Артефактор +. Книга 1. Шаг в неизвестность. - Александр Седых

Лекс встал возле источника и приготовился. Он совсем не герой и конечно боялся, но маги его по любому живым не оставят, а так хоть есть шанс, хотя бы и теоретический. Когда вдали послышался удар упавшей двери храма, Лекс шагнул в горловину сумки.

В зале источника, сначала как в колодце исчез человек, провалившись в сумку, затем туда нырнул амулет портала, потом исчезла, как бы сворачиваясь, сама сумка и сразу пропало свечение магического источника. Поскольку храм строился в основном с учетом источника, то после его исчезновения, колонны храма сложились и весь свод рухнул вниз, на плиту бывшего источника.

Донесение ищущих ведущему:

Храм разрушен. Исходящие порталы не замечены. Потери среди гвардейцев до двухсот человек на начальном этапе штурма стен. Маги потеряли восемь десятков. Архимаги, к сожалению, погибли все, в том числе и ведущий. На последнем этапе штурма, после разрушения дверей, они столкнулись с артефактами неизвестной мощности (классификации не поддаётся). По данным предварительного анализа врагом задействовано одновременно неизвестное количество артефактов (много). В результате чего, источник прекратил свое существование, а на архимагов напал не известный артефакт с классификацией – думающий голем (необъяснимо), типа призрачный воин (необъяснимо), вооружённый ледяным мечом (необъяснимо). Наличие такой классификации считается невозможным, ледяной меч разрушает всю не принадлежащую ему магию. Есть предположение, что в связи с безысходностью, с помощью источника проведён обряд развоплощения мага, и вселения его духа в артефакты, но это не объясняет разрушение самого источника. В связи с невозможностью приближения к активированному артефакту (доказано гибелью последнего архимага), оставшимися магами отряда с дальнего расстояния разрушен каменный массив над проходом в храм (в связи с исчезновением источника (необъяснимо), пассивная защита храма разрушилась). Артефакт погребён в массиве и доступ к нему невозможен.

Ответ ведущего ищущим:

Считайте задачу выполненной. Запретить строительство на месте храма на ближайшие сто лет (гарантированное время разрядки артефакта). Запретить посещение места расположения храма. Выставить постоянно действующую заставу в пол сотни воинов с дежурным магом или даже двумя. Снабдить их магическим вестником. Сменять состав раз в три месяца.

Глава 2. Прибытие

Лена, свесив ноги, сидела на обрывистом краю оврага и, как говорил дед в таких случаях, предавалась унынию. В их семье жизнь у всех её представителей с какого—то периода шла кувырком. В молодости у деда все было отлично. Прекрасный офицер. Куча наград. Большие перспективы в росте. Жена. Сын. Учеба сына в гимназии. Первая мировая. Потом революция. Смерть жены от случайной пули на улице и военные действия на стороне белых. Как ему удалось сохранить сына в такой мясорубке, никто сказать не может. Сразу после революции ему удалось пристроить сына в случайно сохранившийся детский дом и то уже как помощника воспитателя, да к тому же просто за кормёжку. Родственников не осталось, а таскать за собой подростка под пулями он не хотел. Потом, ему ещё раз повезло, красные сразу не расстреляли, так как в казнях был не замечен, а просто сослали на север. После десяти лет проведённых там, ему удалось разыскать сына, но нормальных отношений с ним уже не сложилось, хотя и неприязни между ними не было. Сын пропитался в детском доме совсем другими жизненными принципами.

Через некоторое время сын женился на своей подруге из того же детского дома. У них родилась дочь – Лена. Дед в это время переехал в Белоруссию, в село, к своему старому знакомому, который ещё в царской армии служил под его началом, правда позже перешёл командиром в Красную армию. Далеко от столицы и под присмотром бывшего красного командира ему разрешили там поселиться. Лена потом много раз приезжала на каникулы к деду, когда ещё училась в школе. Отец Лены, после нескольких лет работы на заводе в Подмосковье, по спецнабору поступил в военную школу РККА и с отличием окончив её, ушел в армию. Некоторое время Лена с родителями прожила на Дальнем Востоке. Там она увлеклась геологией. Ходила в кружок по геологии при доме культуры. После школы она поехала поступать в геологический институт и к удивлению родителей поступила, одолев при этом совсем немаленький конкурс. Все вроде бы складывалось просто отлично.

