Хронология российской истории. Россия и мир - Евгений Анисимов

1608–1610 Тушинский вор, или Лжедмитрии II

Вскоре на юге страны появился выдававший себя за «воеводу Дмитрия» некий Иван Болотников – личность темная, из бывших холопов. К нему стали примыкать недовольные Шуйским дворяне, казаки, беглые холопы. С трудом Шуйскому удалось справиться с этим мятежом. Несмотря на победу над Болотниковым, авторитет царя Василия Шуйского падал на глазах. Поднять престиж не помогла даже устроенная в январе 1608 г. женитьба царя на молоденькой княжне Марье Буйносовой-Ростовской. Между тем по всей стране то там, то сям стали появляться самозванцы – «дети» и «внуки» Грозного. Это были, как правило, сумасшедшие или авантюристы. Самым опасным из них оказался новый «Дмитрий», заявивший о себе на западных рубежах России, в Стародубе. Как его имя, кто он и откуда родом, до сих пор не знает никто. Некоторые предполагают, что Лжедмитрии II – крещеный еврей, школьный учитель из Шклова, но доказательства этой версии не особенно убедительны. В июле 1608 г. Лжедмитрии II с войском из поляков и казаков во главе с Иваном Заруцким разбил отряды Дмитрия Шуйского, брата царя, и подошел к Москве. Но сил взять столицу с ходу у нового самозванца не хватило, и тогда он остановился в 14 верстах от города, в селе Тушино. Здесь, на месте, удачно прикрытом Москвой-рекой и рекой Сходней, быстро возник укрепленный лагерь (табор), обнесенный частоколом со рвом. К зиме воины нового самозванца перетащили сюда в разобранном виде дома из ближайших деревень и устроились в Тушине с комфортом. Сначала острые, а потом все более вялые стычки полков Лжедмитрия II, прозванного Тушинским вором, или просто Вором, с войском царя Василия не приносили победы ни одной из сторон. Лжедмитрии II довольно успешно «утеснял» Москву, расставив по главным и даже по второстепенным дорогам к столице свои заставы, которые препятствовали подвозу провианта в город. В своей «воровской столице» тушинцы устроились основательнее войск Шуйского, которым из-за морозов в декабре 1608 г. пришлось отойти к Москве от Ходынки, где они долго стояли в чистом поле. В столице царил голод, взлетели цены на самое необходимое, а главное – отчетливо проявилась «шатость», неуверенность людей в завтрашнем дне. Многие дворяне и бояре по нескольку раз бегали между Москвой и Тушино, надеясь получить (и получали) награды, чины и деревни. Это бесстыдство называлось тогда «перелетами». «Царик» (другая кличка самозванца) соорудил из бояр – противников Шуйского свою Боярскую думу, поставил своего патриарха, которым стал Филарет – Федор Никитич Романов. В Тушино Филарет появился не по своей воле. Его захватили отряды самозванца в Ростове и доставили к Лжедмитрию II, который якобы упросил Филарета надеть патриарший клобук. Так в России оказалось сразу два святителя: патриарх Гермоген в Москве и патриарх Филарет в Тушино. Конечно, Филарет, молившийся за здравие «великого государя Дмитрия Ивановича», поступал как духовник бесчестно. Ведь он был одним из тех, кто знал многое, недоступное другим: видел истинного царевича Дмитрия при жизни, в 1606 г. перевозил его тело в Москву из Углича, знал своего бывшего холопа Юшку Отрепьева, которому потом поклонялся как «Дмитрию Ивановичу», и уж, конечно, не имел никаких иллюзий насчет учителя из Шклова. Но отказать новому самозванцу он не мог – времена на дворе стояли страшные. Филарет попал в Тушино как пленник, всем хочется жить – вот и пошел на ложь во спасение. Так в России возникли два центра власти, два царя, два двора и два патриарха. И хотя реальная власть в Тушине была не у «царика», а в руках поляков и казаков, юг России присягнул на верность Лжедмитрию П.

1608–1609 Осада Троице-Сергиева монастыря поляками

Не решаясь взять Москву, самозванец вел агрессивную политику, стремился подчинить себе всю страну. И это ему удавалось, ибо он, не имея денег заплатить наемникам, дал им возможность обогащаться за счет русских городов, в которые они начали вторгаться, захватывать власть, грабить храмы и собирать с каждого человека «поносные» (с каждого носа) деньги. С осени 1608 г. польские отряды гетманов Яна Сапеги и Александра Лисовского осадили Троице-Сергиев монастырь, прельщенные слухами о несметных богатствах русской святыни. Другие польско-казацкие отряды разошлись по стране, подчинив себе все крупнейшие центры северо-запада. Царю Василию остались верны только Смоленск, Великий Новгород, Рязань, Казань, Устюг и Нижний Новгород. 1 сентября 1608 г. Лжедмитрий II «восстановил» и семью: в Тушино привезли Марину Мнишек, перехваченную тушинцами при возвращении в Польшу из Ярославля. За очень большие деньги (300 тыс. рублей), преодолев муки совести и стыд, Марина публично «признала» в новом самозванце своего якобы чудесно спасшегося супруга Дмитрия Ивановича.

