Пепелище славы - Роджер Джолли

Орогу пришлось выслушивать эту увлекательную дискуссию, укрывшись за рядом натечных колонн. Случись на его месте какой-нибудь ученый муж, он бы наверняка с восторгом записал обе теории, чтобы затем внести в толстый трактат и сделать достоянием широкой общественности под видом собственных умозаключений. Однако, Орог, несмотря на пристрастие к книгам, был далек от научных кругов, и потому счел обе версии редкостным бредом, противоречащим здравому смыслу.

Подслушанный ненароком разговор принес значимую пользу: у Орога начинал складываться отчетливый образ самонадеянного лизоблюда и подхалима с гипертрофированным чувством собственной значимости, в который предстояло ему войти для того, чтобы успешно выдать себя за посланца Темного Властелина.

Наконец, спорщики, так и не пришедшие к определенному заключению, единодушно сошлись в одном: больших мерзавцев и сволочей, чем эти бродящие под солнцем ублюдки, земля не носила со дня сотворения. Подытожив таким образом результаты спора, орки разбрелись по своим делам.

Путь был свободен. Орог мог гордиться маскировкой: ни один из воинов Черного Солнца не почуял его присутствия, хотя он и стоял в нескольких шагах. Быстрыми перебежками, пока на горизонте не возникли очередные любители поспорить, он преодолел опасную галерею и нырнул в примеченный лаз.

Через сотню-другую шагов ход свернул вправо и расширился. Орог, до сих пор двигавшийся ощупью в темноте, рискнул запалить факел. Особенности орочьего зрения позволяли ему различать разницу температур, но в подземельи это не приносило особой пользы: здесь все было одинаково каменным и холодным.

Факел оказался как нельзя кстати: еще немного, и молодой охотник имел бы все шансы загреметь в широкий колодец, пересекающий проход. Ноздри орка отчетливо ощущали близкое присутствие сородича. Орог уже научился различать характерные черты запахов, присущие Черному Солнцу, чтобы сказать с уверенностью: это один из них.

Следующий момент поставил его в тупик: казалось, что запах принадлежит древнему старику. Озадаченный, Орог осторожно подполз к краю обрыва, тщательно принюхиваясь, и тут понял свою ошибку. Слабость, нездоровье – вот, показалось ему признаками старости.

– Уршнак? – негромко позвал он.

На дне колодца проглядывался неясный контур, окруженный светящимся ореолом живого тепла. Но ответа не последовало.

– Эй! – еще раз окликнул Орог. – Мне нужно с тобой поговорить!

– Кто это? – послышался глухой низкий голос.

Засохшая грязь, жесткой маской стянувшая кожу, помешала Орогу довольно улыбнуться.

– Можешь считать меня другом, – заявил он. Последовала долгая пауза.

– Ты не из нашего клана, – это прозвучало скорее утверждением, чем вопросом. Орог поспешил увести разговор со скользкой темы.

– Ришнар собирается отравить тебя, – сказал он. – Если хочешь остаться в живых, не бери еды и воды в ближайшие несколько дней. Хриплый смех Уршнака быстро перешел в кашель:

– Тогда мне тем более не выжить, чужак. Барги, чтоб длинноухие подавились его костями, приказывает кормить меня только когда вспоминает. А случается это все реже и реже. Я протяну ноги с голоду, вот и вся разница.

– Скажи мне, Уршнак, за что ты оказался в этом колодце? Орог физически ощутил волну злобы, пришедшую из глубины черного провала.

– Барги, – прохрипел Уршнак. – Подлый убийца, называющий себя вождем! Вот из-за кого я здесь!

– Убийца? – Орог надеялся, что удивление в голосе прозвучало достаточно искренне. – Разве убивать врагов считается у Черного Солнца зазорным?

Может быть, в других обстоятельствах старинный недруг Барги и заподозрил бы неладное. Но черная ненависть копилась в его душе много долгих лет – и вот, у него появилась возможность ее излить. Не бывшим товарищам из клана, среди которых не осталось ни единого союзника, а невесть откуда пришедшему чужаку.

– Врагов! – прокаркал Уршнак. – Как бы не так! Все, на что способна эта смердящая шкура – нанести подлый удар в спину собственному вождю!

Орог решил повременить с ответом – будто бы не знал, как реагировать на столь серьезное обвинение. Уршнак тем временем распалялся все больше и больше. Несколько минут Орог молчаливо выслушивал его излияния по поводу моральных и физических качеств нынешнего вождя, пока, наконец, не нашел повод вмешаться.

– Этот предатель позорит клан! – бушевал узник. – Позорит всех нас! Позорит самого Владыку!

– Не будь слишком волен с именем Владыки! – сурово заметил новоиспеченный «урук-хай». – Твои обвинения очень серьезны. Есть ли у тебя доказательства своим словам?

– Доказательства! – Уршнак снова расхохотался – так дико, что у Орога возникли сомнения относительно здравости его рассудка. – Барги хорошенько о них позаботился.

Внезапно, хохот оборвался, и в голосе опального воина послышались совсем другие интонации:

– А ты, чужак, кто такой, чтобы этим интересоваться?

Высокомерная личина урук-хая оказалась не столь уж тяжелой, при соответствующем настрое. Орог, хорошо сжившийся с новой ролью, презрительно фыркнул:

– Лично мне нет никакого дела до тебя и твоего жалкого клана! Но тому, кто послал меня сюда, очень любопытно, достойно ли вели себя его воины за триста лет отсутствия! В твоих же интересах поведать мне как можно больше.

– Уж не хочешь ли ты сказать, что послан самим Владыкой?

– Именно это я и хочу сказать.

– Такое заявление тоже требует доказательств, – заметил воин Черного Солнца.

– За кого ты меня принимаешь, старик? – скривился Орог. – Или ты думаешь, что я так рад торчать в забытых всеми горах, когда другие уже собираются в набеги? Пора доложить Владыке, что все достойные и верные полегли в бою, и от Черного Солнца осталась лишь горстка предателей, грызущихся за власть так, будто она им принадлежит!

– Это неправда! – вскричал Уршнак так поспешно, что у Орога отпали последние сомнения в его несомненной причастности к упомянутой грызне. – Ришнар замутил головы всему клану, но виноваты только он и Барги! Возомнили себя главнее самого Владыки! Я желал лишь справедливости!

– Вот как? – заинтересованно протянул «урук-хай».

– Если Ришнар меня убьет, никто больше не откроет правду!

– Намекаешь на то, чтобы я помог тебе бежать?

– Да! Вытащи меня отсюда, и я помогу разоблачить этих предателей!

«Что за щедрое предложение! – подумал Орог. – Скромно и от всей души». Целостная картинка начинала мало-помалу складываться. Холодный расчет Ришнара проглядывался за ней. Старому интригану был необходим болван во главе клана, и он его получил. Несомненно, Уршнак умнее Барги. Ему без надобности хитрый советчик, обожаемый воинами.