Недетские игры - Дэвид Бишоф

— Есть, — отозвался Олмер. — Готов к запуску.

«В ваших руках окажется судьба Соединенных Штатов Америки, капитан Халлорхен, — сказали они. — Родина надеется на вас…»

— Тринадцать… двенадцать…

Записанный на пленку голос продолжал автоматически отсчитывать время. Халлорхен стал повторять:

— Одиннадцать… десять…

Слова Шилы снова заполнили сознание: «Ты же не машина, Джерри, ты — человек. Поэтому ты и дорог мне! Не позволяй этим мерзавцам задурить себе голову!»

Слова упрямо не хотели слетать с уст Халлорхена. Они застряли в глотке. Капитан опустил руку.

Олмер повернулся к командиру. На его лице читалась явная тревога.

— Сэр! У нас приказ!

Халлорхен молча смотрел на лейтенанта. Олмер выдернул из кобуры пистолет 38-го калибра и навел на своего начальника.

— Ключ… положите руку на ключ, сэр, — произнес Олмер почти умоляюще.

— Шесть… пять… четыре, — продолжал бесстрастный голос в динамике.

Глядя перед собой невидящим взором, Халлорхен покачал головой.

— Не могу.

На дисплее монитора появились цифры отсчета в буквенной записи.

— Три… две… одна… ПУСК!

Голос Шилы звучал теперь совсем издалека, но все же отчетливо: «Хоть раз в жизни, Джерри Халлорхен, ты должен принять решение, исходя из этических, нет — моральных соображений. Поступить по велению совести!»

Олмер был в отчаянии. Голос его перешел в дрожащий фальцет.

— Сэр… Приказ на запуск! Поверните ключ!

Джерри не шелохнулся, ощутив спокойствие и смирясь с судьбой. Потом повернулся к лейтенанту Олмеру, и четко произнес:

— Не могу.

Сверлящий уши визг заполнил крохотное пространство подземного помещения. Командир ракетного комплекса Джерри Халлорхен молча ждал следующего мгновения. Будь что будет.

1

О конце света возвестил не грандиозный взрыв и даже не шлепок, — нет — просто наступила полная тишина.

Над зелено-бурой поверхностью планеты Земля выросли грибовидные облака. По Северной и Южной Америке зигзагами пробежали трещины, и оттуда рваными клочьями завихрился дым.

— Какого черта? — спросил Дэвид Лайтмен.

Он отложил в сторону дистанционный пульт управления и покрутил колесико «громкость» небольшого видавшего виды цветного телевизора «Сильвания». Шума и треска стало еще больше, но звук не вернулся. Изображение Земли на экране разлетелось на мелкие кусочки, и ярко-малиновые буквы оповестили: КОНЕЦ.

Дэвид Лайтмен откинулся на стуле и хлопнул себя по лбу.

— Подпрограмма финального взрыва!

Ну конечно, он совсем забыл про эту глупую штуку! Дэвид рассмеялся. Все остальное, что он написал для программы «Разрушители планеты», было замечательно! Не хуже, чем кассеты с игрой «Звездные налетчики» фирмы «Атари». В его варианте изображение на экране и звуковые эффекты были даже лучше.

Семнадцатилетний паренек щелкнул тумблером на потертой клавиатуре компьютера «Альтаир» и выключил дисковод операционной системы; тот со скрежетом остановился. Н-да, неплохо было бы достать новые дисководы. Но свой «Альтаир» он не променяет ни на что. Вместе с дополнительными блоками памяти и периферийными устройствами этот аппарат был шедевром изобретательности — собран по винтикам, скреплен кое-где жевательной резинкой, но работал отлично.

Конечно, если ему с неба свалится новый компьютер последнего поколения, он не станет отказываться. Но то, что есть, его вполне устраивает, спасибочки. Пусть система выглядела как электронное кладбище в спальне, зато была его собственностью.

Дэвид вздохнул, выключил купленный по случаю вспомогательный дисковод, подождал, пока погаснет контрольная лампочка, и вновь включил «Альтаир».

ГОТОВ, — немедленно сообщил экран.

Дэвид почесал сквозь футболку живот и задумался. Вроде он составил программу электронной игры по всем правилам. Ловушка для космических пиратов лихо подстроена, сторожевые космические корабли вокруг Земли — просто блеск, а финальный взрыв, когда Земля разлеталась на куски, возвещая победу игрока, был просто потрясный. Не стоило даже распечатывать целиком.

— Ладно, попробуем еще разок.

Он набрал на клавиатуре ДОС — дисковую операционную систему. После короткой паузы на экране появилась распечатка всех частей программы «Разрушители планеты».

Ага, вот оно что. Он забыл ее кодовое название: «КРАХ».

Подпрограмма занимала пять секторов на старом диске «Элефант».

Гм-мм. Придумать бы, как ее правильно связать с графической подпрограммой…

Он снова вызвал Бейсик и ввел команду РАСПЕЧАТАТЬ «КРАХ».

