Девочка сталкера - Инна Стужева

Я знаю это. Не представляю, откуда, но знаю. Просто он не показывает этого. Чертовы принципы или что там у него.

Но он сам виноват в том, что у меня больше нет телефона, по которому я могла бы вызвать ему врача.

А что, если мне оставить его здесь и сбежать? Он умрет от потери крови, и тогда все мои проблемы будут решены. Не считая, конечно, грозящего мне тюремного срока. Но это в случае, если меня поймают.

При этом моя совесть осталась бы чиста. Он сам нарвался, я ведь предупреждала. И сам отказался от медицинской помощи.

Боже, что за мысли.

Естественно я никуда не сбегу, даже если бы мы были одни в лесу и мне бы ничего не грозило.

Я не могу бросить раненого человека. Пусть даже это ненавистный Усманов собственной персоной.

А еще со мной начинает происходить нечто странное.

Не знаю пока, что именно.

Но вместо того, чтобы дать деру из квартиры и как минимум попросить телефон у соседей, я плюхаюсь рядом с ним на диван и тянусь к его ране.

Безмозглая дура.

Ульяна, включай уже мозги!

Вдруг чувствую ту самую пульсацию в ладонях, что и в тот раз, когда увидела умирающую девочку.

Недолго думая, я задираю на Демиде футболку и прищурившись осматриваю рану.

Тот полулежит на диване все в той же позе и наблюдает за моими действиями из-под полуопущенных ресниц.

Он не пытается как-то меня остановить. Просто молча разглядывает.

Ненормальный, совершенно бесчувственный парень без тормозов.

И в этот момент в мозгу вспыхивает еще одна мысль. Пусть так, но я знаю, что нужно делать. Достаточно лишь отпустить ситуацию и расслабиться. И все будет хорошо.

Я медлю всего секунду, а потом повинуюсь своему, взявшемуся из ниоткуда, внутреннему голосу, и прикладываю ладони к ужасной ране. Обе сразу.

И все повторяется, как в тот самый раз, когда я упала на колени перед малышкой и потянулась руками к ней.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍По моему телу начинают циркулировать сразу несколько разных потоков.

Я чувствую эти потоки так отчетливо. Практически вижу их каким-то, вдруг открывшимся у меня, внутренним зрением.

Всего их три.

Первый, самый ощутимый, имеет бледно-голубой цвет. Он опускается от макушки вниз и проходит вдоль позвоночника. Сейчас он меняет направление и движется вдоль моих рук.

Второй поток окрашен в золотистый. Он мерцает и переливается и больше похож на сгусток энергии, чем на обычный поток. На некий энергетический шар.

Этот шар концентрируется в районе моего солнечного сплетения. А потом он раздваивается и начинает плавное движение по моим рукам от плеч к кистям.

Я вижу это так отчетливо.

Третий поток имеет бледно-розовый оттенок и расположен в нижней части моего туловища. Сейчас он медленно поднимается по моему телу вверх.

Все три потока сливаются вместе, перетекают в предплечья, затем в ладони. А потом прямо через кожу они переходят на рану Демида.

Я словно передаю ему свою энергию.

Это очень странные ощущения.

С одной стороны я чувствую себя ненормальной дурой, но с другой…

С другой я не могу не верить своим глазам, хоть это и за гранью.

Но это происходит.

Прямо сейчас, на кухне этого мажора я занимаюсь тем, что залечиваю его рану…

Боже, как бы не свалиться в обморок от такого.

Залечиваю потоками энергии, выходящими из меня.

Это нереально, но факт остается фактом. Либо я схожу с ума одинаковым образом второй раз подряд.

Так это или нет, но кровотечение замедляется, пока не прекращается совсем. А потом… я не могу в это поверить, но его рана, нанесенная мной, вдруг начинает затягиваться.

Еще немного, и на его коже остается лишь тонкий неровный рубец, размером с лезвие. А землисто-серый тон лица самого Демида выравнивается, будто по волшебству.

Я вдруг понимаю, что все, моя работа завершена. Словно некий тумблер щелкает в голове и заставляет убрать от него руки.

Но то ли от того, что все происходящее здесь сейчас абсолютно за гранью для меня, то ли из-за огромной потери энергии, что я ощущаю, меня накрывает и начинает мутить.

Слабость, головокружение, тошнота.

Весь спектр самых неприятных недомоганий вдруг обрушивается на меня, и я начинаю чувствовать себя, паршивее некуда.

Но я ничего не могу с этим поделать. Абсолютно ничего.

Черт, мне даже руку сейчас поднять тяжело. Не говоря о чем-то более существенном.

Откидываюсь на диван рядом с Демидом и в бессилии закрываю глаза.

Каким-то краем сознания запоздало понимаю, что оказалась абсолютно беспомощна перед ним. Он может делать со мной, что хочет, а я и пальцем пошевелить не смогу, чтобы его остановить.

Не смогу дать ему хоть какого-то мало-мальски ничтожного отпора.

Не справляюсь с ситуацией.

Последнее, что я помню, прежде чем окончательно отключится, это то, что Демид берет меня на руки и куда-то несет.

Я чувствую исходящее от его тела тепло. Вдыхаю его пряный запах. Улавливаю его сердцебиение и прекрасно чувствую его тяжелое дыхание возле самого моего уха.

Куда он меня несет? Зачем?

Я ничего не понимаю, и не знаю, буду ли вообще в состоянии понять.

А уже в следующий момент я проваливаюсь в темноту и абсолютно все мысли покидают меня.

Все, кроме одной.

Надеюсь, он несет меня не в свою спальню.

Глава 22

Мое тело со всех сторон окутывает приятно-горячее тепло, нос улавливает аромат розовых лепестков.

Когда я открываю глаза, то понимаю, что полулежу в теплой воде настолько комфортной температуры, что на меня накатывает полный релакс.

Я словно укутана в одеяло, из которого не хочется выбираться.

Просто парю над землей.

Горящие свечи, установленные полукругом вокруг меня, освещают пространство вокруг, и я вижу, что это не совсем обычная ванная комната. Я нахожусь в каком-то небольшом, но очень красивом гроте.

Темно-коричневый камень слегка мерцает, создавая атмосферу уюта, лепестки роз покрывают всю поверхность воды.

Но самое волнительное заключается в том, что я тут не одна.

— Тебе нравится здесь?

Хриплый шепот, дыхание на боковой стороне шеи, крепкие руки, обнимающие меня за талию.

Демид.

Сидит сзади, а я прижимаюсь к нему, кожа к коже.

Но отчего-то меня не смущает тот факт, что я принимаю ванну вместе с ним. С тем, с кем ни за что бы не хотела этого делать, с кем даже помыслить не могла.

Но несмотря на это шокирующее открытие, я отчего-то продолжаю лежать, как лежала, облокотившись на него. И мало того, мне настолько удобно, что лень