Перемещенное лицо. 2. Квадра - Тамара Воронина

– И он мне откажет, – пожал плечами Дан. Гай удивился:

– Да ну? Я вот не уверен. Ты как думаешь, почему властитель этот твой роман не пресечет?

– Он не мешает мне выполнять задания.

– Ну, это только повод не пресекать. А вообще, я считаю, что властитель попросту хочет, чтоб все прошло естественно. Рано или поздно Тика тебя кинет, и он хочет, чтоб ты сам врезался мордой в то, что произойдет. Разбитое сердце не загонит тебя в петлю…

– Но докажет мне, что отвлекаться от Квадры нельзя.

– Глупо, – буркнул Аль. – Докажет только то, что кроме Квадры у тебя никого нет и быть не должно. Как и у нас. Я ж по глазам вижу, что ты согласен.

Гай покачался на стуле и размеренно продолжил:

– Властитель тебя благословит, и ты женишься на Тике. Даже неважно, что это событие из разряда невероятных и скандальных, как бы там ни было, она из благородных, а мы так, на улице подобраны. Но мы тут в почете, вот, даже эльфа терпят, не говоря уж о вампире, так что это не страшно. А вот дальше… Дальше, Дан, властитель раздумает проводить много времени в столице. Дела у него появятся. И придется Тике жить в замке на озере. И я отчего-то предполагаю, что у нас работы будет много. И что будет делать в замке бедная одинокая Тика?

– А властителю никак не понравится, если кто-то из тамошних обитателей вдруг окажется в ее постели, – фыркнула Лара, – так что никто не рискнет оказаться. Там, в замке, дураков давно повывели.

– Сколько времени она выдержит? – спросил Аль. – И что начнется потом, когда ей смертельно надоест торчать посреди озера? Ни тебе приемов, ни тебе верховых прогулок, ни тебе светского общества… И даже Тика не может не понимать, что ты этого никогда изменить не сумеешь. Не уйдешь ты от властителя.

– Не так, – поправил Гай. – Не уйдешь ты из Квадры.

Лара села, обняла сгорбившегося Дана за плечи и поцеловала в щеку.

– Вы вообще любили когда-нибудь? – пробурчал Дан.

– Я – нет, – покачал головой Гай. Эльф повскидывал глаза и в конце концов сказал:

– Я – да. Только ее забрали люди. Где она, что с ней, я не знаю. Я потому и сорвался тогда – хотел ее найти.

– Умный, – одобрительно кивнула Лара.

– Молодой, – возразил Гай.

Дан рассматривал колени, обтянутые черным тонким сукном. Хорошие ткани – штаны не вытягиваются в коленях, сидят ладно, пыль и мусор не собирают…

– И что вы предлагаете?

– Ничего. Но периодически тебя надо встряхивать, иначе ты совсем утонешь. Ну теперь все, мы спать пойдем. Утро скоро.

Мужчины встали. Лара еще разик поцеловала Дана, на миг прижавшись к его плечу грудью, и спрыгнула с кровати. Ведь лягут сейчас и сладко уснут. С чувством хорошо выполненного долга. А Дану предстоит валяться в постели и думать черт знает о чем, потому что думать о Тике рассудочно он не мог. Да и не хотел. Неприятно было. Голос рассудка не утешал.

Гай в своих прогнозах ошибался нечасто, но никаких пророческих талантов у него не имелось, нормальное умение накапливать информацию, разбираться в людях и иных расах и делать выводы. Аналитик Квадры. Самый умный к тому же. Самый начитанный. В Квадре, наверное, у каждого своя роль, но только у Гая она определилась.

Дан поплелся в крохотный отсек ванной. С водопроводом тут было лучше, чем в других городах, но после полуночи его отключали, чтобы проверить целость труб и исправность помп. Плеснув из кувшина в тазик, Дан умылся, потом налил в воду некоего средства, гибрид мыла, лосьона и одеколона, намочил полотенце и тщательно протер все тело. При этой штуке, если честно, легко можно было обойтись и без душа.

Он сбросил покрывало на пол, залез под одеяло и погасил лампу. В Башне было холодно всегда – зимой и летом. Высокий потолок потерялся в темноте, а в окно таращилась луна, та, что поменьше. Дан никогда не опускал шторы, потому что, кроме лун, подсматривать было некому. Вторая Башня была далековато, чтоб человек мог видеть, что Дан ходит по комнате голышом – перенял у Гая привычку спать без ничего. Разве что в подзорную трубу, а кому бы понадобилось за ним наблюдать в подзорную трубу? Вот уж… За Ларой – другое дело, но ее комната была последней в ряду и заглянуть в окно могли только пролетающие мимо птицы или вампиры.

Собственно, Башни были гостиницами. Столичная знать, конечно, имела свои дома или, что было куда менее престижно, квартиры, недвижимость здесь была так неприлично дорога, что даже властители предпочитали жить в императорском дворце. А прочих селили в Башни, и этих прочих было ужасающее количество, причем многие жили годами, если не десятилетиями. Вот взять того же генерала Тури – ему жалованья за сто лет беспорочной службы не хватит, чтоб купить хотя бы квартиру. А здесь плата была умеренной… Квадра, правда, ни за что не платила, хотя денег у них было неприлично много. Властитель, отправляя их на задание, корон не жалел, а когда Дан по возвращении решил остаток вернуть, очень удивился. Сам он эти короны чеканил, что ли? Словом, они, наверное, были единственными в обеих Башнях, кто вообще не думал о финансовых проблемах. Но вот сделать подарок Тике Дан толком не мог, разве что по мелочи. Вряд ли она смогла бы объяснить мужу появление солнечника на ее шейке. Дан бы отдал ей все. И себя…

Он заворочался, словно в простыню заползла сотенка-другая грибоедов – жучков безвредных, но жутко колючих и каменно-твердых. Все правы. И сам Дан прав, понимая, что солнечники-то ей нужны, а вот Дан – вряд ли. Разве что как потенциальный даритель солнечников. Классическая ситуация. В общем, зубки на нем Тика пробовала осторожно, роняя, например, слезу и наблюдая, с какой интенсивностью он кидается ее утешать. Или изображая равнодушную холодность и поглядывая, как он умирает от отчаяния… и, вероятно, наслаждаясь этим зрелищем… Но что б ни говорили, Тика была неглупа и не могла не понимать, что власти над ним ей иметь не надо. Может, конечно, да только с властителем ей не тягаться.

Если б она сказала: брось все и всех, убежим на край света и будем вдвоем жить в шалаше, Дан бы бросил, убежал и был почти счастлив… В конце концов Квадра нужна властителю больше, чем властитель нужен им. В конце концов почту не отменили. В конце концов силой властитель не станет его возвращать, потому что Квадра требует самоотдачи. Вот только зачем об этом мечтать, если он – готов, а Тика и думать не станет. Не нужен ей шалаш.

Дан прокрутился еще час, прежде чем наконец заснул, и спал совсем недолго, судя по тому, что луч солнца застрял на картине на стене. Примерно начало девятого, решил Дан, посмотрел на часы – восемь шестнадцать – и только потом сфокусировал взгляд на Гае.