Остановка - Ирина Танунина

Она. Почему? Верю. Я тоже… в детском саду.

Он. Серьезно? Ну вот видишь! А ты того мальчика помнишь?

Она. Смутно.

Он. И я смутно. Но помню. Потом я знаешь сколько влюблялся, страшное дело. И вчера я всех их вспомнил, девчонок этих.

Она. А говоришь, про меня думал.

Он. А это и есть про тебя. Я понял такую вещь. Все они были на тебя похожи. Все до одной, даже та малявка в детсадике. Они все были как ты. То есть нет. Не как ты. Они похожи были. Но даже если всех их сложить вместе, не получится одной тебя.

Она. Это как?

Он. Ну вот смотри. Они похожи на тебя, но не ты. А тебя увидел, и сразу все на место встало. Ты ни на кого не похожа. Ты просто есть.

Она. Ну и что дальше?

Он. Дальше ничего. Все.

Она. Непонятно. Можно попроще?

Он. Брось прикидываться. Все тебе понятно. Я сказал, что люблю тебя.

Она (после паузы). И… что теперь?

Он. Теперь мы после занятий вместе поедем домой. У тебя сколько пар?

Она. Четыре.

Он. Отлично! У меня тоже. Встретимся знаешь где… Давай внизу, под портретом Ломоносова. Хорошо?

Она. Ну…

Он. А вечером сходим в «Кавардак». Там классно. Ты была?

Она. Пару раз с девчонками.

Он. Ну и как?

Она. Да в общем…

Он. В общем, пойдем вечером, часикам к восьми.

Она. Да я как-то…

Он. Что?

Она. А что там делать?

Он. Как что? Потанцуем.

Она. А дальше?

Он. Домой пойдем. (После паузы.) Ты что… как будто испугалась чего-то? Что случилось? Я что-то не так сказал?

Она. Ну, ты понимаешь… в общем…

Он. Ну скажи, в чем дело. Ты не хочешь в клуб? Пойдем в кино. Или… ну, куда хочешь.

Она. Мне… мне заниматься надо.

Он. Да брось ты. До следующей сессии еще сто лет.

Она. Все равно.

Он. Ну завтра тогда.

Она. И завтра тоже.

Он (после паузы). Ты хочешь сказать, я не нравлюсь тебе?

Она. Я хочу сказать, мне учиться надо.

Он. Причем тут учиться? Ты скажи, как ты ко мне…

Она. Давай потом как-нибудь поговорим.

Он. Нет, я так не могу. Я должен знать, как ты ко мне…

Она. Да что же это такое, в самом деле. Нельзя же из человека клещами вытаскивать.

Он. Но послушай! Мне обязательно нужно, чтобы ты мне ответила. Я же жить дальше не смогу!

Она. Не кричи.

Отходит в сторону.

Он. Ты куда?

Она. Все, закрыли этот разговор.

Он. Как закрыли? Нет, ты должна мне ответить!

Она. Прохладно сегодня. Ты не находишь?

Он. Ты что?!

Она. Автобуса что-то долго нет. Я замерзла уже.

Он. Но так же нельзя! Ты же должна мне хоть что-то ответить!

Она. Я сказала: «Закрыли этот разговор».

Он. Ты не можешь сделать вид, будто ничего не случилось!

Она. Опять. У тебя что, других тем нет?

Он. Какие могут быть темы? Я же сказал тебе, что я…

Она. Об этом я больше не буду говорить. О чем-нибудь другом, пожалуйста.

Он. Я не могу о другом!

Она. Ну хватит, в конце концов. Все, проехали. Вот скажи лучше, доцент Сушков, он как?

Он. Что?

Она. Нам в этом семестре ему сдавать. Он ведь у вас что-то принимал? Не очень придирается, ты не в курсе?

Он. Ты что! Ты не можешь так поступить! Обругай меня, плюнь в глаза, но не делай вид, будто ничего не было! Не смей меня игнорировать!

Она. Да что ты кричишь на меня?

Он. Ты не можешь просто так меня зачеркнуть! Ведь это… ведь это все равно, что убить!

Она. Отпусти руку! Мне больно!

Он. Мне тоже!

Она. Пусти, сказала! Я хочу уйти!

Он. Ты никуда не уйдешь, пока…

Она. Что пока? Чего ты от меня хочешь?

Он. Чтобы ты мне ответила!

Она. На что ответила? Отпусти меня сейчас же, а то я…

Он, схватившись за грудь, медленно садится на скамейку.

