Скажи это сердцу - Никола Марш

– Но…

– Эта ночь первая.

Не хочет ли он сказать… Невозможно!

Приблизившись к ее лицу, как будто собираясь вновь ее поцеловать, Ник прошептал возле самых ее губ:

– Это твоя комната, Рыжая. Твоя воплощенная фантазия. Ты же понимаешь, я никогда бы не смог отдать ее кому-нибудь другому.

Сердце Британи буквально затопила любовь к этому невероятному человеку. Она любила его всем своим существом, но демоны сомнения не отступали, нашептывая в ухо: она очень рискует.

И пусть сегодня она сделала первый шаг к тому, чтобы понять и простить своего отца, именно его отношение к ней превратило Британи в ту женщину, какой она стала: сильную, независимую, решившую больше не доверяться кому-либо.

Да, это комната ее мечты, ее воплощенная фантазия. А ее брак? Не является ли он тоже ее фантазией, зыбкой и ненадежной?

– Зачем, Ник? Ведь ты даже не был уверен в том, что я когда-нибудь ее увижу?

Ник пожал плечами, выражение его лица стало каким-то даже робким.

– Когда у тебя ничего не остается, надежда – сильная мотивация, Рыжая.

– Ты надеялся, что я вернусь?

– Я рассчитывал на это. – От его смущенной улыбки пульс Брит участился. – Я приходил иногда сюда, чтобы подумать.

– Но я вернулась только из-за работы и замуж за тебя вышла потому, что это было выгодно нам обоим. Как ты мог надеяться, что я когда-нибудь увижу все это?

– Ты не могла не вернуться, Брит. Это судьба.

– Я не верю в судьбу.

В последние десять лет Британи сама выстраивала свою жизнь. А судьба-то как раз часто поворачивалась к ней спиной, и она утратила веру в нее давным-давно.

Улыбнувшись, Ник протянул ей руку:

– Это во мне говорит итальянец. Мы верим в высшие силы. – Он потянул ее вверх, помогая подняться, и Брит оказалась в его объятиях, чувствуя, что тоже начинает в них верить. – А еще я верю в нас.

Британи хотелось навечно остаться в этом мгновении, забыться в своей воплощенной фантазии, но здравый смысл не позволял. Завтра она уедет, даст Нику возможность разобраться в себе и понять, что этот брак значит для него.

– Десять лет назад ты не верил, если позволил мне уехать.

В ответ Ник крепче прижал Брит к себе.

– Я был молодым идеалистом, а вернее, дураком. Позволь показать тебе, как много ты для меня значишь, Рыжая.

– Ты не должен…

Он обрушил на ее губы поцелуй, пресекая всякие возражения и здравые доводы. И Брит задрожала, когда поцелуй стал глубже, язык Ника скользнул в глубь ее рта и соприкоснулся с ее языком, а его руки стали развязывать пояс ее платья с запáхом. Оно с тихим шелестом упало на пол, обнажая тело Брит и отдавая его во власть рук Ника. Эти руки обжигали ее плечи, скользили по бедрам, а потом проникли под резинку трусиков и устремились к заветной цели.

Брит со стоном приникла к Нику, прижалась изо всех сил, ее желание затмило все сомнения и колебания.

Разве можно было о чем-то думать, когда он ласкал самые сокровенные и чувствительные ее местечки, незаметно увлекая и подталкивая Брит к кровати.

Он уложил ее, продолжая играть на струнах ее тела, как опытный музыкант, заставляя снова и снова исполнять на бис арии из стонов и вскриков.

Ник удерживал ее на краю, не давая взлететь, терзая ласками, пока она не вцепилась в его бедра и не выгнула спину, откровенно требуя вожделенного, окончательного наслаждения.

– Ник, пожалуйста…

– У нас впереди вся ночь. – Он ускорил темп, его большой палец творил что-то невообразимое с ее чувствительным бугорком, и Брит наконец сотряслась в экстатическом спазме долгожданного высвобождения.

Она еще не успела перевести дыхание, а обнаженный Ник уже придавил ее своим телом и, скользнув внутрь, задвигался напористо и требовательно.

Еще минуту назад апатичная и опустошенная, Брит почувствовала, как снова возрождается, как новая волна ощущений подхватывает ее. На этот раз они вместе достигли пика, и их триумфальные вскрики огласили ночь. А потом наступила тишина.

Брит уехала.

Ник понял это в то самое мгновение, как проснулся, еще не открыв глаза.

Она была частью его. Всегда была. Ник не шутил, когда рассказывал Брит об этой комнате и своей надежде на то, что она когда-нибудь вернется.

Все рано или поздно возвращаются домой, к своим истокам – он верил в это. Для него Британи всегда была единственной женщиной, и вот теперь она стала его женой, они любят друг друга… Он больше ничему и никому не позволит помешать им!

Тогда почему он сейчас лежит здесь один, а она летит в самолете на другой конец света?

Он не позволит ей снова уйти.

Но он не сможет вернуть ее, не отпустив. Удерживать, контролировать – ничего из этого не поможет. Ник слишком хорошо понимал ее целеустремленность и амбициозность, знал, что ею движет, ведь та же жажда успеха двигала и им.

Тогда почему его обуревает страх, что она уехала навсегда?

Этой ночью они так ничего и не решили. Он собирался и поговорить тоже, но его намерения пошли прахом, потому что этой ночью он мог только снова и снова заниматься с ней любовью. Когда это происходило, все тревоги и сомнения отступали прочь, и они, обессиленные, провалились в сон уже под утро.

Он обязательно должен увидеть Брит до отлета, убедиться, что она поверила в глубину его чувств.

Надев рубашку и даже не потрудившись застегнуть пуговицы, Ник ринулся к двери и уже коснулся ручки, когда его взгляд уловил какой-то блеск на столике в прихожей.

Его сердце на мгновение перестало биться.

Этого не может быть!

В солнечных лучах сверкнуло ее обручальное кольцо. Зажав его в руке, Ник почувствовал ожог, словно он сжал горячий уголек.

Значит, что бы ни происходило прошлой ночью, он больше не нужен Брит.

Ну нет! На этот раз он не сдастся без боя!

Глава 15

Весь двадцатичетырехчасовой перелет до Лондона отсутствие кольца на безымянном пальце не давало Британи покоя.

Правильно ли она поступила?

Заставив себя прекратить то и дело касаться незагоревшей, какой-то обнаженной полоски на пальце, она скрестила руки на груди.

Теперь вместо пальца ей захотелось потрогать лоб, не высечена ли там большая буква «Т», означающая «трусиха». Ведь именно ею она и оказалась, если в припадке какого-то безумия, пока Ник спал, она, уходя, решила снять с пальца и оставить на столике свое обручальное кольцо.

Последняя ночь все в ней перевернула.

Британи не верила словам, она ждала поступков, и Ник в полной мере продемонстрировал ей, насколько он хочет сохранить их брак, как любит ее. Каждой лаской, каждым своим признанием и поцелуем он доказывал ей свою любовь.