Господин художник. Книга третья. Перекресток - Сергей Анатольевич Дорофеев

точно его знал, знал раньше, когда-то очень давно, вот только, что связывало его с ним, этого он по-прежнему не мог вспомнить. Он развернулся к этому Астору и стал, без опаски его разглядывать. Да, черты его лица, движения, а главное благородная бледность, выдавала в нем, знакомого человека. А спустя минуту, помощники принесли гербовую бумагу с контрактом и положили ее на стол перед своим хозяином. Тот, засунул руку в карман и достав из него печать, с ручкой в форме головы сокола, нанес на бумагу оттиск. — Ну вот, с моей стороны дело сделано, теперь ваш черед. — Он развернул бумагу к своим собеседникам, и Сергей заметил, что оттиск на контракте был красного цвета.

Александр Германович и Шура, не раздумывая, подписали. — Ну вот и здорово. Дело сдвинулось, а дальше будем работать. — Астор небрежно достал две пачки купюр из кармана и бросил их на стол. — а вот и ваш аванс, как и обещал. Хотя, вы даже и не представляете, кто сидит с нами в одном помещении, за соседним столом. — Бледный развернулся к Сергею. А Сергею показалось, что из-под очков на него смотрит человек с двумя парами зрачков, хотя это ему только показалось.

Глава вторая

Уже очень давно Сергей не видел подобных снов. Снов, наполненных несвязанными событиями, сюрреалистическими картинами, вымышленными персонажами. Подобные сны, после пробуждения, вызывают неприятный осадок, граничащий между сумасшествием и ужасом. Кажется, что сон предупреждает о чем-то таком, что обязательно должно произойти, произойти непременно сегодня. Пробуждаясь, начинаешь пытаться расшифровать, все знаки, все символы, пытаешься разобраться во всем, что осталось в памяти, после пробуждения.

Сергею приснилось, что стоит он на параде, на трибуне для гостей. Мимо него проезжают троллейбусы, и автобусы, украшенные красными флагами и транспарантами. Что было написано на флагах и транспарантах Сергею разглядеть не пришлось. Ветер колыхал красные полотна и мешал прочтению. Но вот водителей, разглядеть получилось. На местах водителей находились усатые, круглолицые почтальоны, в старинных, форменных фуражках и таких же бушлатах, с нашивками и поднятыми воротниками. Но самое главное то, что внешность у них была абсолютно одинаковая. Почтальоны, проезжая мимо трибуны, отдавали честь, прикладывая два пальца к козырьку своих фуражек и улыбались в усы. На заднем сидении, каждого троллейбуса или автобуса, сидел огромный кот, очень похожий на кота, которого видел Сергей вечером в кафе. Вслед за троллейбусами и автобусами, на площадь выехали грузовики с красными кабинами. И когда грузовики поравнялись с трибунами, из кузовов в небо устремились огромные, красные шары. А небо оказалось сделанным из красивого витражного стекла, что лучи солнца проходя через разноцветное стекло, окрашивались и падая на брусчатку площади, рассыпались замысловатыми узорами. Но через секунду подул порывистый ветер. Он поднимал из всех щелей пыль, повалил газетный киоск и цветочный ларек. Пыль, рваные газеты и поломанные цветы, носились по площади в потоке бешенного торнадо. Все начали прятаться под трибуной, Сергей последовал за всеми. Но и под трибуной, ветер хлестал своим колючим хвостов по лицу. Сергей изо всех сил зажмурился, а когда открыл глаза, то на площади никого не было, пропали все, и троллейбусы со своими странными водителями и опрокинутые ветром киоск и цветочный ларек. Да и людей на площади больше не было. Была лишь пустая площадь и одиноко стоящая трибуна, под которой и сидел Сергей. В самом конце пустой площади, находилось большое, напоминающее трон, красное кресло на котором восседал кто-то, с надвинутым на глаза капюшоне. Сергей попытался разглядеть сидячего, но боль, внезапно возникшая в районе шеи, отвлекла его. Боль усиливалась и разливалась по всему телу пульсирующими волнами. Человек, на той стороне площади, поднял руку вверх и указал на небо. Сергей поднял голову и увидел, что на небесном витраже не хватает одного из элементов стекла. И вот через эту брешь, извиваясь и торопясь, к земле спешили корни. Они переплетались, принимали причудливые формы и торопились быстрее добраться до Сергея. Что корни спешат к нему на помощь, он понимал отчетливо и ждал этого, боль стала невыносима. Но вдруг, через тот-же прогал, в витраже, как тонкая проволока, белого цвета, со скоростью молнии ворвались корни другого растения. Они в секунду оплели корни, которые спешили к Сергею на помощь и сначала затормозили, а потом и полностью остановили движение спасительных корней. Было видно, как добрые корни умирают в удушливых объятиях белой проволоки. От боли он зажмурился, а когда через мгновение открыл глаза, то сон разлетелся на осколки и осталась только боль в районе шеи. Пошевелиться он не мог, его плотно прижимали к полу, а перед глазами плыл туман и розовые круги. Но даже в этом, полуобморочном состояние Сергей понял, что кто-то прокусил ему шею и теперь, издавая жадные звуки, похожие на чавканье, пьёт его кровь.

— Герцог приказал выпить его до капли, торопитесь. — Раздалась команда, стоявшего в стороне и наблюдающего за происходящим. — У нас мало времени.

— Да Господин. — Ответили ему существа, сгрудившиеся над Сергеем. И тут-же он почувствовал, что в его запястья вонзились клыки. Его глаза полностью закрыла розовая штора и в сознание пришло понимание того, что смерть проникла в его тело и обратного пути уже не будет. Ледяное спокойствие вытесняло отчаяние и испуг. Не возникал вопрос, что с ним происходит и как он тут очутился. Сознание угасало.

— Господин, срочно нужно уходить, у входа и под окнами появились почтальоны. — Прокричал кто-то, кто стоял у входа в зал.

— Не успели, — отреагировал тот, кого называли господином, — хватайте его и тащите к проходу. Перетащим его к себе, там и допьем.

Через остатки сознания, Сергей ощущал, как его схватили за ноги и поволокли. Сначала это был пол покрытый мягким ковром, а потом под ним, почему-то, оказался лед. Но даже этот факт не вызвал никакого удивления. Только спокойствие и ожидание того, как его еле горящий огонёк сознания, угаснет окончательно и навсегда.

Когда в зал залетели люди невысокого роста, в доспехах и с обнаженными мечами, Сергей уже не видел. А люди, которых называли почему-то почтальонами, влетели в зал и выпустив стрелы по врагам, из своих арбалетов, начали сокрушать вампиров ударами своего оружия. Вампиры пытались оттеснить почтальонов в сторону от Сергея и оказывали максимальное сопротивление. Но почтальоны, прорубая проход из вампиров, своими мечами, большую часть умертвили, а оставшихся в живых, прижали к стене. Понимая свое плачевное положение, вампиры сложили оружие и встали на колени. Возле лежащего на земле теле Сергея, остались сидеть