Нулевой. Том 1. Начало - Алекс Бредвик

Чем больше подготовите, тем лучше. Если что-то пойдёт не так, не допустите гибели нулевого. И проследите, чтобы он был нашей верной куклой.

— Вы слышали, что приказал глава научного отдела нашего комплекса! — спустя минуты полторы попытался грозно приказать бойцам первый. — Доставить этого урода в отдельную бронированную камеру! Немедленно!

Процесс восстановления завершён!

В этот миг я снова всё увидел. На этот раз мышцы немного наросли на кости, у меня хватило сил подняться на ноги. На меня, всё так же ощетинившись автоматами, стояли и смотрели четыре бойца. По крайней мере у двух из них в глазах отчётливо читался страх. Они боялись. Боялись меня. Но сейчас…

— Шланги отсоединены, — раздался роботизированный голос, а от спины, рук, ног и шеи словно отстрелило что-то, чего я раньше просто не чувствовал, те шланги, по которым в меня что-то закачивали.

Это сорвало мои планы. Но… я обязан отсюда вырваться. Я не хочу быть игрушкой! Я не хочу быть подопытной крысой! Я, чтоб их, человек! И я должен узнать, кто я и какого хрена вообще тут оказался! Если понадобиться, то я уничтожу их всех!

— Сэр! — бойцы прищёлкнули затворы автоматов. — Он резко изменился в лице. Сканеры активности с ИИ пришли к выводу, что он может напасть!

— Вам шокирующие устройства зачем были даны⁈ — возмутился учёный, после чего шум из динамиков оборвался.

Я уже было хотел броситься в сторону колб, разбить их, чтобы получить то вещество, чтобы поглотить его, ведь явно я как-то это мог делать. Но тут мне в грудь что-то ударило, а весь мир вокруг просто померк.

Очнулся я уже рядом с камерой, но мне тут же дали знать, что не стоит этого показывать. Знакомство с тяжёлым прикладом прошло не слишком здорово. Потекла кровь. Но она была чёрной. Как уголь. Как смола. И была тягучей, как та жидкость. Но не разумной.

— Вот твой новый дом, — усмехнулся один из них, и двое закинули меня в камеру с очень и очень толстыми стенами, без окон, без кровати, без каких-либо удобств, только одна дырочка в углу и кругом бетон. — Привыкай, тварь, теперь ты будешь жить только так, ха-ха-ха-ха!

Они все ржали. Все четверо. Все стянули с себя маски, подняли свои визоры с ИИ, те самые синие полоски перед глазами. Но я видел их лица. И запомнил. Всех четверых. Один их них увидел мой взгляд, дал знак остальным, все стали резко серьёзными. Перехватил автомат, подошёл ко мне, слегка нагнулся и тихо сказал, даже почти прошептал:

— Добро пожаловать в дивный новый вид, урод, — а следом очередной удар прикладом и мрак.

Глава 2

Пробуждение вышло не особо приятным. Точнее, вообще не приятным. Вкус крови во рту. Ощущение пустоты и боли в животе. Гул и звон в ушах. Пульсация в висках. Острейшая боль в полушариях. Дрожь в руках. Рябь в глазах. Всё это было разом. Если просто кратко, чувствовал я себя отвратительно.

Приняв хоть какую-то более-менее горизонтальную позу, я стал более внимательно осматривать моё новое «жилище». Но и рассматривать тут было нечего. Пустота. Одни серые бетонные стены. Даже серо-жёлтые или серо-коричневые. Свет — одна единственная лампочка, которую явно откопали на доисторическом складе, чтобы не искать замены. Почему я это знал⁈ Почему я это понимал⁈ Почему я не мог вспомнить, чёрт возьми, кто я такой⁈

Но пока я тут сидел, пока бездействовал, у меня было время подумать. Почему у меня столько ненависти внутри? Почему я хочу уничтожить всё вокруг? Это более-менее объяснимо, я в плену, скорее, даже… я в рабстве. Со слов учёных, я мёртв. Реально мёртв. Тот фрагмент памяти, что я видел, только подтверждает это. Но так ли это…

Начинаю усиленно ковыряться в голове, пытаюсь восстановить всё то, что мне было доступно, разложить по полочкам, систематизировать, сгладить, просветлить, дополнить… и картинка складывалась не самая радужная. Если, конечно, верить той памяти, которая у меня осталась. Или досталась. Может, это была и не моя память, а мне её только навеяли⁈

Но в любом случае… первая большая картинка. Я гулял с кем-то, лица не помню, но отчётливо различима женская фигурка. Судя по всему, молодая девушка только-только вошла в тот возраст, когда можно всё и от свобод кружится голова. Ощущения… ну она мне точно была приятна, мне нравился её запах. Малины и… корицы? Да, что-то такое. Корица была куда сильнее.

Помню, она смеялась, что-то рассказывала, мне тоже было весело. Мне было хорошо! Обстановка была умиротворяющей, мы шли по набережной, где-то торговали пирожками, где-то цветами. Я даже купил цветы этой девушке. Пассии? Возможно. Не помню. Но точно я с ней тогда виделся не первый раз. И не второй. И даже не первый десяток. Мы были достаточно близки, чтобы общаться на разные темы, но не настолько близки, чтобы дело дошло до секса.

Что же было дальше… а дальше внезапно загудела тревога. Воздушная. Откуда-то я это знал. Служил? Скорее всего. Либо это очень сильно впаривали населению. Почему-то я был уверен, что обычный человек не знает, что такое воздушная тревога. Но я точно знал. Девушка нет. Она растерялась. Я её потянул за собой. Куда-то в сторону домов. Контуров не видел. Этажность тоже. Только цвета. Синий. Голубой. Белый. Пара розовых домов. И мы побежали. В этот миг небо стало краснеть. Даже багроветь.

Ударило по ушам. Девушка испугалась. Начала визжать. Я её прижал к себе. Продолжили бежать вместе. Рядом с нами была толпа народа. Показалась техника. Слишком быстро, подумал тогда я. Такого не может быть, чтобы за считанные минуты в городе появились военная техника и огромная толпа военных. Они знали. Готовились. Но населению ничего не сказали. Боялись паники? Вероятно. Но не факт.

Сначала была лёгкая техника, которая перевозила людей. В основном тяжёлая пехота, в тяжелой броне с массивными орудиями. Тридцатимиллиметровые пушки в руках людей. Мощно. Но в силовых костюмах ничего особенного. Сейчас некоторые двадцатимиллиметровые винтовки с модификациями рук-груди могут держать одной рукой и стрелять почти без отдачи. Опять. Откуда я это знал? Почему такие факты есть в моей памяти? Но почему я не могу узнать города? Почему я не могу узнать девушку, которую оберегал⁈

Злость нарастала. Я это чувствовал. Беспамятство — самое огромное наказание. Но если ты о нём не знаешь, то не страшно. А я знал.