Детектив на краю лета - Устинова Татьяна

– Какая прелесть, – восхитился Владислав. – Мне нравится всё старинное: вещи, имена. Тата, Ляля, Таша. Они очень уютно звучат. Не правда ли?

Он говорил, как будто из роли, и Таше стало смешно. Она огляделась по сторонам в поисках своего столика.

– Вы из какой каюты? – озаботился Владислав.

– Из первой.

– О! Тогда разрешите проводить вас к вашему месту. Оно самое лучшее!..

И он сделал локоть кренделем.

Таша взяла его под локоть, и по неслышному ковру они прошли к столику. Отсюда на самом деле открывался самый лучший вид на реку.

Таша уселась, сняла со сверкающей тарелки горку из накрахмаленной салфетки, вздохнула от счастья и стала смотреть на реку.

– Принеси мне воду, Лена, – негромко говорила старуха, – только не из холодильника, а ту, которую Коля поставил в шкаф. А боржоми возьми холодный.

– У них, наверное, здесь есть боржоми, – шелестела в ответ Лена.

– Я понятия не имею, что они налили в бутылки! Может быть, воду из реки! А у нас самый настоящий боржоми, ты прекрасно это знаешь.

– Хорошо, Розалия Карловна.

Владислав всё топтался возле Ташиного столика. Видимо, отдавал дань номеру один!..

– Вы путешествуете со спутником? Или мне разрешается присесть?

Тут уж Таша слегка засмеялась и сделала приглашающий жест, но ничего из этого не вышло.

– Прошу прощения, – сказали рядом насмешливо, – но это наше место, и мы его никому не отдадим!

Напротив Таши усаживалась Наталья Павловна. На этот раз на ней был белый льняной сарафан, на плечи накинута павловопосадская шаль с кистями, завязанная спереди громадным узлом. А на руках у неё трепыхался… невиданный зверь.

Таша поначалу не поняла кто: то ли хорёк, то ли крупная белка, то ли странной породы кошка.

Владислав вновь сделал попытку щёлкнуть каблуками сандалий – он и щёлкнул бы, если бы на сандалиях были каблуки! – и поддержал стул Натальи Павловны, хотя та уже села.

Представился и поклонился.

Наталья Павловна кивнула и, словно отпустив Владислава, который тем не менее никуда не ушёл, повернулась к Таше.

– Мы сидим вместе, – сказала она. – За одним столиком! Вы же не против, Таша? Познакомьтесь, это Веллингтон Герцог Первый.

Таша смотрела во все глаза.

Невиданный зверь оказался не крысой и не белкой, а собакой. Таша видела таких в журнале.

Про герцога первого она, честно сказать, ничего не поняла.

– Его так зовут – Веллингтон Герцог Первый, – пояснила Наталья Павловна. – Вы знаете, кто такой Веллингтон? О, это великий человек, полководец! В Индии воевал, разбил Жозефа Бонапарта, брата Наполеона, Мадрид взял. Но главное – Ватерлоо. Он победил Наполеона в битве при Ватерлоо! За что получил титул не просто герцога, а Герцога Первого! Так что мы никаких сокращений от имени не признаём. Иногда только самым близким позволено обращаться «милорд». Ну, или «ваша светлость». Между прочим, порода называется пражский крысарик!..

…Понятно было, что всё это игра – и в герцога, и в светлость, и в собаку-крысарика. Такие собаки существуют только для того, чтобы в них играть, – но ни игра, ни собака не понравились Таше. Она посмотрела Наталье Павловне в лицо и отвела глаза.

Веллингтон Герцог Первый перебирал лапками по белоснежному льняному сарафану хозяйки, косил влажным оленьим глазом, прижимал уши и время от времени скалил мелкие белые зубы.

– Какая прелесть, – сказал Владислав фальшиво, – какое очаровательное существо!

Он был несколько уязвлён тем, что сказочной красоты дама с собачкой так и не представилась, но сдаваться не собирался.

Он потянулся к собачке с намерением сделать ей «козу» или пощекотать шейку, но дрожащее существо вдруг зарычало, выкатило глаза, поджало крысиный хвост, несколько раз тявкнуло отвратительно писклявым голосом и попыталось схватить Владислава за палец.

– Нет-нет, не нужно трогать, его светлость этого не любит! – развлекаясь, сказала Наталья Павловна, а старуха в тюрбане вытянула шею и посмотрела. – Он у нас голубых кровей. К нему нельзя прикасаться, как и к английской королеве.

