Грязные отношения (СИ) - Мун Алекса

— За домогательство? — снова эта ухмылка. — Ты смешная, Лу. А имя откуда такое странное? Только что выдумала?

Если бы… именем Лилу меня наградили родители. Я ненавижу это имя, точно так же как и презираю их…

— Это тоже не ваше дело!

— Я смотрю, когда нас разделяет стул, ты смелее становишься? — мужчина неожиданно оказывается напротив меня и откидывает в сторону высокий барный стул. Он со скрежетом валится на пол, и я взвизгиваю от испуга.

— Что мне этот стул, девочка? — как ни в чем ни бывало мужчина обходит меня и направляется к холодильнику. — Голодная говоришь, да?

Да что с ним такое? Я только что пережила стресс, а он интересуется не голодная ли я? Совсем с головой не дружит? Впредь и мне тоже нужно за языком следить.

У меня в крови сейчас столько адреналина, что я попросту не чувствую боль. Поднимаю стул и задвигаю его на место.

— А что вы за врач? — решаю разбавить давящую тишину.

— Анестезиолог-реаниматолог, — жуя отвечает он и вынимает из холодильника два запечатанных контейнера. — Рыба или мясо?

— Я не…

Меня перебивает звонящий телефон, и мужчина опускает контейнеры на стол.

— Ты пока подумай, — подходит к телефону и поджимает губы, видя имя звонящего. — Молчи! — прикладывает палец к губам, отвечая на вызов.

Вслушиваясь в непрерывный поток слов на той стороне, мужчина закатывает глаза. Начинает тарабанить по столешнице пальцами. Внезапно его взгляд находит меня. Я снова краснею, потому что черные глаза коснувшись губ, сползают к глубокому вырезу халата.

— Все сказала? — рычит в трубку, — А сейчас послушай меня. Еще раз будешь истерить мне в трубку, мы больше не увидимся. Выдохни! Сегодня не судьба встретиться. У меня неожиданно появились дела.

— Извините, — тихо бурчу, когда сбросив вызов Ильяс заталкивает первый контейнер в микроволновку.

— За что?

— За то, что испортила вам вечер.

— Это с какой стороны посмотреть, — подмигивает он.

Что это еще за намеки?

Микроволновка пищит. Щелчок. Передо мной появляется ароматная еда.

— Рыба. Я выбрал за тебя, раз ты у нас такая нерешительная.

Пододвигаю к себе серебристый контейнер и начинаю ковырять еду. Мысленно умоляя стиральную машинку скорее закончить стирать.

Мы едим в полном молчании. Лишь иногда Ильяс бросает на меня короткие взгляды из-под сдвинутых бровей. Видно, что мужчина о чем-то думает. Взвешивает.

Ильяс… у него такое странное имя? Никогда такого не слышала. Сколько ему лет? На вид — больше тридцати.

— Так сколько тебе лет? — тихо спрашивает он.

— Девятнадцать. Мы с подругой сегодня закрыли семестр. Я шла к ней отпраздновать. — Зачем-то выкладываю его всю правду, но сейчас ему хочется отвечать. Когда он не грубит и не распускает руки, кажется вполне нормальным собеседником.

К сожалению, спустя некоторое время именно грязные словечки и жадные касания я буду любить в нем больше всего… это будет делать меня одержимой.

— Может быть тебе нужно кому-то позвонить? — толкает в мою сторону телефон. — Сказать родителям, что с тобой все в порядке.

— Родителям все равно где я. Вахтерше общежития — тоже. Я бы позвонила Юльке, но не помню ее номер наизусть. — Пожимаю плечами.

— Ясно все с тобой. Тогда ешь. Здесь ты точно в безопасности.

Мужчина быстро доедает свой ужин и снова берет телефон. Набирает номер.

— Гера! Короче, я сегодня на домашнем. Скинь мне на почту, что ты там хотел.

Слушая абонента, Ильяс подходит к окну и отодвигает штору. Качает головой. Похоже, там погода разыгралась не на шутку.

Звонкий писк, долетевший из ванной, сообщает нам, что машинка достирала мои вещи. Мы с Ильясом одновременно дергаемся в сторону двери в ванную, и я подлетаю с места. Неужели это все скоро закончится, и я смогу убраться отсюда?

