Белые розы Аризоны - Патриция Нолл

На следующий день начиналось клеймение скота, и, хотя Жанна провела бессонную ночь, ей пришлось подняться ни свет ни заря и приготовиться к отъезду. На ранчо «Алмаз» жалость к себе была неведома — эту истину Жанна познала очень быстро.

Прежде всего, она позвонила Кэрол Бёрнсайд, сообщила, куда послать фотографии картин, потом собрала снесенные курами яйца. Возвращаясь из курятника, где по-прежнему правила бал Ведьма — Сет вопреки своим угрозам так и не свернул ей шею, — она увидела его самого. Выходя из конюшни, он окинул ее быстрым взглядом, словно желая убедиться, что все в порядке, улыбнулся, поздоровался и отправился дальше по своим делам. Жанна даже не успела понять, что испытала — то ли разочарование, то ли облегчение. Ведь она только-только поняла, что любит Сета Броуди без памяти, и еще не освоилась с этой мыслью. Так лучше уж продолжать поддерживать отношения работодателя и наемной работницы, как бы трудно это ни было.

Быстро проглотив вместе со всеми ранний завтрак, Жанна с помощью Хосе загрузила в машину ленч, бутыли с ледяной водой и огромный закопченный кофейник. Сет с остальными мужчинами перенес в кузов складную изгородь и несколько ящиков с необходимым снаряжением. Хосе занял место у руля, и старый грузовичок задребезжал по разбитому проселку, ведшему на пастбища, где предполагалось начать работы. Впереди скакали мужчины, в том числе Гас и Стив, вместе с ними были две лошади без наездников — Хилда и Мексиканец.

По прибытии на место прежде всего установили раскладную изгородь, так что она образовала два загона, и разожгли газовую плитку для разогревания кофе и накаливания железных палок с клеймом на конце в виде фирменной марки ранчо — крупного алмаза с буквой «Б» посередине. Поставив с помощью Хосе кофейник на огонь, Жанна из любопытства подняла одно из клейм, оказавшееся очень тяжелым.

Содрогнувшись при мысли о том, какую боль должны испытывать несчастные телята от прикосновения к ним раскаленного железа, Жанна поспешно положила клеймо на место и обтерла руку о джинсы.

— Спустя несколько дней боль, знаете ли, утихает, — дружелюбно произнес за ее спиной Сет.

— Надо бы сообщить это телятам.

— Они все равно не поверят.

— Я тоже не верю.

Сет улыбнулся, напряженность между ними чуть-чуть разрядилась.

— Клеймить будем лишь немногих — тех, что ускользнули от нас весной. Им же придется делать прививки. Мне бы хотелось, чтобы прививки делали вы.

— Сет! — вскричала побледневшая Жанна. — Мне, конечно, следует как обычно в подобных случаях, воскликнуть: «Я справлюсь», но я и подумать не могу о том, чтобы воткнуть иглу в маленькое невинное создание.

— Маленькое? Невинное? Да они больше вас. А о невинности мы поговорим после того, как они попытаются вас боднуть.

— Если они такие большие, — Жанна с вызовом уперла руки в бока, — то как я смогу удерживать их, чтобы сделать укол?

— Удерживать — наша забота. Вам надо будет только ввести вакцину.

— Ну хорошо, — вздохнула Жанна и стала оглядываться, но вокруг расстилались пустые луга. — Где же мои пациенты?

Сет снова рассмеялся.

— Вы полагаете, что они выстроятся в очередь к вам, и каждый будет радостно сообщать: «Вот и я!»? Прежде всего их надо отыскать. В этом и заключается главная трудность.

Жанна с раздражением взглянула на Сета и по привычке гордо вздернула подбородок.

— Я так себе и представляла.

— Конечно, конечно.

Сет вскочил на своего Мексиканца, но не двинулся с места в ожидании Жанны. Она, собрав поводья в руку, тоже довольно ловко села на Хилду и поздравила себя с тем, что овладела-таки искусством верховой езды. Сет с места помчался рысью, Жанна последовала его примеру.

За ними следом тронулись Гас и Стив во главе с Хосе, а Баркер остался дежурить у плитки — поддерживать огонь и греть на нем клейма, которые должны быть раскалены к моменту появления первых телят.

В мгновение ока Жанна поняла, что ездить на Хилде по загону совсем не то же самое, что скакать на ней же по прериям в поисках разбредшихся Бог весть куда коров.

Жанна всегда считала себя сильной девушкой. И в самом деле — она была совершенно здорова, а всю минувшую зиму посещала спортивные занятия в модном клубе, где в числе прочего упражнялась в поднятии тяжестей. Тем не менее здесь уже через пару часов руки упорно не желали ее слушаться, да и ноги молили о пощаде.

Обостренное чувство самолюбия не позволяло Жанне признаться Сету в своих страданиях, и она только старалась подпрыгивать в седле в ритм шагам Хилды и сидеть как можно прямее.

А Сет явно чувствовал себя в седле не хуже, чем в кресле, и вообще он был здесь на своем месте. Пришпорив Мексиканца, Сет не переставал внимательно вглядываться в землю, стараясь отыскать на ней следы коровьих копыт. Жанна прилагала все силы, чтобы от него не отстать, про себя удивляясь, зачем он приказал ей ехать с ним. Пока что ее участие ограничивалось тем, что она изо всех сил старалась удержаться в седле. В конце концов Жанна не выдержала и ворчливо спросила:

— Разве не было бы разумнее, чтобы вместо Баркера около плитки осталась я? — При этом она приподнялась на стременах, желая дать отдохнуть своему седалищу. — Я даже не знаю, что именно мы ищем.

Сет повернулся в ее сторону. В тот же миг она автоматически опустилась на седло, чтобы придать себе вид опытной наездницы, но от боли невольно взвизгнула.

— Я взял вас с собой, чтобы вы чему-нибудь научились.

— Какая честь!

— И чтобы я имел возможность слушать те приятные вещи, которые вы неизменно считаете своим долгом сообщать мне. — Замолчав, Сет пристально осмотрел землю вокруг себя и указал на какие-то вмятины в грунте. — Видите? Значит, нам туда. Поспеете за мной?

— Разумеется.

— Если вам будет трудно, немедленно скажите.

Да ни за что на свете! — подумала она, но вслух произнесла:

— Договорились.

И они скакали во весь опор, пока не заметили корову с теленком, прячущихся в тени осин. Сет погнал их в нужном направлении, и теперь они ехали неторопливым шагом.

Хотя Жанна надела одну из Эмминых широкополых шляп, защищавших лицо от палящих лучей солнца, она умирала от жары и жажды.

— Мы будем ползти целую вечность, — вырвалось у нее. — Нельзя ли ускорить шаг?

Сет посмотрел на нее так, словно она предлагала убить человека.

— Ни в коем случае! Какую выгоду принесет мне продажа тощих коров, бегающих взад и вперед по Белым горам?

Скрепя сердце Жанна решила больше не роптать на судьбу. Обнаружив еще одну корову, на сей раз с двумя телятами, он отдал их на ее попечение. Жанна преградила им путь и таким образом заставила двигаться в нужном направлении.