Сноходец (СИ) - Воронин Вячеслав

Услышав это, молодой человек снова безвольно опустился в кресло. Казалось, даже его стоящие торчком волосы опали.

— Это настолько заметно? — тихо спросил он.

— Вовсе нет, просто я знаю, на что обращать внимание, — спокойно и даже по отечески успокоил его Эдуард. — Вас выдали глаза. Вы явно чем-то обеспокоены.

— Так и есть. Вы правда хотите это обсудить?

— Безусловно.

Казалось, внутри Артура что-то сломалось, и из него мощным потоком выплеснулось наружу все, что копилось годами. Он рассказал, как в детстве старался не затеряться на фоне братьев и сестер, как позже завидовал их успешным карьерам, в то время как сам только и умел, что рисовать красивые картинки. Вспомнил и знакомство с Виктором, казавшимся ему образцом успешности, и о том, как старался быть ближе к нему, чтобы научиться быть таким же. Не обошел стороной и недавние события, когда с его друзьями происходили невероятные, даже фантастические вещи, а он был не в силах им чем-нибудь помочь.

— Вот все и встало на свои места, — резюмировал психолог. — Своим поведением и манерой одеваться вы пытались показать себя ярче и значительнее, но ответьте мне, вам действительно необходимо внимание всех людей?

Простой вопрос заставил Арчи серьезно задуматься, и в итоге он четко ответил:

— Нет.

— Отлично. Тогда, возможно, вам важна реакция конкретных людей? Родители, друзья?

— Да, — прозвучал ответ после недолгих раздумий.

— А теперь скажите мне, за что они ценят вас? За вызывающе яркий образ и колкие остроты, или за то, что вы любящий сын, верный друг и просто хороший человек?

Последний вопрос не просто заставил молодого человека задуматься, а буквально погрузил его в транс. Только спустя минут пять довольный эффектом своих слов Эдуард Васильевич прервал его размышления:

— Я не прошу вас ответить мне прямо сейчас. Лишь советую хорошенько подумать, что для вас действительно важно. А сейчас прошу меня простить, я вынужден оставить вас, нужно готовиться к предстоящим лекциям.

— Да, да, простите, — отозвался выпавший из раздумий Артур.

Дизайнер поднялся с кресла, взвалил на плечо рюкзак и медленно подошел к дверям.

— Спасибо вам. За все, — искренне сказал он на прощание и пошел на свое рабочее место. Однако голова его была занята совсем не работой.

Глава 21. Столица

— Нет, я не знаю, сколько еще нам ехать.

Виктор уже сбился со счету, сколько раз за этот день Яшка спрашивал его, когда они уже приедут в столицу. И его можно было понять. Обоз уже долгое время был в пути, и ребенку было очень скучно просто сидеть в телеге. Его спутники постоянно пытались придумать какие-нибудь забавы, чтобы отвлечь мальчишку, но в таких условиях сильно не разгуляешься. Кроме того, паренек очень хотел увидеть стольный град и царские палаты.

И вот, наконец, вдали показались обширные поля, за которыми тонкой линией виднелся большой город. По началу путники не могли поверить своим глазам, настолько завораживающим было окружение. На широких, хорошо ухоженных полях трудились сотни крестьян, одетых в дорогие, расшитые узорами рубахи. Тут и там ждали своего часа искусно изготовленные расписные телеги, запряженные конями, достойными самого князя.

Когда же богатые царские поля остались позади, восхищение приезжих достигло своего пика. Простые деревенские люди даже в самых светлых снах не могли представить, что в подобных больших, надежных, ярко украшенных домах, расположившихся за городской стеной, могут жить обычные крестьяне, целыми днями гнущие спины на полях.

Виктор же не разделял восхищения своих попутчиков. За последние дни он вдоволь навидался такого, что богатством столицы его было сложно удивить. Молодого волка гораздо больше интересовало другое. Они уже почти добрались до крепостных стен, но так и не увидели ни следа беженцев Борислава. У них была фора часов в двенадцать. Они точно должны были быть здесь.

