Война демонов - Антон Грановский

– Что ж… Идем. – Егра взял Наталью за руку и повел ее к дальнему длинному столу. На столе что-то лежало, накрытое большой холстовой тканью.

Остановившись перед столом, князь приказал:

– Сдерни ткань!

– Зачем? – не поняла Наталья.

– Там мой дар. Сдерни ткань и посмотри.

На лице княгини отобразилось недоумение.

– Чудишь ты, князь, – дрогнувшим голосом проговорила она. – Ну, хорошо.

Наталья взялась за край ткани и потянула ее на себя.

Лицо ее побелело. Она покачнулась, но устояла на ногах.

– Кто это? – спросила Наталья севшим от ужаса голосом.

– А ты не узнала? – Князь улыбнулся. – Это твой бывший дружок. Глеб-Первоход!

Княгиня вновь покачнулась и на этот раз не смогла устоять на ногах. Егра поддержал ее и, испугавшись мертвенно-бледного лица Натальи, крикнул:

– Воды! Быстрее воды!

Боярин Велигор, старший холоп Липок и охоронец Ратмир наперегонки бросились к кадке с чистой водой, в которой плавала деревянная ладья.

Первым за ковш ухватился Липок. Он и принес княгине воды.

Отпив глоток, Наталья открыла глаза и, увидев перед собой Егру, сказала:

– Это не он. Тебе никогда не убить Глеба. Никогда.

Губы князя задрожали. Липок снова протянул Наталье ковшик, но Егра резко ударил по нему рукой. Ковшик упал на пол, и вода из него выплеснулась князю на ноги.

– Княже! – испуганно воскликнул Липок и захлопал глазами.

– Ратмир! – позвал князь Егра.

Охоронец мигом подскочил к князю:

– Я здесь, пресветлый!

– Княгиню в комнату, под надзор! Без моего ведома не выпускать! А этого… – Князь кивнул на холопа, – отдай кату. Пусть всыплет ему плетей.

– Княже! – испуганно проблеял Липок.

– Это тебя научит расторопности, пес.

Егра повернулся и грузно зашагал к двери, постукивая об пол своим тяжелым золоченым посохом.

Глава четвертая

Сумерки в лесу стремительно сгустились. На небе появилась розоватая луна. Вдруг свистнул дозорный. Нелюди, расположившиеся вокруг костров, тотчас вскочили со своих мест и схватились за боевые топоры и мечи.

– Белнон! – крикнул вдруг кто-то. – Это же Белнон!

И впрямь, из лесной чащобы в сопровождении дозорных вышел старик-альбинос. Он улыбнулся, сделал знак рукой, и из чащобы стали выходить нелюди и чудовища.

– Он привел наших собратьев, плененных людьми! – снова восторженно крикнул кто-то.

Высокая стройная девушка поднялась с бревна и пошла навстречу альбиносу. Остановилась перед ним и тихо выдохнула:

– Отец!

– Диона, – мягко проговорил Белнон и обнял девушку.

Вокруг поднялся галдеж. Освобожденные нелюди обнимались со своими собратьями и весело с ними переговаривались. Диона и Белнон не обращали на шум никакого внимания. Они смотрели друг другу в глаза и никак не могли насмотреться.

– Ты свободен, – дрогнувшим голосом произнесла Диона. – Но как тебе удалось?

– Нам помог твой друг, – ответил Белнон.

– Мой друг?

– Да. Вон он.

Диона повернула голову, и брови ее взметнулись. Чуть в стороне от радостно галдящей толпы нелюдей стоял Глеб-Первоход.

И тут громкое рычание заставило всех замолчать. К толпе нелюдей подошел Бычеголов. Яростно сверкнув на Глеба глазами, он грозно рявкнул:

– Что здесь делает этот человек?

– Он спас нас, – ответил ему Белнон. – Срезал замки и открыл двери клеток.

Бычеголов уставился на Глеба и глухо прорычал:

– Я ему не верю.

– Князь Егра приказал убить его, – сказал Белнон. – И атаман Самоха отдал его на съедение Драглаку.

– Но он жив!

– Он победил Драглака. А потом убил двух ходоков и сбежал от Самохи.

– Первоход убил своих собратьев? – не поверила своим ушам Диона.

Белнон кивнул белогривой головой:

– Да. А возле болот он принял бой, обратившись в волколака, и убил несколько разбойников.

Глеб, посчитав, что пора бы и ему что-нибудь сказать, улыбнулся Дионе и мягко проговорил:

– Здравствуй, Диона.

– Здравствуй, Первоход, – отозвалась она.

– Рад, что ты жива и здорова.

Зрачки девушки сузились. Она гневно взглянула на Глеба и угрюмо проговорила:

– Ты отдал меня Бычеголову.

При звуках своего имени Бычеголов вздрогнул и уставился на Диону.

– Я вынужден был так сделать, – ответил Глеб. – Ты заболела. Только твои собратья могли спасти тебя от смерти.

– Но ты отдал меня Бычеголову.

– Если бы я не отдал тебя ему, ты бы умерла.

Диона шевельнула губами и прошептала что-то настолько тихо, что никто, кроме Глеба, не услышал.

– С чего ты решил, что смерть – худший исход? – прошептала она.

Бычеголов свирепо глянул на Белнона и спросил:

– Почему он понимает нашу речь?

– Я научил его, – ответил Белнон.

– Ты вдохнул в него свою дэому? – изумился Бычеголов.

– Первоход повредил спину. Я просто помог ему.

– Ты знаешь, что мы…

– Перестань, Бычеголов, – оборвала его Диона. – Я тоже делилась своей дэомой с человеком, и ничего страшного не случилось.

Девушка подошла к Глебу, встала на цыпочки и прошептала ему на ухо:

– Я никогда не забуду того, что ты сделал. Берегись, Первоход. Никто из тех, на кого я затаила обиду, не выжил.

Глеб посмотрел на нее мягким взглядом и проговорил:

– Возможно, я стану первым.

По лицу Дионы пробежала тень. Она отвернулась от Глеба и резко прочертила в воздухе знак. Огромное дерево с грохотом повалилось на землю. Нелюди и лесные твари вздрогнули и повернули головы на шум.

– Прости, Бычеголов, – сухо сказала Диона. – Мне нужно было выпустить пар.

Она повернулась и зашагала к кострам. Бычеголов и Глеб посмотрели друг на друга. Глеб пожал плечами и небрежно обронил:

– Женщина.

Бычеголов пробубнил что-то нечленораздельное и снова обратился к Белнону:

– Старик, ты привел этого ходока в наш стан. Ты готов поручиться за него головой?

– Да, Бычеголов, – спокойно ответил Белнон. – Я готов за него поручиться.

– Если он предаст нас, на твою сивую голову обрушится гнев всех наших собратьев. И ты не сможешь этому противостоять, даже если прибегнешь к колдовству.

Белнон прищурил красные глаза и спокойно произнес:

– Ты знаешь, Бычеголов, я не искушен в колдовстве. Я всего лишь умею предвидеть будущее. Но и этот дар недорого стоит, потому что будущее изменчиво, и я вижу не все.

– Надеюсь, что ты понимаешь, о чем говоришь, – пробубнил Бычеголов. – Располагайся и хорошенько выспись. Завтра будет тяжелый день.

Вождь нелюдей резко повернулся и зашагал к костру. Белнон подошел к Глебу и коснулся пальцами его плеча.

– Тебе придется тяжко с нами, ходок, – сказал он.

Глеб дернул плечом: