Моя дикая страсть (СИ) - Гром Юля

Старик смотрит на Рюзгара с недоверием, затем переводит взгляд на мужчину, который отдал мне свой пиджак. Он, скрестив руки на груди, бесшумно подходит к старику. А я не дышу, наблюдая за ним, и ловлю каждый его жест.

— Отец, это выход. Рюзгар дело предлагает. Шантаж не наш метод, но другого пути нет. Я думаю, это сработает. Мелек страну не покидала, все ее друзья и знакомые опрошены. Результатов нет. По камерам ее отследить не удалось. Они отсиживаются где-то в съемной квартире. Безусловно, мы их найдем, это только вопрос времени. Но его у нас нет.

— Отец, это я предложил использовать девку для шантажа, а ты опять мне не доверяешь и советуешься только с Батуром, — парень резко подается вперед, упирается кулаками в стол и нависает над Метином.

— Молчать. Нашел время для обид, — грозит старик пальцем младшему сыну. — Вы понимаете, что, если Глава клана узнает, это позор всей семье. Мы должны как можно скорее ее найти и вернуть домой. Пока это не вышло за пределы нашего дома. Иначе никто Мелек замуж не возьмет. Батур, это же клеймо на весь наш род. Опозорила всех нас.

Значит, его зовут Батур…

Если Рюзгар напоминает мне молодого шакала, хитрую натуру, олицетворение дерзости и нахальства, то Батур однозначно лев, утомленный жарким солнцем, вальяжно и невозмутимо рассматривающий свои владения. Царственная осанка и уверенный взгляд кричат о том, что ему уже никому и ничего не надо доказывать. Он главный, он не распыляется по мелочам.

Картина произошедшего начинает складываться в голове. Мой шалопай-братец сбежал с их дочкой, теперь им надо спасти семью от позора. Средневековье какое-то, побег, честь семьи, клан. О чем вообще говорят эти люди?

— Рюзгар, тащи ее в подвал, запри, и глаз с девчонки не спускать. Пока мне не вернут дочку, она отсюда не выйдет, — железным тоном отдает приказ старик.

— Вы с ума сошли, какой подвал, я что, заложница? — сжав кулаки, медленно отступаю к выходу. — Брат виноват, с ним и разбирайтесь.

Оборачиваюсь, у двери никого. Я могу попытаться убежать. В ту же секунду Рюзгар больно хватает меня за левую руку.

— Даже не думай, Дикая. От нас не убежишь.

С правой стороны от меня стоит невысокий столик с бутылками спиртного. Идея приходит мгновенно. Хватаю одну из них за горлышко и разбиваю о дверной косяк. Жидкость разливается на пол темной кляксой, а по кабинету разлетается запах алкоголя.

— Не подходите!!! — выставляю вперед руку с розочкой и пячусь назад.

Рюзгар дергается. И мое напряженное тело тут же дает реакцию в виде взмаха руки. На белой футболке Рюзгара в районе плеча расползается кровавое пятно.

— Ты озверела, идиотка. Сначала лицо мне расцарапала, теперь плечо порезала.

Парень кривится, зажимает рану, пытаясь остановить кровотечение, пятно становится все больше и больше.

— Не подходите. Отпустите меня немедленно, — я ничего не слышу, кроме сумасшедшего биения сердца. Страх за жизнь разгоняет адреналин по венам до запредельных скоростей.

Чувствую, как со спины кто-то подходит и сжимает мое запястье. Не успеваю среагировать и оказываюсь в захвате сильных рук Батура.

— Не надо, отпусти бутылку, — произносит абсолютно спокойным тоном. Он не отдает приказ, а просит. И я подчиняюсь. Пальцы разжимаются, роняя на пол стекло. Тело становится ватным и неспособным больше на сопротивление.

— Умница, — почти шепотом, на ухо, чтобы никто не слышал.

— Рюзгар, отведи девушку в комнату для гостей. Головой за нее отвечаешь.

— Брат, ей и в подвале будет отлично. Она же больная на всю голову, — парень разводит руки в стороны и непонимающе смотрит на нас.

— Ты услышал меня? Выполняй.

Рюзгар мощно выдыхает воздух через ноздри и стискивает челюсти.

— Пошли, — парень хватает меня за локоть и тащит из кабинета.

— Осторожней, не пинай меня как мешок с картошкой.

— Брат, головой отвечаешь, — слегка повысив голос, Батур хмурит лоб, наблюдая нашу перепалку.

Рюзгар напрягается, от чего появляются три продольные морщины на лбу. Ему не нравится подчиняться старшему брату. Чувствуется, как внутри него бурлит протест.

— Пошли, — цедит сквозь зубы.

Глава 4

Я молча иду за ним. В гостиной почти не осталось людей. Только у главного выхода стоит охранник. Шансов сбежать нет, к сожалению…

Мы идем по широкому коридору до конца дома. Рюзгар нетерпеливо открывает ключом одну из дверей. Хватает меня за волосы и тянет на себя.

— Ну что, Дикая, повеселимся? Я же обещал тебя наказать, — хватает двумя руками мое лицо и остервенело впивается в губы.

Он сжимает мою челюсть, приходится открыть рот для поцелуя. Рюзгар дико пожирает меня, кусает губы, влажный горячий язык проникает в мой рот, вызывая рвотные позывы. Мнет ягодицы и вжимается каменным членом, сопровождая грубые действия утробным рычанием. Он возбужден и зол. Не получишь ты ничего, придурок. Я так просто не сдамся.

Со всей силы прикусываю его язык. Мгновенно в ответ получаю мощную пощечину и лечу на кровать, ощущая металлический привкус во рту и звон в ушах.

— Ах ты сволочь, уродина со шрамом. Еще выделываешься. Ты совсем страх потеряла. Никуда не денешься, будешь ноги передо мной раздвигать, когда я пожелаю, — он наваливается на меня сверху. Одной рукой зажимает мне рот, а второй пытается расстегнуть джинсы. — Будешь знать, как мне перечить. Испугалась? По глазам вижу, что страшно, или ты от возбуждения так дрожишь?

Я пытаюсь кричать, сопротивляться, но против этой горы мышц я бессильна.

— Как же ты меня заводишь, Дикая. Взорвусь, если сейчас тебя не трахну, — глаза налиты злостью и грубым вожделением.

Он облизывает мои соски, втягивает их, мнет пальцами обнаженную плоть. Отвращение подступает к горлу и просится наружу. Пульс зашкаливает, нарушая все мыслимые пределы. Я ощущаю его пальцы и влажные губы на своем теле, и хочется выть от омерзения.

— Слезь с нее, — помощь приходит, когда уже и не жду. Рюзгар замирает и прекращает меня лапать. Он дышит на мне как марафонец после забега.

— Я, кажется, попросил тебя о другом, брат. Позаботиться о девушке, а не насиловать ее.

Рюзгар рычит от злости, прожигая меня ненавистью. Когда он встает с кровати, я мгновенно натягиваю джинсы и запахиваю пиджак на груди.

— Отец ждет тебя, зайди к нему в кабинет, — Батур разговаривает с братом, а смотрит безотрывно на меня. И как бы я ни пыталась, не могу прочитать его эмоции в данный момент.

Рюзгар взбешен, но не спорит, молча идет на выход. Брат перехватывает его за локоть.

— Охладись и обработай рану на плече, кровоточит сильно, — гневно произносит.

Рюзгар дергает рукой, чтобы освободиться, и выходит, хлопнув дверью. Через секунду лицо спасителя снова становится нечитаемой маской. Когда мы остаемся в комнате одни, он садится на кровать рядом со мной. Мужчина наклоняется и протягивает ко мне руку, распахивает пиджак, надетый на мне. Я в ужасе отстраняюсь от него к изголовью кровати, подумав, что он тоже начнет меня лапать. Но Батур всего лишь достает из внутреннего кармана пиджака белый платок и аккуратно прикладывает его к моей разбитой губе.

— Тише, не бойся, — его бархатный голос успокаивает. — Рюзгар больше не навредит тебе. Я позабочусь об этом.

— Он всегда себя так ведет? — убрав руку, Батур переводит взгляд на мои губы, когда я непроизвольно их облизываю.

— Молодой, горячий, не привыкший к отказам. К тому же ты его сегодня изрядно потрепала. Такого отпора он явно не ожидал, — слегка улыбнувшись. — Я принес тебе кофту и воду.

Я недоверчиво смотрю на бутылку минералки в его руке.

— Не волнуйся. Это просто вода. Я ничего в нее не подмешивал, — правильно растолковав мои опасения, поясняет Батур.

— После всего, что ваша семейка устроила, трудно вам доверять.

— Моему слову ты можешь верить, — говорит твердо, и я почему-то ему верю. Человеку, которого знаю всего тридцать минут. И моя недоверчивость впадает в зимнюю спячку рядом с ним. Я словно завороженная смотрю, как его по-мужски красивые сильные руки напрягаются, когда он открывает для меня бутылку.