Листы дневника. В трех томах. Том 3 - Николай Рерих

Получен пакет от Музея Современного Искусства. При каждой такой получке, думается, как правильна была программа нашего Музея. Только некультурность и преступность Хоршей все исказила. Что делается в грабительском стане? Зорко следите за этой бандой! Сейчас принесли доброе письмо Зины от 4 до 6 Января. Именно так, бодро и несломимо, нужно преодолевать все крепколобия и своекорыстия. Развивайте АРКА — она принесет и хороших сотрудников. Радостны сведения из Индианапольского Института. Может быть, они хотели бы и приобрести что-нибудь. Местные жители могли бы узнать и направить. Дело Дедлея и должно было решиться так, как оно и вышло. В Канаде давно была хорошая группа — у нас была переписка. Показательно, если и пожарные приходят за книгами.

Неисповедимы пути! Конечно, в "М.О." будет сзади повторена страничка с перечнем всех прочих книг на разных языках. Если следователь побывал у Фр.[52], то почему он не был у Вас? Будем рады получить бумагу АРКА, журнал и газеты. Несомненно, многое печатается, но только трудно узнавать. Итак, в добрый, бодрый путь!

18 февраля 1943 г.

Публикуется впервые

О будущем

До чего хочется сделать что-то на пользу русского воинства, Русского Красного Креста, русского народа! Давали мы индийскому Красному Кресту. Давали — на самолеты. Все это ладно, но хочется и в Индии устроить что-то полезное для русской победы. Дали мы четыре больших картины — две моих и две Светика[53], которые должны дать не менее двадцати тысяч рупий. Кроме того, цветных воспроизведений на 1300 рупий, каталог, входная плата и значительная часть с продажи — все это должно дать не менее тридцати тысяч. Только даже и в дни русских героических побед в Дели не любят все русское. А может быть, кто-то и гримасничает, слыша о победах. Много говорили о пятой колонне, "но где она гнездится?" Каковы ее намерения?

Святослав телеграфирует: "Выставка должна быть отложена". Значит, он натолкнулся на непреоборимые трудности. Чуяли мы, что в Дели неладно. В Лондоне будут устраивать трехдневный национальный праздник. Будут флаги и речи и слова, слова и слова. В Австралии тоже национальный праздник в честь русского воинства, но в Дели будет глухо и немо.

Святослав хотел дать отличное радио, посвященное 23 Февраля. Удастся ли? Столько подводных камней! Всякие сэры-гарбачи изрыгают исподтишка злую слюну. А ведь как Святослав старался устроить что-то хорошее во славу русскую!

Сейчас от него вторая телеграмма о том, что подобная выставка может быть устроена в Бомбее в Июле. Кто знает, может статься такое решение — наилучшее. Видимо, в Бомбее нашлись деятельные друзья. Увидим.

Время смятенное. В Пуне умирает в заточении Ганди. Подумайте, Ганди — совесть Индии кончается в заточении! Голодовка, слабость сердца, уремия — долго не выдержит. Какая легенда останется! Недаром говорили, что мертвый Ганди страшнее для Англии, нежели живой. Тяжко думать о конце Ганди. Такое же гнетущее чувство было, когда уходил Толстой. Переворачивалась страница истории. Уходит народная совесть, а когда она опять кристаллизуется в ком-то? Честный человек покидает землю, а много ли их — таких честных? Много ли таких самоотверженных?

Слушаем каждое радио. Русские победы перевернули великую страницу истории. Ганди — тоже страница истории. Многое решается. Лагорское радио передало прекрасный привет Святослава русскому воинству. В Калькутте, в Карачи, на Цейлоне — процессии.

21 февраля 1943 г.

"Из литературного наследия"

Шамбала

Наш лама Чампел рассказал, что в Калимпонге имеется старинная тибетская книга восемнадцатого века, в которой поминается "пресвитер Иоанн" и Шамбала[54]. Место ее называется в Испании. Лама был потрясен, когда Юрий показал ему снимки с гротов, недавно открытых близ Монсерата, с изображениями символов Грааля[55].

