Истории Софии - Екатерина Шашкова

– Я говорил со всеми твоими учителями и остался очень недоволен! Ты не делаешь успехов ни по одному предмету! Ни один представитель нашего рода в твои годы так не учился! Хорошо, что твой дедушка уже на том свете, иначе не представляю, как он пережил бы такой провал после такого триумфа для рода. И я не представляю, как ты сможешь управлять с замком, городом и всем, что нам принадлежит, с твоим характером и с твоими знаниями. Я тебе уже говорил, что некоторые твои высказывания меня беспокоят, и довольно сильно…

С каждой фразой из груди мага вырывался чёрный шарик, который замечала только я, и разбивался о свечение вокруг этого парня, оставив на некоторое время тёмный след. По-моему, эти шары – чувства и эмоции. Тёмные – плохие, светлые – хорошие. Я начала об этом догадываться, когда ещё наблюдала за людьми в городе. Но если это так, то…Интересно! Ни одного тёмного шарика в сторону мага его сын не бросил! Правда, и светлого тоже…Но его же так ругали, неужели он даже не обиделся? И свечение вокруг него – светленькое…Значит, он хороший человек. Наверное…Надо проверить! Я помчалась вслед за ними. Маг и его сын уже стояли возле какой-то двери.

– В общем, Саша…Я надеюсь, что ты исправишься…- устало произнёс маг.

При этих словах никакого шарика не вылетело. Саша кивнул, маг пошёл по коридору дальше. Я быстро проскочила в открытую дверь комнаты, парень меня даже не заметил. Он вошёл, сел за стол, положил на него книгу и задумался. Я тоже задумалась.

Что я о нём знаю? Зовут Саша, сын этого мага. Единственный. Несколько лет назад была история, связанная с его матерью. Мне моя няня рассказывала. В общем, Зигмунд Дарсар, как только у него был построен замок, взял и неожиданно для всех похитил одну красавицу. Неожиданно, потому что красавиц похищают или драконы, или чудища, или злые колдуны, живущие где-нибудь в лесу и в одиночестве. А в то время мнения насчёт Дарсара расходились. Некоторые считали его добрым колдуном и сотрудничали с ним. А эта красавица была представительницей благороднейшего рода Лейнтропов, знаменитого на весь мир. Это был род отважных рыцарей, благородных лордов, превосходных поэтов. Род, в котором из поколения в поколение передавались красота, ум, милосердие и щедрость. Чем бы ни занимались его представители, они творили добрые дела. Поэтому везде их знали и любили. Естественно, за такой поступок этого мага весь мир ополчился на него. Он потерял много заключённых ранее договоров с королями других стран. А точнее, все. Ему объявили войну все близлежащие государства и все представители рода Лейнтропов. Но Зигмунд Дарсар был к этому готов. У него была армия, и в каждом сражении он сам и ещё несколько сильных магов защищали воинов и крушили магией врагов. Каждый солдат с утра принимал какое-то зелье. Доспехи каждого воина были заколдованы так, что ничто не могло их пробить. В общем, в итоге город Остор, и замок, и сам Дарсар остались целыми и невредимыми. Войны прекратились. Все смирились с тем, что красавица Сицилия Лейнтроп – жена Зигмунда Дарсара. Спустя время некоторые монархи стали вновь заключать выгодные договора с Остором. Всё вернулось на свои места. Кстати, лишь немногие знали, что в роду Дарсаров всё время так поступают – похищают девушку и женят на себе против воли. Просто раньше этот род магов был не так известен. В том, что Сицилия Лейнтроп вышла замуж против воли сомнений не было: она писала жалобные письма домой, а через семь лет после свадьбы сбежала из замка навсегда. То ли её спас брат, то ли возлюбленный…Слухи ходили разные, но точно никому ничего известно не было. Даже где она сейчас – тайна. Вдруг Зигмунду хочется её вернуть?

