Лестница из черепов - Дмитрий Богуцкий

я бездумно ци как в этот раз. И что тогда? Бить зодиакальное чудовище тупо голой пяткой по морде? Вот оно обхохочется…

А ведь сейчас я не менее тупо бью ногой по морде Шана, и хотя он не ржет от пропущенного удара в челюсть, но и не падает, чтобы избавить меня наконец от тяжкого труда выцарапывания победы из пасти поражения.

Еще неизвестно, что я оттуда выцарапаю.

Права была бабуля, ой права…

Я бил быстрее, Шан поддавался не больше чем набитый песком мешок, и это уже начинало сводить меня с ума.

И это как раз меня и отрезвило. Если дух не спокоен, плоть не одолеет. Я прервал серию безуспешных ударов и в отошел на предельную для Шана дистанцию, пара шагов. Одним рывком ему такое расстояние не преодолеть. А я могу, в любой момент, сблизиться, когда буду готов.

Спокойно, Чан, спокойно. У нас есть время, сделать один долгий вдох.

Я встал в базовую стойку «копейщика» — нога впереди, потенциальный выпад вперед, вторая как опорная, потенциальный толчок для сближения, долгий медленный выдох, нисходящее спокойствие, кулаки сжаты, руки на исходную.

И вдох. Длинный. Тщательный. На весь воздух мира.

И слабый но заметный поток ци, втягиваемый вместе с глубоким вдохом в даньтянь.

Да, отлично. И еще раз, медленно, тщательно, не оставляя врагу ничего.

Я вижу как Шан, часто дыша корчится, пытаясь удержать утекающую от него ци, пытается ухватить крохи от уходящей в мою сторону волны энергии, но тщетно.

Кто спокойнее, тот глубже. А ци струится туда где глубже…

Вдо-о-о-ох.

На трибунах орут. Рефери жмется к канатам, к нам не суется, разумный человек, хоть и клоун…

Вдо-о-о-ох.

Шан, завыл, свел свои лапищи в кольцо перед пузом, напрягая все мышцы как обезумевший бодибилдер, облако молний окружило его, формируя еще один шар Громового Ежа, в воздухе потянуло искрящейся свежестью, сейчас он меня раскатает…

Вдо-о-о-ох.

И наполненный даньтянь вспыхивает накопленной ци, в то мгновение когда Шан срывается с места, чтобы раздавить меня в мясную лепешку.

Я встречаю его ударом выброшенного в правый кулак шаоданя, образцовый Брык С Копыт, от которого внезапно вспыхнул внешний шаодань правой перчатки, идеально скопировав эффект основного удара.

Тандемный Брык с Копыт!

Шана унесло куда-то за горизонт. Ну, из поля видимости точно. Взлетели выбитые из трибун скамейки с болельщиками, за проломом в ограждении арены.

Общий вопль. Санитары помчались туда.

Блин, похоже, я Шана убил…

Я выдохнул и огляделся. Куски вырванные с корнем канатов ограждения раскидало по полю.

Рефери осторожно приблизился ко мне от края арены.

— Эй, — как-то робко позвал он меня. — Ну ты как? Все уже? Все да? Ты унялся? Остыл? Точно? Ладно…

Рефери затравленно огляделся. Огляделся и я. Как-то и вправду много от нас получилось разрушений.

— Похоже, я остался один, — проговорил я

— Ага, — безрадостно отозвался рефери. — Совсем один. Ну ты и чудовище, Чан. Чтоб я еще хоть раз с тобой сюда вышел…

Я видел на трибунах Дзянь слала мне воздушные поцелуи, а Сян тревожно поглядывая на меня, быстро приматывала к лубку сломанную руку одного из пострадавших зрителей.

Я усмехнулся им, закашлявшись кровью:

— Ну, что? Значит, я победил?

Рефери настороженно покосился на меня, скривился:

— Похоже, что так…

Позади нас опять, что-то с грохотом обвалилось. Рефери оглянулся, и прямо с лица своего покрытого клоунским гримом спал.

Оскалился и добавил:

— А вообще, вроде как и нет.

И метнулся в сторону, подальше от меня.

Я оглянулся.

Небо померкло надо мной. Тучи закрыли солнце. Я оказался один, в тени чудовища.

Это был исходящий молниями ярости Пенг.

И в нем не осталось ничего смешного.

Глаза его сияли шаровыми молниями. Во лбу горел пурпурый ментальный шаодань, различимый даже невооруженным техникой «магического взгляда» оком. В каждом кулаке у него горело по двойной циановой звезде, в ладони и сразу в запястье, обещая удвоенной мощи прилеты в голову, или скоростную четверку ураганной мощи ударов в торс.

Я же не мог его так уделать, чтобы он пробудил с нуля сразу шесть чакр? Это просто невозможно. Я быстрее его убил бы.

Ох, мать твою. Лучше бы я его сразу убил бы. Потому, что теперь я остался с одним внешним зарядом против пяти неизвестных мне техник.

Вот же стремная фигня!

— Чан! — донесся до меня истошный крик сквозь треск надвигающихся молний. — Беги!

Это была драгоценная Сян.

Глава 28

И что теперь ты будешь делать?

Итак, я и Пенг, один на один.

Точнее, злобный спутник моего одинокого детства и пять его раскочегаренных добела шаоданей — и я с одним жалким внешним зарядом, которым я едва ли смогу воспользоваться. Ведь я вложил всю оставшуюся у меня ци в эти последние удары. Наступил на те же грабли в течении десяти минут. Молодец. Возможно, это рекорд.

— Чан, беги! — повторила Сян.

Вот вы бы, что сделали на моем месте?

Вот и я сделал так же. Я попытался сбежать. Но через пару шагов понял, что не смогу. Ноги не несут. И вообще, я в целом в мясо. Ни бежать — ни бить. Все, приплыл, красавчик Чан.

Я видел, как бегут зрители, не пытаясь мне помочь.

Видел, как упав на колени, рыдает и в голос молится всем богам наш хозяин, устроитель боев. Кажется, его заведение приходило в первозданный заброшенный вид.

Видел, как над ареной сгустились тучи, и стало темно, словно вот-вот должен был пролится дождь.

Я видел, как на трибуне поднялся на ноги мстительный мужик, бросил ковбойскую шляпу Пенга и уныло