1609–1610 Освободительный поход русско-шведских войск Скопина-Шуйского и Делагарди

В этой обстановке Шуйский решил обратиться за помощью к смертельному врагу короля Сигизмунда шведскому королю Карлу IX. Для этого он послал в Новгород Михаила Васильевича Скопина-Шуйского, где тот заключил соглашение со шведами о предоставлении королем 5-тысячного вспомогательного отряда за 140 тыс. рублей. Но денег в казне было мало, и 28 февраля 1609 г. Скопин-Шуйский подписал договор со шведами, по которому русская сторона уступала им еще крепость Корелу с уездом и окончательно отказывалась от Ливонии. В апреле шведский корпус во главе с Якобом Делагарди вступил в Новгород. Вскоре союзники сумели освободить от поляков Тверь, вынудили гетмана Сапегу обратиться в бегство под Александровской слободой, сняли осаду Троице-Сергиева монастыря. К этому времени Лжедмитрий II бежал в Калугу. Эти победы сделали Скопина-Шуйского народным любимцем, а следовательно – нежелательным конкурентом царя-неудачника Василия. Когда от царя полководцу пришло льстивое приглашение приехать в Москву, то находившаяся в лагере мать Скопина-Шуйского умоляла его не ехать к царю Василию, это же говорил ему и Делагарди. Но полководец не мог ослушаться царского указа и 12 марта 1610 г. торжественно въехал в Москву. Народ вставал перед ним на колени, что неприятно поразило царя Василия. А потом Скопина пригласили быть крестным отцом сына князя И. М. Воротынского. Крестной же матерью стала жена царского брата, Дмитрия Шуйского, – дочь Малюты Скуратова. Она на правах кумы и поднесла Скопину-Шуйскому чашу с вином. Выпив ее, Скопин сразу же почувствовал себя плохо, у него прошла кровь носом и горлом. Врачи, присланные Делагарди, не смогли спасти молодого сильного человека. 24 апреля 1610 г. он умер. Делагарди плакал у гроба своего друга.

1610 Русско-польский договор о возведении на престол королевича Владислава

В борьбе с Тушинским вором режим царя Василия изнемогал. Для него было крайне важно, чтобы коронная армия Польши не вторглась в Россию – с поляками-добровольцами, воевавшими в войске самозванца, как-то справлялись. Однако в сентябре 1608 г. пришло трагическое для Шуйского известие: поляки объявили России войну, во главе с королем вторглись в русские пределы и осадили Смоленск. Сейм согласился с доводами Сигизмунда II и решил воспользоваться смутой в России, чтобы захватить Смоленск и другие утерянные в ходе русско-польских войн восточные территории. В среде польской шляхты вынашивались также планы полного подчинения России и превращения ее в своего рода колонию. Из-под стен Смоленска Сигизмунд II приказал полякам-тушинцам прибыть к нему на службу. Лишенный польской помощи Лжедмитрий II вместе с Мариной Мнишек в конце 1609 г. бежал из «воровской столицы», Тушина, в Калугу, но для тушинских бояр во главе с патриархом Филаретом путь назад, в Москву, был отрезан. Поэтому они, думая о собственном спасении, попросили (устами Филарета) польского короля отпустить на московский трон его сына Владислава, обусловив его вступление согласием «всей земли» и переходом королевича в православие. Посольство из Тушина явилось под Смоленск в лагерь короля на переговоры, которые завершились 4 февраля 1610 г. предварительным соглашением о возведении на московский трон королевича Владислава. С тех пор у поляков появились неограниченные возможности для вмешательства в русские дела, появилась реальная перспектива подчинения России Речью Посполитой.

1610, 14 мая Убийство Генриха IV Бурбона

Король Генрих, вступивший на престол в 1589 г., был выдающимся государственным деятелем, который в своей жизни исходил из прагматических и даже циничных соображений, далеких от всякого фанатизма. Неистовая борьба католиков с протестантами не утихала во Франции на протяжении десятилетий. Каждая из сторон добивалась, чтобы Генрих, король Наварры, наследник французского престола, занял место в их рядах. Но Генрих трижды менял веру, дважды был отлучен папой от церкви и проклят как еретик, но потом прощен. Именно он стал автором знаменитого высказывания «Париж стоит мессы» по случаю очередного своего перехода в католичество: в 1589 г. короля Генриха III убил католический монах, и Генрих Наваррский, вождь гугенотов, был признан наследником, но смог въехать в Париж как король, только став католиком, что он и сделал в 1593 г. Он стремился добиться мира в стране, раздираемой религиозными войнами, и был автором Нантского эдикта 1598 г., остановившего многолетнее кровопролитие. Это, естественно, не нравилось фанатикам из обоих лагерей, и один из них, католик Франсуа Равальяк, вскочил на подножку открытой кареты, в которой ехал по Парижу король, и тремя ударами кинжала убил его. Преемником Генриха стал его старший сын, восьмилетний Людовик XIII.