Ты что? Нет, ты это что?! (Осторожно трогает Его за плечо.) Эй! Ты что? О Господи, он, кажется… Нет, нет! Сейчас я «скорую»! (Пытается позвонить по выключенному телефону.) О Господи! А ведь я даже не знаю как его зовут. Вдруг спросят! Да что такое, телефон этот! Хоть бы подошел кто-нибудь, куда все подевались! Да что это с телефоном, Господи! (Пауза.) Ой, да он же выключен. (Включает телефон, он тут же звонит.) Да! Узнала. Слушай, Дим, тут… Мне некогда, в общем… не могу сейчас. Не до тебя мне… Да не могу же сейчас, пойми же!

Дает отбой, начинает набирать «Скорую помощь».

Он. А за ложный вызов штраф полагается.

Она. Что…

Он. И правильно, я считаю. Ведь ты подумай. Вот пока они к нам сюда прокатаются, кто-то где-то, может быть…

Она. Что?

Он. Кто-то даже умереть может, а кто будет виноват?

Она. Ты что… с тобой что… все с тобой в порядке?

Он. А ты не рада?

Она. Так это ты что… придуривался? Да?

Он. Нет.

Она. Да погоди. Ты сделал вид… изобразил…

Он. Я не сделал вид. И ничего не изображал.

Она. Но если бы у тебя был сердечный приступ…

Он. Бывают вещи поважнее сердечного приступа.

Она. Зачем ты это сделал?

Он. Чтобы ты поняла. И, кстати, я ничего особенного не делал.

Она. Что? Что поняла?

Он. Я в любви тебе объяснился. Так? Ты что же, думаешь, я по пять раз в день в любви объясняюсь? Хобби у меня такое? А?

Она. Причем тут…

Он. Да я вообще никому еще никогда… Я впервые в жизни такое всерьез сказал. А ты мне что?! Тут не то что сердечный приступ, тут…

Она. Так не было же у тебя никакого приступа! Не было!

Он. Да какая разница!

Она. Какая разница! Ты что, ненормальный? Нет, точно больной. Кто же этим шутит?!

Он. А никто и не шутил. Все предельно серьезно. Серьезнее некуда.

Она. Зачем ты это сделал?!

Он. Ну если ты слов не понимаешь. Когда человек слов не понимает, чем его проймешь? Только поступком.

Она. Да это свинство, а не поступок! Это притворство! Обман!

Он. Ничего подобного. Я тебе уже который раз толкую: это было наглядное выражение ситуации. Просто я тебе, как маленькой, на пальцах объяснил. Ну, может, преувеличил немного. Чтобы ты наконец поняла.

Она. Я все поняла. И я тебе серьезно говорю… Имей в виду, серьезно говорю: если ты еще хоть раз ко мне подойдешь ближе десяти метров…

Он. Да ладно тебе. Давай лучше вечером сходим куда-нибудь.

Она. Тебе еще непонятно? Я знать тебя не желаю после этого. Въехал наконец? Или тебе тоже наглядно объяснить?

Он. Делай что хочешь. Все равно никуда ты от меня не денешься.

Она. Чего?! Нет, такой наглости… (У Нее звонит мобильный.) А, вот еще один неотразимый Казанова. (В телефон.) Тебе что надо? Шпоры по астрономии? Не знаешь, какая астрономия бывает? Ах, у нас в программе нет. Какая жалость. Тогда по арабскому языку? Со мной абсолютно ничего. Только за шпорами ко мне больше… Ах, ты просто поговорить хочешь. А я вот, представь себе, не хочу. Вот именно. Вчера хотела, а сегодня расхотела. Что-что? Нет, спасибо. Перебьешься. Перебьешься, говорю. Ага. Перетопчешься. Нет, не обиделась. Я тебе просто наглядно объясняю, на пальцах: отвали! Совсем отвали. Навеки. У меня времени нет. И не будет никогда. Все!

Убирает телефон.

Он. Класс!

Она. И ты тоже! Пошел вон!

Он. Ведь это был Дима?

Она. Отвали, сказала! Близко не подходи!

Он. Все равно утром на остановке встретимся.

Она. Ноги моей на этой остановке больше не будет!

Он. Здрасьте! А как же…

Она. Пешком! Чтобы в одном автобусе с тобой даже! Чтобы близко даже никогда!!!

День третий. Вечер

Он сидит на скамейке. Подходит Она.

Она. Привет.

Он. Привет.

Она. Ты тут… что?

Он. Я тут тебя жду.

Она. Меня?

Он. Вот уже третий час.

Она. Три часа меня ждешь? В такой холод?

Он. Да в общем не так уж и… Хотя да, прохладно.

Она. А если бы я не пришла?

Он. Ты пришла.

Она. А если бы нет?

Он. Если бы да кабы… Что делать будем: тут посидим или пойдем куда?