Романтичное сердце Дракона. О древних тайнах Камбоджи - Игорь Карпов

Китая, например), гениально всё намешала и гениально вылепила из хаоса нечто совершенное, подобно богу-творцу, чтобы ослепить современников и затем продолжать ослеплять их далёких потомков, попутно давая пищу для умов, как трезвых, так и опьянённых вечным сомнением…

И всё же, как не старался я выглядеть беспристрастным и не поддаваться очарованию сомнительных аналогий, мысли о Древнем Египте и Древней Греции постоянно лезли в голову. Особенно не давал покоя египетский Сфинкс. Едва чуть внимательнее присмотришься к глядящим во все стороны ликам, бац! и ты уже во власти наваждения, будто сотни маленьких сфинксов просвечивают и буравят тебя всепроникающими взорами. А когда бродишь внутри храма, напрочь забываешь, что над тобой раскинулось голубое (или наоборот, затянутое дождевыми облаками) небо; ощущение такое, что ты находишься под давящими сводами мрачного подземного лабиринта и за всеми твоими перемещениями пристально следит немигающий взгляд алчущего твоей плоти критского Минотавра… Но стоит подумать о Маугли и зловещий Минотавр посрамлён! Мысль о нём, словно нить Ариадны вновь выводит тебя на свежий воздух – светит солнце, поют птицы, благоухают тропические деревья и тебе дружелюбно улыбаются много пусть и каменных, но таких добрых лиц!.. Киплинг, ты – гений!..

Кстати, о Космосе. Считается, что Байон символизирует собой индуистские и буддистские представления о Вселенной, со священной горой Меру в центре (той самой круглой башней, предназначенной для статуи Будды). С этим мало кто спорит и думается, вряд ли стоит. Поспорить можно вот с чем, хотя честно, тоже не очень хочется…

Известный исследователь тайн древних цивилизаций англичанин Грэм Хэнкок в своей книге «Зеркало небес» опубликовал интересную гипотезу относительно назначения всего храмового комплекса Ангкор, где Байону была отведена одна из ведущих ролей.

Однажды одному из помощников Хэнкока пришла в голову светлая мысль посмотреть на карту звёздного неба на широте Ангкора на рассвете в день весеннего равноденствия 10 500 года до н.э. (что это за дата такая – чуть позже и очень кратко). К своему удивлению и душещипательной радости первооткрывателя он обнаружил, что храмы Ангкора на земной поверхности воспроизводят с большой степенью точности созвездие Дракона (или Змея) таким, каким оно сверкало на небосводе в ту далёкую эпоху, почти 13 тыс. лет тому назад.

Странное совпадение, право. Официальная история Ангкора начинается в 802 году н.э., когда кхмерский правитель Джаяварман II провозгласил себя королём-богом (Дэвараджой) и началась активная застройка огромнейшей территории, которая длилась до 1220 года, когда умер самый энергичный (и самый последний, как оказалось) венценосный зодчий – Джаяварман VII.

О Джаявармане II известно немного. До сих пор не найдено ни одной записи, сделанной в эпоху его правления (802 – 850 гг н.э.) Все сведения о нём почерпнуты исследователями из текстов, вырезанных на стене одного из храмов лишь через 200 лет после его смерти. Из них мы узнаём, что он какое-то время был в плену на острове Ява, но вернувшись оттуда, начал последовательное и успешное предприятие по укреплению мощи кхмерского государства. Военная экспансия совпала с началом грандиозной строительной компании. Джаяварман II сорок лет (прямо как библейский Моисей!) кружил по территории нынешнего Ангкора, возводя одну столицу за другой, пока, наконец, на холме Пном Кулен не объявил себя Дэвараджой. Этот удивительный культ будет существовать в Камбодже наряду с буддизмом и брахманизмом. Хэнкок сразу усмотрел в этом некий мистический и практический смысл одновременно, словно король составлял топографическую привязку будущих строений Ангкора. Хотя подобному поведению могут найтись и более прозаические объяснения. Например, что Джаяварман II просто искал самое удобное место для столицы с точки зрения снабжения её продовольствием. Или задолго до Николо Макиавелли на практике осуществлял один из принципов, изложенных последним в «Государе»: переносить столицу поближе к покорённым землям, ведь в то время Джаяварман II активно подчинял себе различные мелкие княжества.

Любопытно вот ещё что. Примерно в это же время (и даже чуть раньше) на юго-востоке острова Ява, когда будущий кмерский король-бог Джаяварман II находился там в плену, началось строительство двух потрясающих храмовых комплексов – Прамбанана и Боробудура. Здесь тоже прослеживается некий симбиоз буддизма и брахманизма, поскольку Прамбанан – храм, по преимуществу, индуистский, а Боробудур – буддийский. Скорее всего, Джаяварман не мог не быть свидетелем такого события и кто знает, не явилось ли это толчком его собственным зодческим потугам! Правила тогда на Яве династия Шайлендра, что в переводе с санскрита означает «Царь горы». То же самое понятие заложено и в титул «Дэвараджа», которым окрестил себя Джаяварман II. Интригующих совпадений, разумеется, очень много, чтобы просто так от них отмахнуться.

Опираясь на всё это, смекалистый Хэнкок тут же предположил, что строители Ангкора на протяжении всего этого периода руководствовались в своих действиях каким-то секретным мистическим планом, согласно которому на земной поверхности воспроизводились участки звёздного неба в пресловутую дату 10 500 года до н.э. Тем более подобный прецедент уже имел место, и не где бы то ни было, а именно в Древнем Египте, во времена знаменитой IV династии. С именами трёх фараонов из этой династии – Хуфу (Хеопса), Хефрена (Хафры) и Менкаура (Микерина) – навечно связана тайна строительства трёх великих пирамид в долине Гизы и, возможно, Сфинкса. Правда в Египте это случилось почти тридцатью четырьмя столетиями ранее, примерно в 2550 году до н.э. Но привязка к дате оказалась всё той же – 10 500 год до н.э.

Так что же это за дата такая любопытная?..

В 1993 году бельгийский инженер Роберт Бьювел обнаружил, что три знаменитых пирамиды в долине Гизы практически с точностью воспроизводят положение трёх звёзд Пояса Ориона в одноимённом созвездии. При этом текущая неподалёку река Нил в этом своеобразном отражении звёздного неба на земле олицетворяла мерцающий Млечный Путь. С помощью компьютерных вычислений Бьювел установил, что такое расположение Пояса Ориона относительно Млечного Пути соответствует с известной долей погрешности нашей приставучей дате – 21 марта (день весеннего равноденствия), предрассветный час, 10 500 год (или около того) до н.э.

Хэнкок, разумеется, изрядно покопался в прошлом, чтобы выяснить к чему эту дату можно было бы привязать. И нашёл. Как оказалось, в этот период по всей Земле происходили грандиозные и катастрофические изменения. Бурно заканчивалась эпоха оледенения (плейстоцен) и начиналась новая – голоцен, в которую мы все продолжаем жить и поныне. Естественно, подобные метаморфозы не обходятся без последствий. Полярные ледники таяли, уровень Мирового океана неуклонно повышался и обширные участки суши скрывались под многометровой толщей воды.