Всего одна смерть, чтобы обрести счастье. Книга вторая. - Марина Орлова

усложняет. Двух Стражей мало... — тихо произнесла она. Мы пораженно замолчали, с недоверием и шоком смотря на богиню. Она невесело улыбнулась и продолжила развивать свою мысль. — Я не хочу вас обвинять в сложившейся ситуации и в состоянии Изабеллы, — обратилась она ко мне с дроу. — Но вы понимаете, что не справляетесь вдвоем. Вы сами чуть не погибли, забирая остаточную магию у Изы. К тому же вы хоть и потенциально сильные маги, но не обучены. Мало ли какая опасность будет ждать вас в будущем... Готовы еще не раз так же рисковать ее жизнью, как сегодня?

Мы нехотя опустили головы, принимая слова Айне. Хоть это и было неприятно

слышать, но я не мог не понимать, что она говорит правду. Осознавал, что мы

чудом справились в ходе ритуала, оставшись в живых, и промедление стоило

Изабелле слишком дорого. Будь нас больше, ее мучений можно было бы избежать. К тому же всего несколько минут назад я сам корил себя за то, что недостаточно обучен, неопытен. А потому не могу ничем помочь моей любимой. Чувство отвратительное. Липкий страх пережитого вновь окутал мою душу, заставив обреченно кивнуть. Видимо, Эльтар думал в том же ключе, так как и он еле заметно качнул головой в согласии.

— Кто будет этим третьим Стражем? — тихо спросил Кристофер у Айне со странной решительностью и надеждой во взгляде.

Она грустно улыбнулась:

— Боюсь, у нас нет другого выбора...

— Он?! - громко спросил Эльтар, с ненавистью смотря в лицо аристократа, который с достоинством поклонился Айне, несмотря на то, что движения эльфу давались не просто.

Приложив руку к груди, Кристофер произнес:

— Для меня честь служить богине-матери Айне и защищать Избранную.

Айне благосклонно кивнула светлому и нерешительно улыбнулась нам с дроу:

— Так нужно, — тихо вздохнула она. — Прошу, передайте Изабелле, что у нас нет другого выхода. Пусть не держит на меня зла. — После решительно повернулась к Кристоферу, который продолжал стоять на одном колене с опущенной головой, терпеливо ожидая, когда на него обратят внимание. — Ты уверен, что готов защищать, оберегать и всячески помогать Избранной, даже если это будет стоить тебе жизни?

— Готов, — твердо произнес он.

— Понимаешь ли ты, насколько сложно это будет? Особенно учитывая вашу с Изабеллой ситуацию? Она не обрадуется нашему решению.

— Я... понимаю. И готов искупить вину, — кивнул аристократ. — Чего бы мне это ни стоило.

— В таком случае ты вновь должен повторить слова клятвы, — торжественно

произнесла богиня. Мужчина с готовностью выполнил ее просьбу, и на руке девушки появилась еще одна, третья, татуировка. Его же осталась в неизменном виде. — Теперь ты Страж Избранной. Неси это звание с честью и достоинством. Не заставляй меня пожалеть об этом решении, — уже тише добавила Айне.

— Я приложу к этому все силы, — пообещал светлый и поднял на богиню глаза. — Айне, позволь узнать.

— Что?

— Что произошло во время призыва четыре года назад? Почему настоящая Избранная не явилась на наш зов?

— С чего ты это взял? Если бы ничего не вышло, Изы бы здесь не было. Но в

пророчестве была оговорка о том, что будет призвана душа. Душа. Не тело. Избранной Иза стала только после того, как я поселила ее душу в тело умершей

графини. Священнослужители знали об этом нюансе, но не подготовили подходящий сосуд для призванной души. Вместо этого они совершили подмену, выдав Силену за Избранную. Вероятно, тогда же вы с Нантином и были зачарованы, — вздохнула Айне. — Но ваш зов сработал и призвал душу. Правда, из другого мира. — Кристофер удивленно поднял брови, но вдаваться в подробности и перебивать не стал. — Мне потребовалось много сил, чтобы поселить душу в новое тело. Едва успела восстановиться к моменту цветения священного цветка.

— Но почему у меня с Нантом появились татуировки сразу, а на теле Изабеллы

только сейчас? Мы же были Стражами все это время.

— Нет. И никогда не был. Только заклинание на твоем кулоне заставляло тебя

оставаться с ней, навязывая мысли о том, что именно она Избранная.

— Но почему вы не рассказали об обмане раньше? — воскликнул светлый почти с отчаянием.

— Я не хотела подвергать Изабеллу опасности. Стражей у нее не было, мир чужой. Узнай общественность об обмане, на нее началась бы охота. А защитить было бы некому.

— А мы с Нантином?

 

— Вы, вероятно, уже тогда были под чарами. Но даже если бы не были, не факт, что успели бы спасти вовремя. — Она запнулась и бросила на нас с дроу взгляд. — Я больше не могу находиться в этом мире. Тело отторгает меня. За Изу не переживайте. Еще несколько часов она пробудет без сознания. Я запустила необходимое заклинание для восстановления, но не ждите, что девушка быстро оправится. Скажите Изабелле, что я не могла поступить иначе. Пусть не злится на меня за нового Стража...

После этих слов сияние в глазах потухло, вернув обычную фиолетовую радужку, и веки девушки закрылись. Иза покачнулась, но аристократ быстро подхватил ее на руки, с трепетом заглядывая в ее лицо и нежно прижимая к груди.

Сбоку от меня послышалось разъяренное рычание, а я обреченно подумал, что с Эльтаром определенно возникнут проблемы...

Глава 2. Изабелла

Очнулась я с большим трудом и протяжным стоном. Казалось, будто по моему телу проехались катком в одну сторону, а затем, не удовлетворившись тонкостью «блина» в моем лице, дали задний ход. Только после этого открыла глаза и мутным взглядом уставилась в потолок. И он мне знаком не был. Ко всему прочему, стали накатывать недавние воспоминания из храма, и я почувствовала, как вместе с паникой к горлу подкатывает тошнота.

— Мама, роди меня обратно‚ мне здесь не понравилось... — жалостливо простонала, заметив движение по бокам. Не успела я испугаться, как надо мной нависли два моих любимых мужчины, на лицах которых отразилась тревога и облегчение.

— Наконец-то ты пришла в себя, Ангел, — натянуто улыбнулся Кирт, целуя меня в щеку. Эльтар пошел дальше: он лег рядом, несмотря на недовольное ворчание полукровки о том, что мне требуется покой. Дроу сгреб меня в объятия и прижал к груди. Ничего против я не имела и с довольной улыбкой зарылась носом в рубашку темного, почувствовав щекой его протяжный вздох.