Индия и греческий мир - Евгений Викторович Старшов

представлял собой смесь металлических порошков кумбхи, свинца и цинка с добавлением древесного угля, масла и скипидара – возможно, прообраз гранаты.

На вооружении индусов находились различные боевые машины – такие как паригха (таран), янака (таран на колесах), сарватобхадра (некая повозка, метавшая камни), джамадагния (большой стреломет), бахумукха (повозка с лучниками), сангхати (шест, при помощи которого закидывали огонь внутрь крепостей), парджанияка (машина для тушения пожаров), адагхатима (обрушивала стены и башни) и многие иные их разновидности или такие, о которых ничего, кроме названий, неизвестно, поэтому довольно о них.

Защитное вооружение с древнейших времен включало шлем, кольчугу или панцирь, защитные перчатки и щиты самых разнообразных форм и видов, от простых, плетенных из тростника, до настоящих произведений ювелирного искусства; также были специальные щиты для боя на слонах – апратихата. Изготовлялись доспехи из железа, кожи, бивней, костей носорога, слона, буйвола, черепахи и т. д. Сохранился уникальный доспех, сделанный из роговых пластин ящера панголина – индийского родственника броненосца, инкрустированный золотом, бирюзой и гранатом.

Индийская пехота состояла из следующих подразделений: маулы – наследственных (по касте) «государевых воинов», бхриты – наемников, шрени – воинов, выставленных различными корпорациями, митры – войск союзников, амирты – перебежчиков из вражеского войска и атави – воинов, набранных среди лесных племен.

Употребление индийцами в военном деле колесниц засвидетельствовано еще гимном Ригведы (VI, 47. 26): «О дерево! Будь же крепко членами, наш товарищ, выручающий (нас) добрый герой! Ты связано коровьими ремнями – держись крепко! Взошедший на тебя пусть завоюет добычу! У неба (и) земли была взята мощь, у деревьев забрана сила. Энергию вод, перехваченную коровьими ремнями, дубину грома Индры, колесницу почитай жертвенным возлиянием. Дубина грома Индры, передовой отряд Марутов, зародыш Митры, пуп Варуны… Радуясь этому нашему жертвоприношению, о божественная колесница, прими жертвенные дары!» Да и в упанишадах этот образ используется весьма часто – например, в «Брихадараньяка-упанишаде» (III, 3 – «Поучения Яджнявалкья»): «Поистине тридцать два дня колесницы богов составляют этот мир». В «Каушитаки-упанишаде» (I): «Подобно тому как возничий смотрит на оба колеса колесницы, смотрит он вниз на день и ночь, на хорошие поступки и дурные поступки и на все парное». В «Катха-упанишаде» (I, 2–3):

Знай, что атман – это едущий в колеснице,

Тело – колесница.

Знай, что рассудок – возница,

Мысль поистине узда.

Говорят, что чувства – это кони,

А то, что действует [на чувства], – их пастбище.

Мудрецы говорят, что упряжка из тела, чувств и мысли

И есть наслаждающийся [атман].

В «Шветашватара-упанишаде» (II, 2.9): «Пусть мудрец сдерживает свою мысль, не отвлекаясь, подобно тому как он впрягал бы строптивых коней в колесницу» – и т. д. Видимо, изначально возничий был вместе с тем и воином, позже воин вставал сбоку от возничего, который одновременно правил лошадьми и прикрывал воина щитом. На барельефе IV в. до н. э. за спиной возничего стоят уже два воина. Существовало много вариантов колесниц – например, три разновидности для боя, по одной – для похода, для тренировки и для перемещения на поле боя перед схваткой; были колесницы с двумя, четырьмя и восемью колесами. Превеликое множество их вариантов можно также рассмотреть в галерее «Рамакены» королевского дворца в Бангкоке – некоторые многоколесные образцы представляют собой буквально дворцы на колесах, так что обычное для нас восприятие колесницы греко-римского вида здесь фантазии не поможет. На них водружены боевые знамена, зонты (также символы власти и воинского начальства), о которых упоминает и индийский военный историк В.Р.Р. Дикшитар, некоторые (видимо, транспортные, судя по мирным сценам) имеют беседки с многоярусными шпилями. Можно сказать, что по форме своей многие колесницы напоминают лодку или корабль, особенно сзади, с высоко поднятым, изогнутым и украшенным резьбой ахтерштевнем. Колесная пара находилась примерно посередине колесничного «челна», сами колеса были весьма большими – судя по изображениям, порой выше спины лошадей. Интересно, что в походе колесницы везлись быками, в то время как кони шли налегке, экономя силы. При нехватке лошадей везти колесницы в бою могли также быки, мулы и ослы; об особом «шике» слоновьей колесницы мы упомянем чуть ниже. Задачей колесниц было прорывать строй врага, наносить удары по флангам и с тыла. Зачастую бой также открывался колесничным поединком царей или полководцев, чему многочисленные примеры есть в «Махабхарате» («Поединок Бхимасены с Дуръйодханой»: «Пусть нет колесниц и рати распались, – Сегодня сразимся мы с помощью палиц») и «Рамаяне» (напр., VI. 102):

И демонов раджа стремглав колесницу направил

На храброго царского сына, что войско возглавил…

И, ливнями стрел смертоносных врага поливая,

На Раму летел он, как туча летит грозовая.

Сверкали они, словно Индры стрела громовая.

Но Рама свои, с остриями из чистого злата,

Подобные пламени, стрелы метал в супостата.

Кстати, в этом отрывке Равана, напав с колесницей на пешего Раму, косвенно нарушил «Законы Ману» (VII, 91), предписывавшие царю не убивать «сошедшего на землю [если он сам остается в колеснице]»; впрочем, боги исправили положение дел, подарив Раме колесницу Индры.

Впрочем, для успешного действия колесниц нужны были дополнительные условия – подходящий ландшафт местности, погода (чтоб земля не обратилась в раскисшую грязь), поэтому (и не только, конечно) в боевое сопровождение колесниц зачастую входили слоны, о которых мы теперь поговорим подробнее.

Датировка начала применения слона в бою разноречива. Как утверждает В.Р.Р. Дикшитар, оно столь же старо, как и колесницы, о чем якобы свидетельствует Ригведа (X, 106, 6), но вот проблема: в русском издании «Литературных памятников» на месте пунктов 5–8 – многоточие, восполнить пробел по английскому варианту также невозможно, потому что вместо пп. 5–8 там набор непереведенных индийских слов, а переводчики и комментаторы пишут, что этот кусок нормальному переводу не поддается, и каждый, кто пытается это сделать, только пускает пыль в глаза, старясь блеснуть оригинальностью воображения; построены они якобы из выдуманных слов, где часто встречается звук [р] и редко – [пх]. В общем, в отличие от индуса, русские и английские переводчики слона-то там и не приметили. С другой стороны, а был ли он там? Больше доверия в этом отношении вызывают строки переводчика и комментатора Ригведы Т.Я. Елизаровой в сопроводительной статье «Ригведа – великое начало»: «Слон упоминается в PB дважды. Его знали, но не освоились с ним (ни домашних, ни военных слонов явно еще не было). Называют его описательно: mrga hastin «рукастый дикий зверь». В поздних ведах он уже просто hastin, и упоминаются