли в разные стороны – квендели осторожно освещали себе путь: Одилий и Карлман шли к Вороньей деревне, а Гортензия с Биттерлингом – к деревянному мосту, пересекавшему реку Сверлянку ниже сторожки Краппа.

– Бесполезно. Здесь ничего нет, – вскоре разочарованно признал Биттерлинг.

– Неважно, – ответила Гортензия. – Этого следовало ожидать, зато мы не упустили ничего существенного. А теперь давайте вернемся.

Развернувшись, они увидели два мерцающих вдалеке фонаря. Тропинка вдоль изгороди слегка поворачивала к северу, огибая Зеленый Лог, и Одилий с Карлманом исчезли за поворотом. Очевидно, они ушли дальше, чем собирался старик Пфиффер, потому что свет их фонарей лишь призрачно мелькал между кустами, а когда они освещали землю, то совсем прятался за стеной.

– Может быть, они нашли следы? – высказал догадку Звентибольд. Он постарался, чтобы в его голосе прозвучал проблеск надежды.

– Возможно, – ответила Гортензия. Она вдруг остановилась и схватила его за руку. – Смотрите, они разделились… Один из них забрался на вторую стену. Вон там, видите, слева светится огонек?

Биттерлинг проследил за вытянутым указательным пальцем Гортензии и действительно обнаружил огонек далеко на левой стене, среди ветвей. Интересно, почему Одилий и Карлман разделились, тем более разошлись на несколько шагов?

– Клянусь всеми опятами! – возмущенно воскликнула Гортензия. – Я искренне надеюсь, что там на стене Одилий и что он не отправил по глупости мальчишку одного разведывать дорогу! Он знает, что я обещала Бедде!.. Елки-поганки, это моя вина! Я должна была остаться с Карлманом, а не отпускать его со старым скрытным болваном!

Она бросилась бежать. Звентибольд поспешил за ней, и они вместе помчались по тропе. Тем временем фонарь на стене замер – тот, кто стоял там, явно дожидался остальных. Чуть дальше, среди кустов, блуждал второй фонарь, свет его медленно приближался.

– Карлман, это ты там, на стене? – крикнула Гортензия, немного не добежав до того места, где на стене мерцал свет.

– Нет, – прозвучало со стороны второго фонаря. Это был голос Карлмана. – Я здесь, внизу, с Одилием. А разве не один из вас двоих залез туда?

Гортензия и Звентибольд остановились так резко, словно врезались в невидимую преграду. Одилий и Карлман тоже остановились – их огни замерли и больше не приближались. Свет на стене не двигался, по-прежнему сияя среди ветвей.

«Ведь он ничего там не освещает, – подумалось Биттерлингу, – этот свет вообще не светит, если можно так сказать. И я не вижу ни фонаря, ни того, кто его держит».

Странное сияние исходило от белого шара с искрящимися краями – выглядело это так, будто бы кто-то прожег дыру в темноте. По спине Биттерлинга пробежал холодок. Ему показалось, что он узнал это мерцающее пятно света. Оно было таким же, что и над скамейкой под липой, но намного ярче.

– Стойте! Больше ни шагу! – донеслось до них предупреждение Одилия.

– Там ничего нет, – храбро заявила Гортензия и, крепче сжав дедушкину трость, сделала два решительных шага вперед. – Кто там? Это ты, Бульрих?

Ей никто не ответил. Лишь ветер тихо прошелестел в ветвях, играя с листьями. Биттерлингу показалось, что свет стал немного ярче.

– Что это? – прошептала Гортензия и остановилась. – Может быть, оттуда кто-то наблюдает за нами или где-то в ветвях висит потерянный фонарь? Но я никого не вижу! Клянусь священными грибными кольцами, это очень жутко… Такого не может ни один квендель…

– Там, – прошептал стоящий рядом с ней Биттерлинг, – нет никого живого. Это просто холодный серебряный свет, и он мне ничуть не нравится.

В это мгновение откуда-то с ветки над ними сорвался лист и по плавной спирали полетел вниз. Вздрогнув, они увидели, как лист попал в эту странную световую дыру и просто исчез в ней.

– Клянусь всеми лесными духами, вы это видели? – ошеломленно произнесла Гортензия. – Листок исчез… Коснулся сияния и пропал!

– Да, но так не бывает, – ответил Звентибольд. – Пойдемте к остальным, пока не случилось чего похуже.

Он потянул ее за руку. Пройдя несколько шагов, они увидели, что к ним приближаются фонари Одилия и Карл-мана. Звентибольд и Гортензия бросились к ним, время от времени тревожно оглядываясь. Им было страшно оставлять за спиной висящий в воздухе мерцающий шар, хоть он и не двигался. Биттерлинг предпочел бы идти задом наперед, чтобы не спускать глаз со странного сияния, но боялся оступиться.

Сквозь прореху в живой изгороди Гортензия заметила, что луна уже клонится к горизонту. Скоро она коснется верхушек деревьев, и мерцающий шар над изгородью, будто ее маленький устрашающий двойник, осветит землю.

– Вы знаете, что это? – шепотом спросил Биттерлинг старика, едва они встретились.

Гортензия потянулась к Карлману и схватила его за руку, хоть и заметила, что он сопротивляется.

– Как по мне, ничего удивительного, – прошептал в ответ Одилий. – Мы уже познакомились с ним сегодня, а теперь оно появилось здесь.

– Оно? – изумленно переспросила Гортензия. – Что вы имеете в виду? Я никогда не видела ничего подобного, а вы говорите так, будто знаете, что это такое.

– Я знаю старые истории, – ответил Пфиффер. –