На экране тут же появились четко пронумерованные строчки. Дэвид мог программировать и в машинных кодах, но эту программу проще было написать на языке Бейсик.

Он включил стоявшую рядом электрическую пишущую машинку ИБМ-1, которую использовал в качестве буквопечатающего устройства, и ввел команду: ПЕЧАТАТЬ.

Старая машинка мучительно медленно начала работать. Эх, достать бы приличное АЦПУ… или хотя бы матричную печать. Но никуда не прыгнешь — приходится обходиться старенькой машинкой ИБМ; с финансами туго — карманных денег, что давали родители, кот наплакал, а приработок — грошовый.

— Дэвид! — позвал снизу отец. Старик никогда не удосуживался подняться и постучать в дверь. Он просто орал, стоя возле нижней ступеньки. — Дэвид! Обед готов!

Дэвид со вздохом подошел к двери.

— Еще минуту, о'кей?

— Еда подана. Второй раз звать не буду.

Чччерт! Когда мама готовила обед, отец садился есть, даже не спросив, где сын. Но когда мама уезжала торговать недвижимостью и старик кухарил сам, присутствие было обязательно, хотя в готовке Гаролд Лайтмен смыслил столько же, сколько в квантовой механике.

— Сейчас! Только вымою руки.

Дэвид подошел к печатающему устройству.

«Чик-чик-чик», изрекла ИБМ, прижимаясь шаром к обратной стороне формуляров на продажу земельных участков, — мама дала ему целую кипу своих бланков, и сейчас на них выстраивались четкие буквы и цифры.

— Давай, давай, шевелись! — сказал он, нетерпеливо постукивая по зеленому корпусу машинки.

Дэвид рассеянно оглядел комнату. Кавардак тот еще. Одежда разбросана по кровати и по полу. Если мама заглянет, ее хватит удар. Хорошо, что он держит свою комнату на замке. С отцом все было в порядке: тот считал комнату сына чуланом, где слабоумный отпрыск предается дурацким забавам, чуждым всякому благоразумному человеку.

— Дэвид! Я сейчас разозлюсь по-настоящему!

— О'кей! О'кей!

Машинка напечатала последнюю часть программы, Дэвид схватил толстый блокнот, шариковую ручку, вырвал страницу из валика ИБМ и кубарем скатился с лестницы.

Сев за обеденный стол, паренек шмякнул все принесенное рядом с тарелкой. Отец стоял у плиты, и когда он повернулся, Дэвид увидел, что отец в фартуке. Ну, дает!

— Готовил уроки? — осведомился Гаролд Лайтмен.

— Уже отстрелялся, — ответил сын, раскидывая бумаги на аккуратно сервированном столе.

— Хотелось бы, чтоб в этом полугодии оценки у тебя были получше.

Дэвид, на секунду оторвавшись от печатного текста, поднял глаза на отца.

— Будут. Обещаю.

— Хорошо, — мистер Лайтмен двинулся к столу, помешивая варево.

Дэвид, не веря собственным глазам, уставился на дымящееся содержимое кастрюльки.

— Сосиски с горошком? И ради этого я мчался сюда сломя голову?!

Мистер Лайтмен поправил пенсне. Его круглое лицо приняло обиженное выражение.

— Между прочим, это мое фирменное блюдо. Сюда добавлен жареный лук, перец, специи, вустерский соус, бекон… На гарнир — салат-латук и помидоры, — он указал на стеклянную салатницу с вялыми овощами. — Как тебе известно, мама последние дни очень занята.

— Н-да, — Дэвид вывалил себе на тарелку коричневатый ком.

Мистер Лайтмен сел за стол и принялся жевать, нахмурив брови.

«Так, посмотрим, — подумал Дэвид. — Достаточно ли номеров я здесь оставил? Если переход ИДИ НА вставить сюда, то…»

— Не скрою, Дэвид, мне было бы приятно хоть когда-нибудь побеседовать с тобой за столом, как принято у нормальных людей. Но ты вечно утыкаешься в свою компьютерную галиматью или псевдонаучную фантастику. Скажи, есть ли предел дурацким занятиям?

— Па, но для меня это очень важно, — рассеянно ответил Дэвид.

— Угу, — отец полил свой салат заправкой из бутылки с наклейкой «Остров Таунзенд». — И над чем же ты трудишься?

— Составляю программу для одной игры.

— Очень интересно.

— Да. Если удастся продать ее, можно будет заработать.

— И как же называется это прибыльное произведение?

— Секрет. Когда закончу, может быть, покажу тебе.

— А почему не сейчас?

— Ты не поймешь. Она еще не отлажена. И потом, я хочу запатентовать ее.

— Если получишь гонорар, подумай о покупке нового костюма, Дэвид. Возможно, тебе захочется одевать его почаще, отправляясь в церковь. Пастор Клинтон уже осведомлялся о тебе.