Недавно, в 1933 году, австрийский ученый, изучая древние персидские рукописи, натолкнулся на книгу Парсифаль Намак, вероятно манихейского происхождения. Тамплиеры[56] знали эти предания от манихеян, с которыми встретились во время крестовых походов. Альбигойцы[57] прикасались к тем же источникам. Легендарный доселе Монсерат, Монсальват, стал теперь очевидным в недавних исследованиях молодого швейцарского ученого. Песнь Вольфрама фон Эшенбаха о Граале, о страннике-камне, приобретает научное значение. Вот и еще выдержка из монгольских преданий:

"Когда Гуши-хан, глава всех Олетов, закончил борьбу с "нимава"[58], он принес с собой волшебный черный камень, подаренный Далай-ламе Владыкой мира. Гуши-хан хотел построить главный город Желтого Учения в Западной Монголии. Но олеты, воевавшие в то время с царем манджуров из-за китайского престола, терпели поражение за поражением. Последний хан олетов, Амурсана, бежал в Россию, но перед своим бегством переслал черный камень в Ургу.

Пока камень находился в Урге и живой Будда мог им благословлять народ, монголы и их скот были избавлены от болезней и несчастья. Но сто лет тому назад камень был украден; буддисты напрасно искали его по всему свету. С момента его пропажи монгольский народ начал вымирать".

Замечательно видеть, как самые разнообразные люди тянутся к этой мировой легенде. Убогая по замыслу Шангрила не только успешно обошла мир в фильме, но даже переведена по-китайски. Нет ли еще каких-либо документов в Ватикане? Ведь там хранились письма "пресвитера Иоанна". Все ли они изданы? Поучительно следить за движением и ростом легенд. За последнее время признали историческое значение легенд и мифов. Немало ценных археологических открытий сделано на основе изучения легенд. Где раздел между сказкой и сказанием? Где граница мечты-памятки и были? Истинная, беспредрассудочная наука разберет и оценит истину.

1 марта 1943 г.

Публикуется впервые

Америка (02.03.1943)

Письмо Зины от 12 Февраля останется в делах как исторический документ. Если даже "покровитель" Хорша будет пытаться покрыть его, то все же все Ваши показания останутся в правительственных делах. Стыдно "покровителю", что он прикрывает такого преступного жулика, как Хорш — этим "покровитель" бросает тень на правительство. Всякий подумает, что, вероятно, сам "покровитель" замаран и участвует в хоршевской шайке. Но бумеранг Кармы не минует преступников. Чем выше они, тем крепче удар. Теперь Вы видите, зачем нужен был меморандум Ваш. Держите в полном порядке все документы. Нужно очень и письмо Хорша ко мне от Декабря 1924 года. Пригодится и декларация 1929 года. Пригодится и гнусное предложение Хорша Редфильду по делу Людмилы — ведь и эта проделка, конечно, внесена в Ваш меморандум. Пусть Катрин и Инге будут в курсе дела — ведь наши письма относятся и к Вам и к ним обеим. Конечно, портрет Е.И. можно фотографировать так же, как и мои картины. Сердечный привет Ватсону — он хороший друг, берегите его. Все, что Вы пишете о Прегель и о Слониме, показательно. Все примечайте и имейте в виду. Накапливайте новых друзей и среди них — молодых. Кроме дорогостоящих лекций, работа АРКА будет и в переписке, и посылке полезных заметок в прессу, словом, во всем, в чем звучит понятие Культуры. Узнали ли через секретаря, какая моя картина в Посольстве? Теперь особенно зорко следите за грабителем Хоршем. Ведь он где-то ползает и вредительствует. Он не может сказать, что программа Музея была нежизненна. Успех Модерн Музея (где многое взято от нас) доказывает, насколько мы были правы.