Опять беременна - Ирина Лазаревна Муравьева

Верном!- радостно захлопала глазами Вероника, увидев маму Курта. – Как приятно видеть вас!

Вероника всегда нравилась Синтии. Хотя бы от того, что «рыбак рыбака видит издалека». Но сегодня Синтии было просто не до нее. Поэтому она достала из сумочки пистолет и до того как Курт успел осознать «в чем прикол», выстрелила в Веронику. Пуля пролетела мимо. Вероника заорала и скрылась обратно в спальне.

-Прости, милый, но теперь нам никто не мешает поговорить,- с улыбкой сказала она.

Курт побледнел и хотел было отступить в сторону комнаты.

-Стоять! – скомандовал его мать. -Никто никуда не двинется, пока эти крысы, что прячутся в твоём доме, не покажутся мне.

При этом, для полной убедительности своих намерений, она наставила пистолет на своего сына.

Роберт, не желающий больше жертв, пусть даже это будет всего на один день, дал Каролине знак прятаться, а сам вышел из кухни в гостиную.

-Привет, Синтия, - сказал он,- Я здесь. Опусти пистолет, тогда мы с тобой выйдем и ты…сможешь сделать то, за чем приехала.

-О, Роберт,- улыбнулась дама,- У тебя весьма устарелая информация, если ты думаешь, что мне все ещё нужна именно твоя смерть.

-Неужели? Тогда что тебе нужно?!- приподнял бровь Роберт.

-Даже не знаю… Развлечься. Провести день. Хоть на несколько часов, но сделать больно твоему отцу и папаше потаскушки, которую ты защищаешь.

-Мой отец развелся с тобой от того, что ты ему изменила,- холодно ответил Роберт,- Возможно, конечно, не дав столько отступных, сколько ты хотела. Но измена есть измена. Это прописано в любом брачном контракте. Но зачем тебе Каролина Братс?

-За тем, что я любила ее отца,- прошипела Синтия,- Смешно, глупо, но я его любила. И думала, он любит меня в ответ. Именно ради него я рискнула бросить семью и свое теплое местечко. И что я получила в ответ? Он назвал меня ошибкой, а сам бросился догонять жену, которую так легко забывал в моих объятьях.

Роберт усмехнулся: Синтия решила играть ва- банк. Кто ж виноват что карты оказались не те?

-И потому ты хочешь убить Каролину?

-Может убить, может помучить. Я точно ещё не решила.

-Мама…- пробормотал Курт.

Но Синтия его не слушала.

-А ведь знаешь,- обратилась она к Роберту,- В тот первый день, что я услышала о смерти бедняжки Каролины, мне было даже жалко что так получилось. Ведь все чего я хотела: это убрать тебя с дороги моего сына. Но потом день начался сначала. Снова и снова. И снова. А я все думала… Может это из-за того несчастного случая? Нечто вроде наказания? Мне было совестно. Поначалу. Но едва я представила как сокрушался любящий отец семейства Братс о смерти дочери- мир стал лучше. Много лучше. А затем вы сами пришли ко мне. Ты и милашка Каролина. Ведь для вас этот день тоже не единственный? Так почему бы нам не поиграть?

Синтия нацелила на Роберта пистолет, но тут сзади нее послышался спокойный голос.

-Действительно, почему бы нам не поиграть?

Каролина, выйдя из кухни черным ходом, забрала ружье, висящее над камином в гостиной, и теперь стояла за спиной Синтии, угрожая той оружием.

Синтия медленно повернулась. Посмотрела на Каролину. Затем на ружье.

-Думаешь, я не знаю, что оно заряжено солью?- спросила она.

-Соль это тоже больно, тварь,- огрызнулась Каролина, нажимая на курок.

Выстрел задел Синтии плечо. Та взвизгнула, выронила пистолет, который тут же подобрал Роберт.

-Ну и что вы теперь сделаете?- прошипела Синтия, держась за повреждённое плечо,- Вызовите полицию? Я даже не попытаюсь бежать. Вы ведь понимаете, что все это-лишь пара часов? И завтра мы встретимся вновь, уж поверьте.

-Как знать,- процедил Роберт, набирая телефон полиции.

Скоро привычную тишину дома на озере нарушил шум полицейских сирен, суета сотрудников, кортеж скорой помощи и даже несколько пронырливых журналистов. На задержании Синтия вела себя с более чем королевской грацией: спокойно и подробно рассказывая что она хотела сделать и что еще сделает, когда у нее появится возможность: всего через пару часов, когда этот проклятый день начнется заново. Роберт, только что дав свои показания следователю, наблюдал за всей картиной с нескрываемым беспокойством. Кто знал, что обратившись к Синтии они раскроют такой ящик Пандоры? Теперь каждый новый день для них с Каролиной будет противостоянием. Смогут ли они правильно повернуть все завтра? А после, и после…

Выискав взглядом Каролину, он увидел ее возле машины медицинской помощи. Девушке померили давление и выдали теплые плед- будто тот мог оградить ее от окружающего безумия. Рядом с Каролиной топтался Курт, неловко пытаясь объяснить, что в их спальне делала Вероника. ( Для последней, кстати, наступил заслуженный звездный час, и она с радостью рассказывала всем желающим полицейским и соедователям о кошмаре, который ей пришлось пережить). Каролина, конечно же, не слушала бывшего жениха. Укутанная в этот убогий серый плед она казалось невероятно маленькой, хрупкой. Такой, что Роберту захотелось обнять ее, прижать к себе и больше никогда не отпускать. Наконец, один из полицейских подошёл к Курту и отвёл его в сторону. Воспользовавшись общей суетой, Роберт подошёл к Каролине и шепнул ей.

-Сбежим отсюда?

Каролина лишь кивнула, сбросила серый плед и вместе с Робертом прошмыгнула в гараж, где они как всегда взяли «напрокат» машину Курта.

-Куда мы едем?- спросила она Роберта.

-Узнаешь,- таинственно ответил тот.

Над городом уже начали сгущаться сумерки, когда они подъехали к небольшой церкви на окраине. Той самой, где познакомились родители Каролины. Девушка удивлённо посмотрела на строение, затем перевела взгляд на Роберта.

-Давай поженимся,- тихо сказал он.

-Сегодня?

-Да. Сегодня. Сейчас. Пусть даже этот день начнется сначала, но я хочу чтобы ты стала в нем моей женой.

Вместо ответа Каролина обвила руками шею Роберта и прижалась лицом к его лицу. Из глаз ее текли слезы.

Священник как и обычно был рад видеть молодую пару. Услышав что Роберт и Каролина хотят незамедлительно пожениться, он не стал скрывать удивления, но и не стал задавать лишних вопросов.

-Если вы чувствуете что господь привел вас сегодня в храм с этой благой целью, то я не могу не исполнить его волю,- улыбнулся он.

Итак, их было всего четверо. Он, она, священник и ещё не рождённый малыш под ее сердцем. Ни пышного платья, ни сотни гостей. Отец не вел ее к алтарю- она пришла туда сама. Но именно в эти тихие мгновения, держа свои руки в руках Роберта, глядя в его