Тран. Создатель чудовищ - Джордж Кинг

Еще мгновение Явгмот наслаждался зрелищем войны, а затем нажал на своей схеме пять кнопок, и на поле боя ринулись спрятанные до решающего момента пять дивизий фирексийской армии.

Полумашины-полулюди, облаченные в серебристые доспехи, они шагали по долине, словно на учениях, четко печатая шаг, не нарушая стройности рядов, мерно взмахивая боевыми топорами, беспощадно круша все на своем пути: дерево, металл, мозги, кости, – оставляя за собой лишь горы изувеченной плоти. Ничто не могло остановить этих совершенных, фанатично преданных, уверенных в своей победе и готовых не раздумывая погибнуть воинов: в бой вступили стражники Халциона. Они не сдадутся и не остановятся, пока враг не будет уничтожен.

– У них и в самом деле нет шансов, – с притворной печалью в голосе сказал Явгмот.

На севере и юге стало происходить нечто необычное. В небо взметнулись гигантские темно-коричневые тени. Казалось, будто огромные змеи исполняют над долиной некий таинственный ритуальный танец. Смерч? Песчаная буря? Дьяволы из пыли и песка медлили, набирая скорость и силу, впитывая в себя земную мощь. Внезапно зловеще танцующие колонны сорвались с мест и сошлись над стражами Халциона. Передовые колонны серебристых солдат разметало по долине.

– В конце концов и эльфы принесли какую-то пользу. К сожалению, большая их часть погибнет, так и не успев полюбоваться на мой следующий сюрприз. – Явгмот дотронулся до изящно ограненного темного кристалла в самом центре своего пульта.

Из пещеры у основания вулкана Халцион, вслед за последним отрядом стражников, словно откуда-то из нижних миров поднялась и взметнулась к свету массивная фигура, выкованная из темного металла. Громадный скошенный череп с массивной челюстью, утыканной кривыми, как турецкая сабля, зубами, возвышался над сутулыми плечами, оттянутыми вниз мощными металлическими конечностями, в широких ладонях которых можно было сжать и раздавить десяток солдат. Земля содрогнулась и загудела, когда гигант вылез наконец из укрытия и шагнул на поле битвы.

– Чудище! Бегемот! – Тысячи губ прошептали это слово, и воздух наполнился ужасом.

Колосс продвигался по долине, сминая на своем пути тысячи воинов, хватая с земли и давя в ладонях мечущихся в панике врагов. Вслед за первым появился второй бегемот и тоже бросился навстречу насмерть перепуганным захватчикам.

Первое чудовище схватило летающий корабль, пробило стекло кабины и одним движением пальца раздавило череп пилота/Воздушный аппарат рухнул, рассыпавшись на мелкие обломки.

Тем временем второй монстр возглавил атаку стражников Халциона. Беспечно, словно ребенок, рвущий пучки травы, он хватал эльфов, перетирал их своими клешнями и отбрасывал переломанные тела назад, через плечо, прямо на головы фирексийцев. Серебристые доспехи багровели от крови. Стражники добивали умирающих и бодро шагали дальше.

– Скоро мы избавимся от эльфов, – удовлетворенно пробормотал Явгмот. – Но это не противник. Я хочу проверить истинную мощь моего любимца.

И его желание исполнилось. В хищных лапах монстра корчились и люди, и гномы, и минотавры, но, что страшнее всего, механические богомолы. Чудовище растирало их в металлический порошок. Тысячи серводвигателей стонали и трещали, когда бегемот швырял прочь изувеченные механизмы союзников.

Но создания искусных механиков не знали, что такое страх, а потому не оставляли поле битвы. Как бы ни были переломаны их тела, их ноги и щупальца оставались способными к действию. Они сучили шарнирными ножками, стараясь хотя бы оцарапать ладони-клешни бегемота. Чудище затряслось, пытаясь стряхнуть с себя многочисленных врагов, но бесполезно. Рукотворные создания кишели у его ног и карабкались вверх, словно тараканы. В конце концов они облепили фигуру монстра.

– Черт подери! – выругался Явгмот. – Должно быть, это Гласиан их придумал.

Через мгновение чудовище было полностью покрыто карабкающимися по нему созданиями. Оно сделало еще несколько шагов, а потом рухнуло прямо в груду отвратительных насекомых.

Передовой отряд стражников попытался освободить упавшего бегемота.

– Нет! – закричал Явгмот, нажимая в одному ему ведомом порядке на силовые кристаллы пульта. – Нет! Прочь! Очистите дорогу!

Но было слишком поздно. До его слуха донеслись звуки, похожие на причитание по покойнику.

Пружинки наматывались, обвиваясь вокруг механических тел чудовищ. Серая кожа бегемота потрескалась и стала сползать. Из-под нее вылетали тысячи острых голубовато-серых проволочек, дробя и круша и механических богомолов, и солдат передового отряда. Из-под пробитой серебристой брони хлестала алая кровь.

– Проклятые стражники! – прорычал Явгмот. – Им всем следовало бы быть истинными фирексийцами.

Битва затягивалась. Все шло по плану, тщательно продуманному Явгмотом. Его войска – стража Халциона, фирексийцы, воздушный флот, механические солдаты – будут отчаянно сражаться, втягивая в круговорот сражения все силы союзников.

– А я тем временем перейду в наступление…

Главная цель, мишень, на которую никто не обращал внимания, находилась высоко в горах. Массивная вещательная станция, позволявшая членам Совета следить за действиями каждой созданной ими структуры, где бы та ни находилась, и способная управлять и даже отключать любой механизм» который начинал вести себя не по правилам, бесспорно, была верхом технической мысли Гильдии изобретателей транов.

Плотоядно ухмыляясь, Явгмот опустил руку на контрольную кнопку своего самопередвигающегося кресла. От крыши главного бункера отделился летательный аппарат, неся главнокомандующего к его истинной цели. Там, у Нуль Сферы, его дожидался личный корабль с отборной командой на борту.

Сначала они захватят станцию и тогда смогут командовать машинами всей Империи. А потом он, Явгмот, уничтожит Империю Транов со всеми ее союзниками и поставит Доминарию на колени.

Глава 1

За девять лет до Тран-Фирексийской войны

Гласиан любил свое магическое производство, спрятанное в глубине спящего вулкана, питающееся первозданной энергией мира, черпающее силы из недр земли. Ему нравились огромные машины и механизмы, связанные в единую технологическую цепочку, гигантские рудоразборные столы, вращающиеся в вентиляционных шахтах, свист сверхгорячего пара, плавильни, изрыгающие огонь, ослепительный блеск кристаллических сфер, безостановочное ворчание паровых котлов.

Он, единственный во всем городе, понимал внутреннюю суть своих машин в городе и в мире. Гласиан был величайшим механиком, автором самых лучших изобретений Империи. Именно его установка была в десять раз мощнее, в сто раз эффективнее, в четыре раза компактнее подобного устройства в Шиве. Гласиан, как никто, чувствовал машины, а они, в свою очередь, отвечали ему благодарностью и оказались единственными, кто понимал его по-настоящему.