Беспокойство только усилилось, когда обоз добрался до массивных дубовых ворот, усиленных чеканными металлическими пластинами, отделяющих внутреннюю часть города. Царские стрельцы потребовали от путников оставить повозки у ворот и назвать цель визита.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

“Если их не пропускают внутрь, где же телеги людей князя?” — Задался логичным вопросом Виктор.

Не долго думая, он поделился своими подозрениями с Жанной. Та жестом показала, что согласна с его словами, покрепче сжала руку Яшки и вместе со своим спутником прошла вперед.

— Что-то не так? — поинтересовался молодой волк у стражников. — Почему мы не можем войти в город?

Стрелец медленно осмотрел говорившего и, судя по надменной ухмылке, не счел его хоть сколь-нибудь важной персоной.

— Его царское Величество повелели никого не пущать, — сухо ответил он, будто отмахнулся от назойливой мухи.

Однако Виктора этот ответ не устроил. Он взял на себя обязательство доставить людей в безопасное место и был полон решимости его выполнить.

— Не может же Его Величество отказать в укрытии несчастным беженцам.

— Не велено пущать, значит не велено, — зевая ответил второй стражник. — Шли бы вы подобру-поздорову.

Становилось понятно, что во сне охранники не сильно отличались от своих коллег в реальном мире, без приказа и шага не сделают. Однако мужчина сдаваться был не намерен и решил использовать главный козырь.

— Вы не можете нас не пропустить! — почти выкрикнул он. — У нас срочные и очень важные новости для царя. Около двух дней назад черная орда разорила город князя Борислава. Умирая он поручил мне увести его людей в столицу и доложить Его Величеству о захватчиках.

В доказательство Виктор продемонстрировал княжеский перстень, как символ своих полномочий.

На удивление, после этих слов стрельцы как-то странно встрепенулись, снова оценили путника взглядом и о чем-то зашептались. Спустя минуту первый стражник подошел к гостю, вытянулся в струнку и произнес:

— Не извольте гневаться, добрый человек, — перемена в его голосе была просто поразительной, от прежней скуки не осталось и следа. — Его Величество ожидают вас. Прошу пройти со мной в царские палаты.

“Ожидает? Значит он уже говорил с беженцами? Странно”, - не мог не отметить Виктор, однако, не став сопротивляться, жестом пригласил подругу и пошел внутрь. Стоило ему сделать пару шагов, как второй стражник бердышом преградил девушке дорогу.

— В чем дело? — возмутился молодой волк. — Я никуда не пойду без своей спутницы и подопечного.

Было видно, что озвученные условия заставили стрельцов заметно колебаться, но, еще немного посовещавшись, они позволили им пройти. Пообещав спутникам разобраться, в чем дело, трое вошли в город.

За городскими стенами путников ждала еще более великолепная картина. По обеим сторонам широкой мощеной улицы высились монументальные и в то же время потрясающе красивые белокаменные постройки, украшенные орнаментами и росписью. На рыночной площади без остановки играла музыка и выступали скоморохи. Торговые ряды ломились от обилия заморских товаров и яств высшего сорта. А уж сколько здесь было людей. Виктору невольно вспомнился недавний фестиваль, только там он в последнее время видел такое количество счастливых людей, снующих вокруг.

Однако набирающее силу чувство тревоги не позволяло мужчине расслабиться и отдаться атмосфере бесконечного праздника. Он продолжал внимательно всматриваться в лица окружавших его людей, но не видел никого знакомого.

“Куда же они могли подеваться?” — раз за разом прокручивалось в его голове, подобно мрачной пугающей мантре.

Наконец, после относительно недолгой прогулки стрелец привел троицу к царским палатам, расположившимся в самом центре столицы. Величественность, масштабность и архитектурные изыски постройки все-таки заставили Виктора замереть в изумлении. Он даже не мог сосчитать все башни, купола, переходы и террасы, которые в огромном количестве украшали этот дворец. Назвать это произведение архитектурного искусства иначе у молодого волка просто не поворачивался язык. По сравнению с ним хоромы Борислава казались банальным сараем.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})