– Милая, – громко сказала старуха, и все разом на неё оглянулись. Даже бородач поднял голову от своего планшета.

– Милая, вы предполагаете, что животное будет с нами кушать?

– Вы ко мне обращаетесь? – после небольшой паузы осведомилась Наталья Павловна.

– К вам, милая, к вам.

На пороге салона возникла Ксения Новицкая – в чем-то летящем и очень коротком, на плече огромный цветок и какие-то бледные разводы на юбочке, а каблуки ещё выше – ах, как хороша!.. Но никто не обратил на неё внимания, даже Владислав.

Всех интересовал поединок старухи с красавицей и её герцогом.

… Ведь ясно как белый день, что начинается поединок! И есть надежда, что поединок продлится всё плавание, вот ведь подарок судьбы и развлечение!

Старуха фыркнула – на её тюрбане негодующе закачались и засверкали какие-то бирюльки – и стала выбираться из-за стола.

Ксения Новицкая села за свободный столик, открыла карточку меню и стала изучать. Таша вздохнула.

… Я никому не позволю испортить своё путешествие. Вот это моё последнее путешествие не может быть ничем испорчено!..

Старуха приближалась – Наталья Павловна смотрела на неё с холодным интересом. Герцог Первый перестал трястись и тоже уставился.

Бородач вытянул шею, а Владислав, дрогнув упитанным телом, немного отступил во избежание.

– Милая, – сказала старуха и наставила на Герцога Первого толстый указательный палец, – ваше животное приучено кушать в заведениях общественного питания? Вместе с людьми?!

– Он нисколько вам не помешает, – отчеканила Наталья.

Старуха протянула толстые руки, и коротенькие, унизанные перстнями пальцы моментально цапнули у неё с коленей собаку.

Таша ахнула. Наталья Павловна проворно вскочила. Ксения Новицкая бросила меню и уставилась на них.

Старуха поднесла собаку близко к глазам, несколько секунд её рассматривала, потом вытянула губы дудочкой и поцеловала Герцога Первого в макушку.

– Ты мой сладкий, – сказала она чудовищным басом. – Ты такое умное животное! Ты приучен кушать в общественном заведении вместе с людьми!

И она потрясла пса, покрутила и опять поцеловала, кажется, в задницу.

Герцог Первый жмурился от счастья.

– Милая, – не отрываясь от собаки, пробасила старуха, – если вы имеете хоть каплю сочувствия к старости, вы позволите нам с этим дивным существом проводить вместе некоторое время! Мы будем сидеть на палубе и встречать зарю. Да, мой маленький?

Кажется, маленький согласно затряс головой.

– Как нас зовут?

– Веллингтон Герцог Первый, – упавшим голосом повторила Наталья Павловна.

– Нет, не его! Его я буду называть – мой сладун! Вас! Как зовут вас, милая? Меня зовут Розалия Карловна, но моему мальчику я разрешу называть себя тётя Роза.

И она опять поцеловала Герцога Первого. Тот млел.

– Какая у нас порода, я не расслышала?

– Пражский крысарик, – отчётливо, как ученица у доски, отрапортовала Наталья Павловна. – По легенде, в XIV веке эти собаки спасли Прагу от чумы. Они истребляли чумных крыс, котов в те времена не жаловали.

– Ты даже гоняешь крыс! – умильно пробасила старуха. – Ты не крысарик! Ты целый крысарий!..

Владислав решил вступить, приблизился и опять предпринял попытку погладить песика. Герцог Первый весь подобрался, тявкнул, извернулся и тяпнул Владислава за палец.

– Ах ты сволочь!..

– Молодой человек! – взревела старуха, накрывая Веллингтона бюстом. – Не суйте свои руки куда не следует!.. Вы же видите, наш сладун не выносит прикосновений!.. Он благороден и хорошо воспитан!

Владислав рассматривал свой палец.

– До крови, зараза!..

Бородач с планшетом хохотал за своим столом. Даже Ксения Новицкая улыбнулась.

– Ну, иди, иди к мамуле! Бабушка погуляет с тобой после обеда.

Розалия Карловна ловко вернула Веллингтона Герцога Первого Наталье, пощекотала его шейку и отбыла за свой стол. Как раз появилась компаньонка с боржоми, и старуха принялась на весь салон расхваливать «сладкого мальчика».