Танец на ветру - Медея Колхитида

"Похоже, я влипла!" — подумала она. Затем ей пришло на ум любимое изречение Мастера: "Никогда не отчаивайся и не теряй концентрацию. На каторгу всегда успеешь".

Воровка попробовала сосредоточиться и сформировать "воздушную трубу". К счастью, ее небольшой резерв сил пока еще позволял это сделать. Затем очень аккуратно, стараясь не потревожить лучи, поместила "трубу" в промежуток между ними. Оставалось только потихоньку увеличить диаметр.

Хиш чувствовала, как на ее спине выступил пот от перенапряжения. Магия, даже слабая, всегда давалась ей с трудом.

Наконец лучи отклонились достаточно, чтобы можно было перебраться на другую сторону. Проход к сейфу был открыт. Пойдя к сейфу, она сняла с плеча мешок, достала инструмент и стала работать с шифром.

Ей казалось, что она возится с этим сейфом уже целую вечность, хотя прошло всего лишь около десяти минут. Вдруг раздался щелчок и сейф открылся.

— Уф, наконец-то!

Прежде чем осмотреть сейф, она достала из внутреннего кармашка мешка склянку с восстанавливающей настойкой и хорошенько отхлебнула из нее. От резкой горечи она слегка поморщилась. Гадость конечно, и откат будет мощный, но силы нужны на обратный путь. Уже через несколько мгновений она почувствовала, как начали возвращаться силы. Жаль только, такой эффект продлится недолго.

Воровка открыла дверцу сейфа и стала искать заказанный артефакт. На верхней полке стояла початая бутылка мартенского коньяка и немытый стакан. Хиш усмехнулась. На следующей — папка с какими-то бумагами. На третьей — печать и воск в ванночке.

Если Тар не обманул и артефакт действительно в сейфе, то его следует искать именно на средней полке. Больше негде.

Она быстро стала перебирать бумаги. Вдруг Хиш увидела конец цепочки и потянула за него. Бумаги посыпались на пол, но в руке уже покачивался на цепочке искомый артефакт. Достала из-за пазухи мешочек из змеиной кожи и сунула туда камень. Мысленно ругая себя за разбросанные бумаги, она присела и стала собирать рассыпанные листы. Вдруг ее внимание привлек рисунок, на котором был изображен портрет. С удивлением она узнала на портрете Мастера, только на десяток лет моложе. Приглядевшись, она обнаружила еще портреты, а также какие-то списки.

"Странно, откуда у графа изображение Мастера. Что это за бумаги?"

Но времени катастрофически не хватало. Нужно было уже уходить. Поэтому Хиш, не долго думая, сгребла бумаги в мешок и закрыла сейф. Исследовать их она решила позже, в безопасности.

Девушка осторожно перебралась на другую сторону барьера. Но когда она удаляла "воздушную трубу" магических сил не хватило, чтобы контролировать процесс. Краем она нечаянно задела один из лучей и в тот же миг сработала сигнализация. Быстрой скороговоркой она произнесла слова заклинания, которое уничтожало все следы ауры.

Теперь скрываться не было смысла, все решала скорость, Хиш бросилась к двери. Пробежала весь коридор и быстро поднялась по веревке на чердак. Она как тень пронеслась по крыше и соскользнула по плющу вниз, обдирая листья. Если бы не перчатки, то, скорее всего, ободрала бы не только листья. Пробегая по парку, она заметила кваргов. Они посмотрели на нее и отвернулись. Краем сознания она уловила от них прощание и пожелание удачи. На стене ее ждала еще одна веревка. Через минуту она отцепила кошку, смотала веревку и спрыгнула со стены.

Когда она пробежала открытое пространство, отделявшее загородный дом графа от домиков ближайшего поселка, и лишь тогда позволила себе слегка перевести дыхание. Хорошо еще, что тайной тропой, известной лишь небольшой группе людей, это было не слишком далеко. Свернув пару раз, она услышала топот копыт. Прижавшись спиной к стене, она попыталась с ней слиться. Стража проехала мимо, не заметив ее.

Как только они проехали, Хиш без сил сползла по стене. Посидев на земле несколько минут, она дрожащими руками достала настойку. Отвернув пробку, сделала небольшой глоток. Теперь нужно поторопиться домой, пока она действует.

Путь до города занял у нее четыре часа. Только мысль об удачно сделанной работе и твердое намерение хорошенько отдохнуть поддерживали ее последние лиги. Привычно проверив, нет ли за ней слежки, она подошла к маленькому домику. Отперла тихонько замок ключом, зашла внутрь, закрыла за собой дверь и обессиленно прислонилась к стене. Действие настойки прошло полчаса назад, слабость накатывала волнами. На негнущихся ногах она прошла сразу в спальню.

Покачиваясь, подошла к тумбочке в изголовье кровати, открыла ящик и, не глядя, положила мешочек с артефактом и папку с бумагами. До завтра с ними ничего не случится. А завтра она их спрячет подальше.

"Как только отосплюсь, посмотрю, что это за бумаги", — подумала она.

Чувствовалось, что начался откат от применения настойки, да еще почти полностью истощены магические силы. Теперь сил даже на то, чтобы раздеться не хватало. Хиш не заметила, как она упала поперек кровати и мгновенно заснула.

Стряхнув оцепенение, худая грязная девочка диким взглядом обвела комнату. ЕЕ ощущения были обострены, а нервы натянуты. Ей страстно хотелось выпить вина, которое приносила толстая охранница. Ее тело желало отчаянно, но охранница не приходила.

Она исступленно стала грызть и без того обкусанный ноготь. Все ногти были уже обкусаны: таким образом девочка пыталась отвлечься. Но это не помогало. Не выдержав, она стала нервно метаться по небольшой камере, теребя лохмотья, которые раньше были платьем.

— Спокойней, деточка, спокойнее, — сказала охранница, гремя за дверью ключами. — Будешь нервничать, заболеешь.

— Мне плевать! — вызывающе крикнула девочка и кинулась к ней. — Принесла?

— Спокойнее, детка, не надо спешить, — отстраняя девочку, произнесла охранница, продлевая мучения своей жертвы. — Придет время, и ты получишь, то чего хочешь.

— Почему ты не даешь мне вина? — в отчаянии закричал ребенок. — Оно мне нужно! Почему ты не даешь?

— Я тебе его дам, но сначала ты должна сделать один пустяк.

— Ах, все что угодно! Все что угодно! — пообещала девочка, совершенно не задумываясь о том, что ее просят сделать. Она готова была даже убить кого-то, только чтобы получить желаемое.

— Хорошо, — наконец сказала охранница. — Сейчас придут люди. Ты должна рассказать, какие ты и твои родители сволочи и тираны, прославлять нового вождя, а потом попытаться соблазнить кого-либо из них. Хотя сомневаюсь, что это тебе удастся, такой уродине.

Девочке было все равно. Жизнь уже мало ее интересовала. Она желала забыться хоть на время. Она выполнила уговор. Лишь на мгновение она почти пришла в себя, когда, предлагая себя, почувствовала презрение и брезгливость, исходившие от присутствующих.