Когда мне эту историю рассказывала няня, я как-то не задумывалась, что случилось с их сыном. Как он на это отреагировал? Ему было лет шесть, когда его мать сбежала от отца с неизвестным мужчиной…Пока я думала, он всё так же неподвижно сидел за столом. Всё-таки вполне вероятно, что ему по материнской линии передалось хотя бы одно из тех качеств…Милосердие, например. С чего я решила, что светлое свечение означает, что он хороший человек…Ну, женщина, что дала мне молока была со светлым свечением, её дочка – тоже. А та, что кричала мне про какую-то колбасу – с тёмненьким… Надо всё равно проверить. Понаблюдать за этим парнем.

Я прыгнула к нему на стол. Ну что, так и будем сидеть? Он посмотрел на меня таким удивлённым взглядом, будто никогда кошек не видел. Я подошла поближе. Ткнула мокрым носом ему в локоть. Он одёрнул руку со скоростью спущенной стрелы! Потом смотрел на меня во все глаза и потирал то место, где я его коснулась.

– Т-ты кто? Ты чей? Ты чего здесь делаешь?

Я котёнок. Белый, заколдованный. Сижу тут и смотрю на тебя. Я ничей. А точнее, ничья. Что здесь непонятного? Он, наверное, тоже подумал, что ничего непонятного здесь нет, и решил не обращать на меня внимания. Встряхнул головой, подошёл к шкафу с книгами и достал одну из них. Положил на стол, почитал, и пошёл к столику, на котором стояли какие-то склянки с жидкостью и без, непонятные приборы и ещё много непонятных предметов. Я заглянула в книгу. Ага! Это, наверное, рецепт какого-то зелья. Это что, домашнее задание этого парня, или он просто так алхимичит? Я посмотрела на Сашу. Сын мага уже разводил что-то в котелке, стоявшем на каменной подставке на неизвестно откуда взявшемся огне. Затем он стал возиться с ингредиентами для зелья. А я решила поиграть с упавшей на пол долькой чеснока. Она почему-то почти не пахла. Сын мага иногда оглядывался на меня и подозрительно следил за моими махинациями. Ну а здесь что странного? Ну играю я с чесноком, и что? В общем, я остаток дня провела вместе с Сашей. Он действительно приготовил зелье, потом начал на пергаменте что-то писать. Потом он ещё на другом пергаменте выписывал что-то из другой книги. Я пришла к выводу, что он делает уроки. А потом, когда уже стемнело, он взглянул на часы и пошёл почти на самый верх башни, там его ждал, как я поняла, учитель астрономии. Он что-то втолковывал сыну мага, и они по очереди смотрели в подзорную трубу. Я сначала слушала, но потом мне надоело, и я незаметно развязала шнурок на ботинке астронома и стала с ним играть потихонечку. Почему мне так понравилось играть, как котёнок? Сама не знаю. Игра продолжалась не долго – астроном меня заметил и начал смешно ругаться и топать ногами. Я не удержалась и стала бегать за шнурком, который при топанье улетал то в одну, то в другую сторону.

– Ах ты, козявка такая мелкая! Ты чего под ногами путаешься? А?

С такими словами он отогнал меня в сторону и завязал шнурок. Мне показалось, что Саша еле заметно улыбнулся, и свечение вокруг него стало чуточку ярче. Я решила не мешать дальше уроку, а когда он закончился, вернулась вместе с сыном мага в туже комнату. Это была и спальня, и комната для учёбы. Здесь были и стол, и кровать, и шкаф для книг, и шкаф для одежды. Потом я узнала, что здесь он только делает домашние задания, а ходит на занятия в другие комнаты. Пока Саша переодевался в пижаму, я учтиво отвернулась и стала разглядывать противоположную стену. Темно так уже. А на всю комнату только одна свеча, которую сын мага, ложась спать, и не подумал задувать. Я запрыгнула на стол и улеглась рядом с одиноким огоньком. Юный маг какое-то время смотрел на маленькое пламя, а потом уснул. Я тоже почти провалилась в сон, но потом почувствовала, что мне холодно лежать на этом столе. Несмотря на то, что свечка рядом. Холодно и жёстко. Я посмотрела на тёплую постель Саши… А, ладно! Всё равно спит! Какая ему разница, если я улягусь рядом? Я же маленькая.