Война (СИ) - Ильинская Яна Игоревна

— Стенли, помни, я просил, чтобы ты убедил Матаса не переходить Переправу.

— Ну, перед Переправой и за ней, если Курхот действительно двинется в сторону Арилазы, местность ненамного ровней. Придется попотеть. Всадники Тогота умеют воевать в горной местности. Мои ребята и Вольден тоже не оплошают, они имеют соответствующие навыки. Но войско Матаса — оно в основном пешее. Итого — семьсот пехотинцев и шестьсот всадников против двух тысяч пеших воинов Кухорта. Не самый худший расклад.

— При этом роль всадников, — закончил его мысль Интар, — весьма символическая. С вас — разведка, дозор и фланги. И большую часть твоего отряда я хочу отдать Тарлину.

Интар продолжил, на этот раз, обращаясь к Тарлину:

— Сегот наверняка пошлет к Переправе своих людей. Не знаю, сколько, не знаю с какой целью. Но пошлет. Мне надо, что бы ты был там, видел, слышал и, если надо, действовал.

— Ты думаешь, Сегот нападёт на Арилазу? — задумчиво произнес Корн.

— Да я бы ладони потирал от счастья, — ответил ему Интар, — что две страны, которые я хотел завоевать последние двести-триста лет сами идут мне в руки! Я бы на их месте опередил Кухорта, напав на Арилазу. Но если Курхот не идиот, а по описанию — это далеко не так, он предпочтет договориться с земляками заранее — отдав им покоренную и обескровленную Кордию, а себе заберет алмазные разработки. Сегот пойдет на север в надежде покорить Кордию, и у него наконец-то будет выход в море. И он будет стоять там, на Переправе. Стоять, и ждать. Вдруг что-то можно будет повернуть к своей выгоде. И ты, Тарлин, будешь там. А когда подойду к Переправе я, Стенли с тоготцами присоединятся к тебе.

— Ты? — все переглянулись, а Талина даже привстала со своего места.

Интар поморщился.

— Талина, я не только не собираюсь сражаться в первых рядах, но и даже участвовать в сражении. Мне нужны данные — кто эти люди, сколько их, почему они пришли и как они сражаются. Пока у меня одни домыслы! Сплошные догадки и дикие фантазии! А сидя в столице, я буду получать ответы на свои вопросы слишком поздно. Я опережу войско, оно будет идти слишком медленно.

— Но командовать будет Хайдир? — подал голос Корн.

— Если Матас дождется его и не даст первое сражение, несомненно! У меня и мысли не было его снимать. Для чего мы держим командующего войском, если при первом же сражении будем менять его на другого.

— Ты сегодня невероятно рассеян, Интар. Естественно, я не это имел в виду. — Корн усмехнулся. — Просто ты будешь ему мешать! — и продолжил. — Ты знаешь Хайдира. Он имеет, как ты говоришь, холодную голову, но и свою гордость. С тобой за плечами он может натворить глупостей, хотя бы чтобы доказать тебе, что прав он, а не ты.

— Я не собираюсь вмешиваться в его командование, — недовольно поморщился Интар.

Взрослые хмыкнули, молодежь изо всех сил старалась сохранить серьезный вид.

Некоторое время Интар продолжал хмуриться, хотя казалось, дальше было некуда.

— Только если будет критическая ситуация! — наконец, произнес Интар, признавая свое поражение перед слишком хорошо знающими его родными. Но, — он поднял голову и обвёл всех взглядом, — думаю, перед боем мне надо будет серьезно с ним переговорить. Он не мальчик, чтобы обижаться. Он солдат, не более. Меня гораздо больше волнует Матас. Во главе своего войска встанет именно он. Это его страна, его битва. Мы можем разделить с ним горечь поражения, если до этого дойдет дело. Но мы ни в коем случае не должны отнимать его победу. Поэтому свою задачу я вижу в урегулировании этого вопроса. Хайдир будет номинально подчиняться Матасу. Если он примет меня как связующее звено между ними двоими, я, между делом, уж как-нибудь умудрюсь вставить свои советы.

Иллар открыл было рот, чтобы спросить, какова в таком случае будет его роль. За последние десять лет он не покидал отца, сопровождая его повсюду. И предстоящая поездка отца, а значит, и его, волновала и будоражила. Возможно, Иллару представится возможность лично поучаствовать в сражении. Не то, чтобы он завидовал Стенли, имеющим возможность помахать мечом, он всё же предпочитал быть с отцом. Но будущее сражение — не первое в его жизни. Хороший мечник может пригодиться в своем войске.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Но его опередила Талина с тем же вопросом:

— Какое место ты отводишь нам, Интар?

