Система: След крови - Sia Tony

Его реакция не заставила себя ждать. Мужчина разреветься и прикрыл глаза рукой. Он был на грани истерики, ещё до того, как зайти, поэтому мой прямой взгляд стал для него лишь спусковым крючком.

— Простите, у меня не было выбора…, — тихо объяснялся он, медленно опустившись на пол. Видя его физическое и моральное состояние, было трудно признать в нём безжалостного насильника, в интересах которого было убивать. Его омрачённое горем выражение лица указывало на чувство раскаяния и глубокого сожаления. Он не был в шоке, его не пробирала неадекватная агрессия, он даже не собирался опровергать свою причастность к случившемуся… — Меня зовут Верд, я работаю здесь больше десяти лет. — Он тяжело вздохнул. — Я не знал, что мне делать…

— Верд, это вы отравили гостей, которые вчера ужинали в ресторане? — решил прямо спросить Валериан.

— Да, — на выдохе признался Верд.

— Вы ведь знаете, что за убийство грозит тюрьма или смертная казнь? — слишком резко спросил Валериан, утратив былой профессионализм.

— Знаю…, — почти неслышно ответил повар. — Но что я мог? Какой-то псих, позавчера, пока я был на работе, похитил моих детей, — неуверенный в собственном голосе, тараторил Верд. — Он угрожал, что убьёт их, если я не сделаю то, что он велит. У меня не было выбора! — обречённо добавил он, снова закрыв глаза руками.

Благородный мотив спасти любимых людей, навсегда изменил его жизнь, провозгласив убийцей. Это не значило, что нам стоило верить каждому его слову, но трагедия оказалась куда масштабнее, чем мы предполагали.

Глава 2

— Он хотел, чтобы вы отравили кого-то определённого, или же просто совершили преступление? — уточнил я, оглядев испуганного Валериана, который был удивлён такому повороту событий.

— Сказал… он сказал…, — всхлипывая, подыскивал слова мужчина, — добавить яд в блюда пары, которые ходят к нам каждую пятницу. Высокая рыжая женщина и темнокожий прихрамывающий мужчина.

— Что это был за яд? — задал я ещё один вопрос.

— Не знаю… — Верд развёл руками, тяжело вздохнув. — Это были маленькие гранулы в прозрачных сферах, размером с бусины. Стоило добавить их в еду, те тут же растворились.

— Вы использовали все из них или что-то осталось?

— Все…, — с ужасом прохрипел мужчина.

— Ваши дети в порядке? — уточнил я, присев рядом.

Конечно, я знал, что у всех в его положении на самом деле есть выбор. Исполнить волю шантажиста или же обратиться за помощью. Но о какой логике и рациональности может идти речь, когда судьба любимых людей решается здесь и сейчас. Совершённое им убийство до сих пор отражалось в его глазах нелепым безумием, поверить в которое было почти невозможно.

— Они напуганы, но в порядке. Вернувшись вчера домой, я застал их связанными у двери.

— Как вы общались с преступником? — уточнил Валериан.

— Он всего раз пришёл сюда, в тот день, когда угрожал. Больше я его не видел. Моя жена сейчас в больнице, дети дома одни… Я должен был остаться с ними, но не знал, что делать. Думал… не приду, это покажется подозрительным и моя жизнь кончена, — обречённо тараторил он. — Не знаю, на что рассчитывал, не знаю…

— Плохо дело, — сказал Валериан, присев перед поваром. — На вашем месте, я поступил бы точно так же.

Из-за отсутствия доступа к Системе, я не мог узнать актуальную статистику Навигранция по данному вопросу. Однако, важно отметить, что подсыпание яда в еду указанным людям — не гарантировало возвращение его детей в целости и сохранности, и могло иметь серьёзные последствия, как для самого Верда, так и для окружающих. Шантажисты часто используют угрозы и манипуляции, чтобы добиться своих целей, и согласие следовать их требованиям зачастую приводит к повторным попыткам шантажа, усугублению ситуации или, даже, новым преступлениям.

— Могу я осмотреть ваших детей? — спросил я.

— Конечно, — тут же согласился Верд, намереваясь продемонстрировать свою открытость и готовность к сотрудничеству.

Валериан был настолько впечатлён сложившейся ситуацией, что всю дорогу к дому мужчины старался его поддержать. Утешая его, он приводил примеры похожих дел, случившихся за последний год. Обещая позаботиться о его жене и детях, они почти перешли на объятья, всё сильнее проникаясь друг к другу.

Мне было сложно понять глубину сочувствия Валериана, так как я воспринимал происходящее исключительно, как задачу, которая требовала скорейшего решения. Впервые за трое суток, я почувствовал эмоциональную вымотанность и, даже, апатию. Всё же, отсутствие сна, пусть и не критично, но сказывалось на мне.

Шагая мимо дряхлых хижин с соломенными крышами, было странно встречать современные стеклянные здания. Складывалось ощущение, что в этом городе всё олицетворяло экономическое неравенство. Огороженные высокими заборами, роскошные особняки соседствовали с затхлыми трущобами. В сквере, по которому мы шли, были ухоженные газоны, фонтаны, скамейки и памятники, но при этом бездомные сидели у стен общественных туалетов, уставившись вдаль пустыми глазами.

— Нам туда, — указав на небольшой дом в конце улицы, сказал Верд.

Отблески закатного света играли на фасадах зданий, придавая им мягкий золотистый оттенок, а контуры деревьев и силуэты прохожих, медленно растворялись в темноте.

Стоило нам зайти в квартиру, дети тут же бросились к отцу. Интегратор подсветил их жизненные показатели и возраст. Девочке было семь, а её брату пять.

Несмотря на приличное место работы, в одном из лучших ресторанов города, куда ужинать ходили лишь богачи, жила семья Верда небогато.

— Привет! — дружелюбно поздоровался с детьми Валериан, совсем не обращая внимания на истрёпанную мебель и отклеившиеся обои.

— Дорогая, позволь ему тебя осмотреть, — многозначительно сказал Верд, приобнимая дочь. — Они пришли нас защитить.

— Я Валериан, а здоровяк, — он указал на меня, — Лириадор. Несмотря на хмурый вид, он совсем не злой.

Ещё недавно он трясся передо мной, не в силах посмотреть прямо в глаза, а перед девчонкой решил храбриться?

Я улыбнулся, подтверждая его слова.

— Проходите, — сказала Верд, указывая на гостиную.

— Верд, вам придётся пройти вместе с нами после этого…, — с сожалением сказал Валериан. — Ваша жена сможет забрать детей сразу после возвращения домой.

— Да… — С горечью улыбнулся Верд.

— Я дам тебе кое-что, — разыгрывая девочку, начал я, протянув ей локальный компонент интегратора, который позволит мне заглянуть в её память.

Девочка на секунду замерла, стоило ей с любопытством коснуться небольшого плоского гранёного кристалла. Время замедлилось, и я погрузился в её воспоминания. Впервые проникнув в мысли ребёнка, я не знал, чего ожидать. Всё зависело от характера и внимательности человека, но что на счёт детских воспоминаний?

Отыскав нужный временной промежуток в её памяти, я сконцентрировался чтобы понять хоть что-то. Мне пришлось напрячь свои способности