Крымский оборотень - Александр Александрович Тамоников

узнали о нас, – с грустной безнадежностью возразила Ласточка. – Как они могли узнать?

В квартире установилась напряженная тишина. Все молчали, и никто не смотрел друг на друга. Все думали об одном и том же – как так получилось, что их группа оказалась разгромленной?

– Я знаю, о чем мы сейчас все думаем, – наконец произнес Стратег. – Мы думаем о том, кто из нас – предатель. Ведь так? Вот видите, вы все – молчите… Значит, я прав. А это нехорошо. Неправильно. Не надо нам подозревать друг друга. Ни у кого из нас нет доказательств, что кто-то из нас гестаповский осведомитель. Или есть? – он по очереди взглянул на каждого из собеседников. – Вот видите – нет доказательств… А подозрения – это не доказательства. В подозрениях без доказательств всегда таится ложь.

– И что же ты предлагаешь? – угрюмо спросил Лихой.

– Я предлагаю спокойно разобраться в ситуации, – ответил Стратег. – Без ненужных подозрений и обвинений. Насколько это возможно… Да и кого подозревать? Все мы здесь люди проверенные и испытанные. Ведь сколько всем нам пришлось пережить за эти годы! Почти каждый день – как по лезвию… Какое уж тут предательство?

– А Бильярдист? – спросила Ласточка.

– А что Бильярдист? – не понял Стратег. – Бильярдист то же самое, что и мы – проверенный товарищ.

– Но ведь его с нами нет… – сказала Ласточка.

– И что с того? – пожал плечами Стратег. – Ну, нет. Не нашли мы его. Мало ли где он может быть! Мало ли какие у него дела! В конце концов, он не знает о нашем совещании. Никто из вас не знал. Это ведь я вас всех собрал. Ну и вот: вас собрал, а его не нашел. Только и всего.

– А может, и предателя-то никакого нет вовсе, – отозвался Лихой. – Я вот что думаю… Почему мы решили, что предатель среди нас?

– Никто ничего не решил! – перебил Лихого Абдулла. – Кто предатель? Ты? Я? Она?

– Вот и я о том же, – терпеливо произнес Лихой. – Ни я, ни ты, ни она… А, допустим, кто-то из тех, кого арестовали и расстреляли.

– Это как так? – не понял Стратег.

– А вот так, – проговорил Лихой. – Он нас предал, а они его расстреляли. Фашисты. Они и своих стреляют. Что с них возьмешь?

– Ну, это вряд ли, – засомневался Стратег. – Зачем им пускать в расход такого ценного человека? Разумнее оставить его живым в нашем же городе. Или в каком-нибудь другом. Чтобы он всячески вредил и шпионил. Война-то еще не окончена.

– Может, и так, – согласился Лихой. – А может, и не так. Поди разберись. А разбираться надо. Потому что если предатель есть и он жив и находится где-то поблизости, то представляете, сколько бед он может натворить! Да и несправедливо оставить его неразоблаченным. По его вине погибли наши товарищи, а он жив…

– И что же нам делать? – спросила Ласточка.

– Искать иуду, – сказал Лихой. – Что же еще?

– И как мы будем это делать? – поинтересовалась Ласточка.

– Вот чего не знаю – того не знаю! – вздохнул Лихой.

– Зато я знаю! – сказал Стратег. – Будем проверять друг друга. Ну, и заодно Бильярдиста… Не подозревать понапрасну и не обвинять огульно, а именно проверять – серьезно, тщательно и вдумчиво.

– Это как так? – спросил Абдулла.

– Путем логических рассуждений, – сказал Стратег. – Только так, и никак иначе. Потому что в противном случае перегрыземся и начнем подозревать друг друга в иудстве. Всерьез и основательно. И что будет дальше – неведомо. Может, вцепимся друг другу в горло, может, станем доносить друг на друга властям, может, еще как-то по-иному поступим… Не имея на все перечисленное мною никаких оснований, кроме недоверия друг к другу и взаимной ненависти.

– Значит, открываем следствие по делу разгромленной подпольной организации под названием «Салгир»? – иронично произнес Лихой. – Ну-ну… И кто же будет у нас главным следователем?

– Все мы будем следователями! – воскликнул Абдулла. – Ты – для меня, я – для тебя!

– Много же мы расследуем таким-то способом! – еще с большей иронией произнес Лихой. – Ты будешь врать мне, я – тебе…

– Я не буду тебе врать! – с яростной энергией воскликнул Абдулла. – Зачем мне врать? Я честный человек!

– И я тоже честный человек, – покачал головой Лихой. – И все мы здесь честные люди. Но наших товарищей все же кто-то предал…

– Просто-таки буржуйский детектив! – печально усмехнулась Ласточка. – До войны я училась в институте, изучала филологию. Так что знаю… В литературе очень любят такие сюжеты. В одном помещении находятся несколько человек, и один из них убийца… Ну, или предатель, неважно. И вот его-то надо изобличить путем логических рассуждений. А только у нас не выдуманная детективная история. У нас – жизнь. И потому не надо нам играть в буржуйских детективов. Ничего у нас не получится. Правильно сказал Стратег – вцепимся мы друг другу в горло, и притом очень быстро. А кто предатель – так и останется невыясненным. То-то он порадуется от такого расследования! А заодно и его хозяева – фашисты.

– Так что же нам делать? – растерянно спросил Стратег.

– Рассказать обо всем настоящему следователю, – предложила Ласточка. – Со стороны. Пускай он и разбирается. А мы будем ему помогать. А кто-то, возможно, будет и мешать… Или просто отойдем в сторону и подождем, чем кончится расследование. Как бы там ни было – так все равно будет правильнее и разумнее.

– И где же мы его возьмем, такого следователя? – спросил Абдулла.

– Обратимся к советской власти, – ответила Ласточка. – К нам ведь вернулась советская власть, не так ли? Вот и попросим у нее помощи. Думаю, представители власти откликнутся на нашу просьбу. Ведь дело важное.

– Это точно, – согласился Стратег. – Уж куда важнее! Так что же, все вместе и пойдем просить помощи?

– Хочешь – иди один, – сказала Ласточка. – Ты нас здесь собрал, тебе и проявлять дальнейшую инициативу. А могу сходить и я. Или, скажем, Лихой. Или – Абдулла.

– Давай уж ты, – предложил Стратег Ласточке. – Коль ты выдвинула эту идею, то и ступай.

– Что ж, могу и я, – сказала Ласточка. – Если, конечно, никто из вас не против.

– Я не против, – помолчав произнес Лихой. – Мысль мне кажется разумной. Так что ступай.

– Иди, – поддержал