— Сушилка сверху, разберись сама! — говорит мне Ильяс и продолжает беседу с неким Герой: — Нет, не тебе я это…

Сползаю со стула и чуть ли не несусь в ванную. Несусь громко сказано. Точнее будет — быстро ковыляю.

Перебросив вещи с одного барабана в другой, я ненадолго зависаю, разглядывая множество кнопок. Если со стиральной машиной я разобралась быстро, то здесь мне понадобится помощь.

Рука помощи появляется незамедлительно. Откуда не возьмись за спиной беззвучной тенью появляется Ильяс. Он быстро нажимает нужные кнопки и барабан снова начинает крутиться.

Мужчина стоит за спиной очень близко. Я ощущаю его дыхания на своих мокрых волосах. Почему он не отходит? Почему я не прошу его отойти? Меня парализовало. Не могу пошевелиться. Нужно как-то избавиться от него.

Что произошло за секунду пока я перемещала вещи? Почему он так изменился?

— Какое странное у вашего друга имя, — пытаюсь вести себя естественно. Будто бы меня совершенно не заботит, что он мне преградил путь своим полуголым телом.

— Гера? Это не имя, это кличка. Одно время он плотно сидел на героине. Еле вытащил его оттуда. — Звучит хриплый голос над моей головой.

О боже! Эта информация была явно лишней.

— Можно я вернусь в кухню? — аккуратно спрашиваю.

— Иди, — он убирает руку, пропуская меня. — Там погода испортилась. Возможно, ты здесь пробудешь не пару часов.

Глава 4

Ильяс

Что же я творю?

Этот вопрос не отпускает меня вот уже пятнадцать минут. Точнее, я еще ничего не сотворил, но дьявольские мысли так и подталкивают меня к малышке. Сотворить.

Я смотрю, как эта серая мышка забилась в углу на диване и нервно грызет нижнюю губу. Изредка поглядывает на меня и тут же смущаясь отводит взгляд.

Она испортила все мои планы. Оставила без секса. Шарахается от меня как он маньяка, а я ведь даже ничего не сделал. Я всего лишь хотел помочь. Держался молодцом.

Может, она умеет читать мысли?

Интересно, о чем она думает? Очевидно, не о том, о чем я. Потому что в своих мыслях я уже давно трахнул ее на столе.

Она как наваждение. Проклятое наваждение. Со мной такого никогда не случалось прежде. Девок много красивых видел, имел. Она ничем не отличается. Две руки, две ноги. Но почему-то меня тянет к ней.

Может я еще под действием адреналина? Меня хорошенько встряхнуло, когда эта мышь кинулась под колеса. Дура! Неужели так сложно смотреть по сторонам? В такую-то погоду.

Но все же…

Перед глазами ее голые ноги. Худенькие плечи. Тонкая шея.

— Черт! — неожиданно чертыхаюсь вслух. Ей лучше свалить отсюда.

Она — мое собственное проклятье… А грешил я всю жизнь. Даже не отрицаю.

Девчонка дергается и смотрит на меня. Красивая, сука. Девственница, сто процентов. Ну на хера я об этом думаю?

— Как подружку зовут? — зачем-то спрашиваю я. С родителями все понятно. Если живет в общежитии, значит не местная. Легкая добыча.

— Ю-юля… а что? — спускает стройненькие ножки на пол и смотрит на меня во все глаза. Выравнивает спину.

Юля… неужели… червовое совпадение. Прямо как дочку Лары.

Нужно скорее избавиться от этой мыши. Она делает меня безумным.

Писк сушильной машинки как спасательный круг, и я хватаюсь за него. К сожалению, моя серая мышка тоже резко подрывается с места и врезается в меня.

Зря она это сделала.

Ловлю ее за локоть, чтобы случайно не клюнула носом, а вот халат, который съезжает с ее острого плечика, ловить не собираюсь. Наоборот. Хочу спустить еще ниже.

Пальцы инстинктивно тянутся к ткани, наполняя желанием.

— Что вы… делаете? — облизывает пересохшие губы.

— Тут забыл осмотреть, — зачем-то вру. Просто до одури хочется снова до нее прикоснуться.

Она меня раздражает и возбуждает одновременно. Хочется ее испортить, и вышвырнуть ее отсюда хочется.

— Там нет ничего. Пострадала левая сторона.

Я вижу как от моих прикосновений по юному телу расползаются мурашки, а ее щеки заливаются краской.

Башка совершенно отказывается варить. Я хочу ее.