— Стенк, Талина, — Интар продолжал хмуриться, — мне очень хочется верить, что я переоценил угрозу. Но ничего не могу поделать со своими предчувствиями. Матас правильно сделал, что послал к нам за помощью. Если мы сейчас предупредим возможное будущее вторжение и разгромим чужаков в Кордии — все закончится как плохой сон. Но если судьба повернет иначе, Арилаза станет полем боя. Я не знаю, как повернутся дела дальше. Но мне надо, чтобы вы были в Сеготе. И вам со Стенком надо будет выехать незамедлительно.

— Судя по твоим предсказаниям, — единственное, что нам удастся сделать — констатировать факт завоевания Кордии Сеготом, — спокойно произнес Стенк.

— Нет, — блеснул глазами Интар, — вы можете посеять сомнения, что им нужней — алмазы или выход к морю, расстроить их планы с союзником, поссорить, в конце концов. Но в лучшем случае — у Дюртала взыграет совесть, и он поможет разгромить Курхота, — Интар впервые за день грустно улыбнулся. — Во всяком случае, если Сегот завоюет Арилазу — это будет лучше, чем если это сделает Кухорт. Дюртал, по крайней мере, не пошлет рабов на поля, в рудники или на галеры.

— Ты так рассуждаешь, будто у нас нет армии, и мы не в состоянии отстоять Арилазу. Хотя сейчас речь идет только о том, чтобы помочь Матасу отстоять Кордию, — с упреком произнес Корн.

— Возможно… Но… ты же знаешь, отец, что постоянное войско Илонии далеко не так многочисленно и сильно в мирное время. Для возвращения ветеранов нужно время. Вот поэтому я и хочу быть там. Для принятия решений прямо на месте. Либо тянуть время, либо действовать незамедлительно. И мне нужна Талина со Стенком в Сеготе. С аналогичной задачей. Со всеми полномочиями членов королевской семьи.

— И ещё, — продолжил Интар, — беженцам из Кордии гораздо проще добраться до Арилазы, там местность позволяет это сделать. В Сегот же ведут трудные дороги через горы и, хоть и небольшую, но пустыню. И всё же, беженцы наверняка будут и в Сеготе. Мне нужно знать всё о завоевателях, о том, кто и как спасся из жителей Кордии, и где королева Тайлис. Если вы её найдете, мне надо, чтобы она была на нашей стороне. Насколько я понял Матаса, ей удалось спастись, и именно она направила послание о помощи. Но где она сейчас, пока не известно. Возможно, она идет в Сегот, а может, и в Арилазу. Её необходимо найти. Она несовершеннолетняя, но это ничего не значит. Если дворец пал, а регент Миндел погиб, вряд ли и Королевский Совет Кордии существует. Именно она будет обладать всей полнотой власти.

Все кивнули.

— Ты тоже можешь её встретить, Интар, — добавила Талина. — Миндел не позволял ей покидать Кордию, и вы не встречались, но думаю, ты её узнаешь, она очень похожа на свою мать. Только сделай поправку на несколько лет.

— Хорошо, — согласился Интар.

— Овета, — повернулся он к девушке, сидевшей рядом с матерью, — я беру тебя с собой.

Лайна резко выпрямилась. Овета распахнула глаза. Обе выглядели ошарашено. Первой же догадалась Алаина.

— Колотые и резаные раны — немалое испытание для такого юного лекаря как она, Интар.

— Мама, я знаю, — почтительно наклонил голову Интар, искоса поглядывая на жену и дочь.

Лайна, ещё не веря в происходящее, судорожно искала нужные слова, чтобы возразить мужу. Но Овета опередила её. Это был её шанс, и она его не упустила:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Я еду, — ей хотелось сказать решительно и твердо, но голос сорвался и пискнул.

Совсем смутившаяся девушка прошептала:

— А я справлюсь? — и слезы чуть не брызнули у неё из глаз.

— Ты будешь не одна, Овета, — спокойно произнес её отец, адресуя в первую очередь свои слова жене, а не дочери. — В войсках, естественно, имеются свои лекари. И вполне в достаточном количестве. Бабушка отправит с тобой всех, кого сможет. Вы будете помогать. Вам нужен этот опыт, и вы будете нужны раненным.