Река времен - Лана Чи

от кого столь храбрый воин прячется на дереве? – хлестко парировала я, собирая всю свою смелость в кулак.

Мужчина тихо рассмеялся и развернул меня к себе лицом. Мы стояли на небольшой естественной площадке, образованной полого отходящим толстым суком. Лучи убывающей луны почти не проникали под полог густой листвы, но мне, привыкшей к полумраку, хватило света, чтобы разглядеть его лицо. Это был Асмаррах Самирский собственной персоной, столь же наглый и самоуверенный, как на приеме у отца.

Молодой воин смеялся от души. Сейчас суровый, немного надменный образ исчез, уступив место обычному человеку. Его руки крепко, но аккуратно держали меня: одна за плечо, а другая за талию, но это было совсем не страшно. Наоборот, сейчас он был очень красив, этот нахальный царевич. Во взгляде исчез тот звериный огонь и жадность. Теперь там плясали искорки веселья. «А он же еще совсем мальчишка, этот великий завоеватель!» – промелькнуло в голове.

– Ты удивила меня, прекрасная, ты пришла, – все еще улыбаясь, тихо промолвил молодой мужчина. Его лицо склонилось совсем близко. – Почему? Ты не боишься, что тебя могут украсть?

И эту тему обсуждать я тоже была не намерена. Слишком уж много этот четвертый царский сын себе позволял!

– Лучше объясни мне, чем ты подкупаешь служанок во дворце? – гневно спросила я, слегка отталкивая наглеющего царевича и отстраняясь. Меня он, конечно, не отпустил, но хватку слегка ослабил и чуть приподнял бровь от удивления. Вот, мол, как мы умеем?

– Я не могу сказать тебе об этом, но поверь, красавица, она осталась довольна…

На этот раз улыбка была довольной и сальной. Вот же поганец, на что намекаешь?

– Мне нравится наше место встречи, с каждым разом все интереснее, – он снова навис надо мной, привлекая ближе. – Хотя, я не долго смогу так простоять.

Я просто онемела от подобной наглости. Самирский царевич же одним неуловимым поворотом поменялся со мной местами и прижал спиной к бугристой древесной коре. Ситуация начинала ухудшаться.

– А ведь я мог бы украсть тебя прямо сейчас, – продолжал он задумчиво. Пора было брать этого быка за рога и сбить с него спесь.

– Неужели сыновья самирских правителей настолько бедны и беспомощны, что им приходится красть себе жен? – рассерженно выпалила я прямо в его наглую морду. Боги, что я творю! Он же способен одной рукой раздавить меня как кутенка!

Но оскорбление попало в цель. Отпрянув, Асмаррах отстранился от меня на полшага, больше не позволяла ширина площадки.

– Твои слова не задели меня, женщина! За меня отдадут любую, даже тебя! – обиженно бросил он.

– Это такие же похвальбы, как если бы ты мне сказал, что управляешь колесницей Аннана! – настала моя очередь нападать, и я не глядя ринулась в бой.

– Я завтра же поговорю про это с твоим отцом, – упрямо бросил мне юноша. – Я могу заплатить любой выкуп, какой он ни пожелает!

Царевич не шутил, его глаза снова горели тем яростным пламенем, что заставляет людей уважать и бояться. Ох, зря я играю с огнем, но непонятная ненависть снова захлестнула меня.

– Владыка не пожелает тебя даже слушать! – выпалила я, пытаясь пройти мимо него. – Я обручена с царевичем Хоннита, а ты как ни лай – до неба не достанешь!

И вот где-то тут я промахнулась. Юноша подхватил меня за талию, вскинул на плечо, словно мешок, и легко спрыгнул с дерева.

– Ты хочешь сказать была обручена, – с насмешкой протянул он, ставя меня перед собой. – Ходят слухи, что Мандару пообещали другую, а он и не против. Кому же теперь достанется золотой цветок Ассубы? Не вижу причин, почему бы не мне!

– Женщины, должно быть, убегают от тебя в страхе. Ты груб и не знаешь, как вести себя с ними! – обиженно заявила я, пытаясь не глядеть ему в лицо.

Молодой мужчина нехорошо усмехнулся и смерил настолько откровенным и оценивающим взглядом, что мне стало неуютно.

– Думаю, ты скоро будешь просить у меня прощения, маленький цветочек! – игриво протянул он. – И вот тогда я вспомню этот разговор.

«Боги, что же ты творишь? Зачем же сама провоцируешь этого парня на безумства? – пыталась урезонить сама себя я – Он так молод и горяч, что наломает дров – а кому разбирать?» – «Ты еще скажи, что он в сыновья тебе годится!» – ехидно подначил голос из глубины подсознания.

Наверное, полминуты мы стояли молча в ночной темноте, слушая, как бьются наши сердца. Я – пытаясь успокоиться, он – глядя на меня. Луна была в зените и лила свой серебристый свет на мир людей. И может быть, именно эти «стрелы Аннана» подвигли меня прервать затянувшееся молчание.

– Асмаррах-ани, – слова давались тяжело, в глубине души все еще бушевало пламя. Я осмелилась и подняла голову, встречая его взгляд. Но молодой человек вскинул руку и приложил палец к моим губам.

– Подожди меня немного, воровка моей души, – как-то неожиданно ласково сказал он и исчез в тени древесного великана, а я осталась одна.

Как же быстро меняется у него настроение, только что он был страшно зол, а теперь ведет себя как влюбленный романтик! От любви до ненависти, конечно, один шаг, но не такой же короткий?

Самирский царевич вернулся так же быстро, как исчез. Я только-только начала обдумывать мысль о том, что надо уходить. Он шел ко мне, залитый лунным светом, и как-то странно улыбался. Одна рука была спрятана за спиной, а другой он отточенным жестом приглаживал растрепавшиеся волосы.

– Нужно было подарить тебе его в самом начале, – смущенно произнес молодой человек. – Тогда бы ты на меня не сердилась.

В протянутой руке он сжимал небольшой крупный светлый цветок. Цвет различить было невозможно, но по очертаниям я легко угадала в нем ирис.

– Это золотой цветок Кареша, – довольно пояснил он.

– Но откуда ты его взял? Они же отцвели больше месяца назад! – изумилась я. Золотистые низенькие ирисы небольшой кучкой росли во внутреннем садике малого дворца. Из рассказов старой Ибы я знала, что их после моего рождения посадил там отец, приказав принести корневища с далеких склонов Иират.

– В горах время течет по-другому, я поехал и нашел его для тебя, – пояснил царевич.

– Сегодня? – мои глаза снова расширились от удивления.