Первое правило - Барбара Макмаон

С последним утверждением Стефани Стейси была не согласна. Пока ее новый босс казался ей сдержанным, холодным и угрюмым человеком, которого проблемы компании интересовали больше, чем первый полет его детей на самолете.

— А это какой самолет, Стейси? — спросил один из близнецов.

Она опустилась перед мальчиком на корточки, чтобы их глаза находились на одном уровне. Он был совершенно очарователен: светлые растрепанные кудряшки, огромные вопрошающие голубые глаза и удивленная улыбка ребенка, который впервые в жизни увидел самолеты вблизи.

— Это авиалайнер-гигант, по-другому он называется джамбо-джет. Видишь, какой он большой. Прости, я не помню, какая компания их выпускает. Мы можем посмотреть в Интернете, когда прилетим в Испанию.

Стейси перевела взгляд на отца мальчика, который опять разговаривал по телефону. Она хотела бы подойти к нему и объяснить, что он упускает драгоценные минуты из жизни своих сыновей, что это он должен стоять на ее месте и объяснять малышам, как летают самолеты и куда на одном из них они полетят.

Она не понимала, зачем такие люди вообще женятся и заводят детей, если они не собираются проводить с ними время. Если она когда-нибудь выйдет замуж и родит ребенка, то будет настаивать на том, чтобы муж проводил с семьей как можно больше времени.

Если когда-нибудь.

Стейси тяжело вздохнула. Ее работа давала ей не слишком много возможностей познакомиться со свободными мужчинами.

Жуан потянул Стейси за руку, привлекая ее внимание:

— Когда мы сядем в самолет? Я хочу увидеть, какой самолет внутри.

С этими словами он снова прижался носом к стеклу, стараясь разглядеть, куда полетел только что взлетевший самолет.

— И я! И я тоже хочу! — тут же поддержал его Пабло.

— Уже скоро, мой хороший, — улыбнулась Стейси, погладив его по голове. — Потерпи еще немного. Лучше посмотри, какой большой самолет идет на посадку. Как ты думаешь, откуда он прилетел?

— Может, из Испании? — предположил Жуан.

— А может, из Огайо? — нерешительно сказал Пабло.

— Из Огайо? — удивленно переспросила Стейси, не ожидавшая, что малыш знает названия других штатов.

— Ханна поехала к родственникам в Огайо. Я скучаю по ней.

Стейси опустилась перед Пабло на корточки и нежно обняла его:

— Конечно, ты скучаешь. И я уверена, ей тебя тоже очень не хватает, поэтому, когда прилетим в Испанию, мы напишем ей письмо. А еще ты можешь вести журнал своих приключений, чтобы потом рассказать ей обо всем, что с тобой произошло.

— А что такое журнал приключений? — заинтересовался Жуан. — Я тоже могу его вести?

— Журнал — это тетрадь, в которую ты записываешь все, что происходит с тобой, и вкладываешь фотографии.

— Я могу написать свое имя, — гордо сообщил Жуан.

— Я помогу вам записать все, что вы захотите, а потом Ханна сможет это прочитать, когда вы вернетесь домой, — улыбнулась Стейси.

— Можно я напишу про большие самолеты? — спросил Пабло.

— Конечно, по-моему, это замечательное начало журнала приключений, — кивнула она. — Как толь ко прилетим в Испанию, купим вам тетради и будем делать записи обо всем, что с вами происходит. У меня с собой есть фотоаппарат, так что мы сделаем замечательные фотографии на память об этой поездке.

В подтверждение своих слов она достала маленький цифровой фотоаппарат и сделала несколько снимков самолетов и фотографию близнецов в заполненном пассажирами терминале.

— Я очень хочу посмотреть, что внутри у самолета, — в очередной раз сказал Жуан, и тут же раздалось объявление о начале посадки на самолет до Испании.

— Слышите, мы уже скоро попадем туда.

Мальчики подбежали к отцу с радостными криками:

— Мы увидим, какой самолет внутри! Уже можно садиться, папочка!

— Да, я слышал, — кивнул Луис, вставая.

Закрыв ноутбук и велев им следовать за ним, он направился к выходу на посадку.

Уже через несколько минут они устраивались в комфортабельных креслах салона первого класса. Жуан сел со Стейси, а Пабло устроился рядом с отцом.

Стейси уже заметила, что Пабло гораздо стеснительнее брата и немного боится незнакомых людей. Она надеялась, что сможет быстро преодолеть его недоверие, в конце концов, в течение следующих трех недель они будут проводить все время вместе.

Когда самолет мягко поднялся в воздух, Луис открыл ноутбук и в ожидании, когда он загрузится, посмотрел на новую няню. Она внимательно слушала Жуана, который рассказывал ей какую-то историю. На мгновение он пожалел, что у него нет с собой фотоаппарата, чтобы запечатлеть этот момент. Он очень любил своих мальчиков и хотел, чтобы они всегда выглядели такими же счастливыми, как Жуан сейчас.

В такие моменты Луис очень скучал по Мелиссе, которая никогда не сможет увидеть всего этого. Она умерла при родах, так и не обняв своих сыновей. Каждый раз, когда в жизни его мальчиков происходило какое-нибудь важное событие, он мечтал о том, чтобы Мелисса была рядом с ним.

Стейси нравилось сидеть с Жуаном: он не прекращал болтать с тех самых пор, как самолет оторвался от земли, — ему понравилось смотреть на самолеты, ему интересно смотреть в окно на проплывающие под ними города, а океан оказался слишком скучным. Пару раз она искоса поглядывала на Луиса и Пабло. Малыш был занят раскраской, которую Ханна положила в его рюкзачок вместе с маленькими машинками и паровозиками. У Стейси с собой тоже были игрушки, чтобы развлечь детей. Впереди был долгий полет, так что, скорее всего, они еще пригодятся.

Луис убедился, что Пабло увлеченно рисует, и занялся работой. Его волосы немного растрепались. Наверное, когда она не смотрела, он провел по ним рукой?

А почему, собственно, она на него смотрит? Она здесь, чтобы присматривать за близнецами, а не за их отцом. Они встретились всего двадцать четыре часа назад — что она о нем знает? Он вдовец, он владелец многомиллионной компании, и он настолько красив и сексуален, что на него нужно вешать знак «Опасно!». В Интернете она нашла интервью с ним: несколько потрясающих фотографий, упоминания о его работе, о том, что он самый желанный холостяк Нью-Йорка. И ни слова о детях.

Луис сам не понимает, как ему повезло. У него двое прекрасных сыновей, а он думает только о своей компании. У нее самой никогда не было большой семьи. Родители умерли, когда ей было шесть, а Саванне четыре. Их отправили жить к бабушке, угрюмой женщине лет шестидесяти пяти, страдающей от артрита. Стейси очень повезло, что у нее была младшая сестра, с которой можно было делить все радости и невзгоды. Бабушка любила их и старалась дать им все, что могла, но, конечно, ни о каких путешествиях или дорогих игрушках и речи не было. Именно поэтому уже в детстве Стейси знала, каким должно быть ее будущее.