Королева - Святослав Владимирович Логинов

class="p1">— Вот она, — виновато сказала Анита, показав на оружие чуть не по самую гарду вбитое в каменную плиту. — Оттуда полез какой-то, вот с таким ртом, и я его ткнула.

— Мастерский удар, — похвалил лейтенант. Он наклонился и одним рывком выдернул шпагу из объятий камня.

— И всё-таки, не следовало так бить, — попенял Карлеон. — Это церемониальная вещь, а не просто железка. В неё вложена немалая магическая сила, и если бы шпага сломалась… не знаю, есть ли в королевстве мастер, способный её починить.

— Понадобится — найдём.

— Пока это не требуется, шпага уцелела, а нам пора двигаться дальше. Лейтенант, вы знаете дорогу?

— Конечно. Я ходил в этих местах, правда, довольно давно.

— Тогда я вручаю принцессу вашему попечению. А сам вынужден вас на время покинуть. Смотрите, небесный мрак снова сгущается, вражеские чародеи чувствуют мою магию и идут по следу. Пока я рядом с вами они не потеряют вас из виду. Я сейчас опаснее для вас, чем червь Эзмун. Я постараюсь увести злое волшебство с вашего пути, но идти вам придётся самим.

— Советник, — попросила Анита, — может быть, не надо? Вместе не так страшно.

— Ваше высочество, вы не представляете, какие ужасы идут за нами по пятам, но нацелены они на меня. Вы для них невидимы. Ничего не бойтесь, каждый из гвардейцев в бою стоит десятерых, так что я надеюсь, вам больше не придётся махать шпагой. Зато мне гонка предстоит — даже в молодости такого не было, — Карлеон неожиданно улыбнулся, потеряв чопорный вид, и добавил: — Пожелайте удачи всем нам.

Анита не могла сказать, сам ли он взлетел, или летучий клинок взметнулся в облака, прорубая хозяину дорогу, но в небе заискрило, как во время фейерверка, и Карлеон исчез.

— Красиво, — сказал лейтенант Эйн. — Советник — один из лучших бойцов королевства. Однако и нам пора. Сидя на уступе, мы ничего не высидим.

В ранце лейтенанта нашлась складная подзорная труба. Эйн подполз к краю обрыва и долго изучал лес, сплошным ковром расстилающийся внизу.

— Там кто-то есть, — сказал он, наконец, — и много. Не иначе, противник знал, где находится выход из каменного зала. Теперь они считают, что мы в ловушке. Начнём спускаться по стене, перебьют, как мишени на стрельбище. Придётся лететь, благо, что небо советник расчистил, и покуда в небесах нам ничто не грозит.

— Как лететь? — пискнула Анита.

— Как птицы летают, так и мы. Но сначала проверим, кто нас внизу поджидает.

Четверо гвардейцев поднялись к нависающему уступу, в котором скрывалась раковина гигантского аммонита, остальные отошли подальше на самый край площадки. Раздался долгий треск, и скала, казалось навечно впаянная в тело горы, оторвалась и, сокрушив край площадки, полетела вниз.

Грохот камнепада был слышен за три дня пути.

Навстречу лавине из-под полога леса выметнулись струи огня. Попавшие под обвал понимали, что бежать поздно, и пытались спастись таким образом, но масса падающего камня была слишком велика, и стрелков, хотя и не всех, накрыло обвалом.

— Это не дикари, — произнёс Эйн. — Это элитные части. Охота пошла всерьёз.

— Но мы их уничтожили? — спросила Анита.

— Камни побили пять или семь стрелков, а их там не одна сотня. Никакой победы нет, есть лишь разведка боем. Мы теперь знаем, с кем нам придётся иметь дело. Скажу прямо: лучше бы там был кто-нибудь другой, но не огненные стрелки. Однако врага не выбирают, будем драться с тем, кто есть.

Подчиняясь молчаливому приказу, гвардейцы расстелили плащи и принялись навязывать ременную сбрую. Приготовления их не внушали уверенности, лететь на подобном приспособлении, всё равно, что на воздушном змее; взлететь, может быть, и взлетишь, а где грохнешься — неизвестно.

— Ваше высочество, вы полетите со мной, — сказал лейтенант.

Анита сразу успокоилась. Лейтенант был исполнен уверенности и внушал доверие. Лететь с ним не казалось страшным, что бы ни означало слово «лететь».

Тем временем гвардейцы закрепили концы ремней на плащах, став похожими на удивительных летучих мышей.

Эйн распустил ремни на портупее и накрепко прикрутил Аниту к своей груди. Анита слышала как спокойно и сильно бьётся его сердце. Вторая портупея, снятая с убитого солдата, была навязана на края плаща.

— Когда будем в воздухе, старайтесь не глядеть вниз и ни в коем случае не бейтесь и не старайтесь высвободиться, — поучал лейтенант Эйн.

— Я постараюсь, — произнесла Анита, шмыгнув носом.

— Готов, — негромко сказал лейтенант.

Прочие, кому не приходилось обихаживать Аниту, были готовы уже давно.

Четверо гвардейцев скользнули к краю обрыва и исчезли из вида. С секундным интервалом за ними последовали остальные летуны.

Легко было лейтенанту требовать, чтобы Анита не смотрела вниз. А куда смотреть, если Анита как раз повёрнута лицом к земле? Покрепче зажмуриться? Но Анита твёрдо решила, что глаз закрывать не станет. Она принцесса и должна смотреть в лицо опасности.

Первая четвёрка пикировала на врага, огненные мечи, неимоверно удлинившиеся, кромсали лес. Там что-то горело и взрывалось, но из-под покрова ветвей бил встречный огонь, стократ сильнейший. Увидав вторую группу гвардейцев, лесные стрелки перенесли основной огонь на них. Несколько раз Эйн совершал непредставимые виражи, чтобы уйти от молний, бьющих с земли в небо. Смотреть куда бы то ни было, стало невозможно, но всё же Анита увидела, как одна из чёрных птиц обратилась в пылающий ком, падающий к земле. Краем сознания Анита поняла, что это третий гвардеец из их пятёрки. Третий, летящий посредине. Именно в центре группы должна быть принцесса, и основной огонь был направлен туда. Сотни стрелков собрались внизу, чтобы убить её только за то, что она принцесса. Это не червь Эзмун, убивающий всех подряд, это люди, пришедшие убить именно её.

Анита не выдержала и, что есть сил, зажмурила глаза.

Прошла, наверное, целая минута, прежде чем глаза удалось открыть. Эйн летел над сплошным ковром леса, откуда никто не стрелял. Время от времени Эйн совершал виражи; Анита не понимала, зачем это нужно, но верила, что всё идёт как надо. Один раз в поле зрения попала такая же чёрная фигура, как и они сами. Значит, ещё кто-то сумел прорваться через огненный заслон.

Потом полёт стал неровным, рывками, высота начала резко снижаться.

— Сажают… — процедил Эйн.

Анита не знала, что он видит впереди; вроде бы такой же лес, только реденький, но Эйн предпочёл туда не соваться и приземлился на склоне холма, словно специально приспособленного для такого рода посадок. Вслед за командиром на луг опустились двое… четверо… шесть гвардейцев. Отряд потерял двоих бойцов, но семь человек прорвались из окружения, и Анита вздохнула спокойней.