Неожиданно, в 39 году арестовывают отца. У матери оказывается слабое сердце и после ареста мужа, она умирает в больнице. Лена просто не может понять, как мог оказаться отец агентом иностранной разведки, да к тому же японской. В институте учиться становится невозможно. Клеймо дочери врага народа местные активисты приклеили на неё мгновенно. Бывшие друзья отвернулись от неё. Настоящим потрясением для Лены стало предательство её близкого друга, с которым она, не так давно познакомилась и в дальнейшем рассчитывала создать семью. Откровенной удачей оказалось получение письма от отца, которое вывело Лену из пучины полной безнадёжности. Письмо передал ей хороший друг отца, которого всё-таки отпустили, после аналогичного ареста и тот передал ей письмо минуя тюремную цензуру. Отец в письме лишь подтвердил уверенность Лены в том, что он никакой не шпион, но правосудие в последнее время часто допускает такие ошибки и хорошо, что его просто не расстреляли, заодно с высшим армейским руководством, у которого он ходил в любимчиках. Он просил Лену бросить все и на некоторое время уехать к деду. Возможно скоро все наладится, но лучше некоторое время побыть вдали от столицы. Лена послушалась совета отца и оформив академический отпуск, уехала к деду.

Уже второй год она живёт с дедом, на не большом лесном хуторе, в пол сотни дворов. Дед работает местным лесником, а она ведёт домашнее хозяйство. Жизнь потихоньку вроде бы налаживалась, вот только писем от отца больше не было и что с ним неизвестно. Учиться Лена не перестала. Она стала учиться самостоятельно, по книгам, время от времени заказывая их в библиотеке ближайшего города, надеясь потом сдать экзамены в институте экстерном. Все бы хорошо. Но в последнее время привязался к ней местный участковый Федор, из соседнего посёлка. Тот ещё урод – наглый, смазливый. От одного его вида Лену просто передёргивало. Уже не один раз Лена отшивала его, но тот никак не успокаивался и от ухаживаний он перешёл к угрозам.

Лена тяжело вздохнула и попыталась отвлечься от тяжелых мыслей. Она стала вспоминать мамины сказки о сказочных странах и настоящих принцах, которые та знала огромное количество и всегда рассказывала дочери на ночь. Мечты Лены прервал неожиданный треск, сбоку от неё. Повернувшись, она лишь увидела мелькнувшее тело человека, сминавшее кусты на скате оврага. Кто—то из соседей оступился и сорвался с тропинки, проходившей недалеко от неё по краю оврага, – Подумала она. Лена не раздумывая стала спускаться, цепляясь за кустарник, росший на склоне. На дне оврага она обнаружила незнакомого молодого человека, без сознания. На затылке у него образовалась приличная шишка, хотя крови не видно. В каком—то непонятном, полуобморочном состоянии, сама от неожиданности ничего не соображая, Лена с трудом вытащила незнакомца из оврага, по пологой тропинке, по которой мальчишки обычно гоняли коз к роднику. На большее у неё просто сил не хватило и она упала рядом с ним. Немного придя в себя и отдышавшись, она попыталась привести его в сознание. Ничего не получилось.

Народу вблизи не наблюдалось. Все были на работах. Пришлось аккуратно устроить незнакомца на краю оврага и бежать к деду за помощью. Хорошо тот находился дома. Вместе с дедом, на небольшой тачке, на которой часто возили дрова из леса, они доставили незнакомца к себе домой и дед осмотрел его. Кроме шишки на голове, других повреждений не было. Дед, хмыкнув, вынес решение:

– Скорее всего сотрясение мозга. Если конечно там есть чему сотрясаться. Это же надо, так навернуться с прямой тропинки. Ничего, отлежится, отоспится и придёт в себя.

Они вдвоём раздели парня и уложили его на кровать в комнате деда. В карманах не обнаружилось ни чего, ни документов, ни каких—либо ещё бумажек.

– Плохо, – вынес вердикт дед.

– Почему? – удивилась Лена.

– Нет документов, а вдруг шпиён, а мы и так на заметке у местной милиции. Хорошо хоть доктора вызывать не нужно. Скорее всего сам скоро оклемается, – с явным сомнением вздохнул он.

– Придет в себя, тогда и расспросим и решим, что делать. К тому же, если бы это был шпион, то с документами нормально все было, – решила за всех Лена и деду с этим пришлось согласиться.

Три дня незнакомец не приходил в себя. Лене пришлось за ним ухаживать. Деду было некогда. Весной, в лесу, у него самая работа и начиналась. Местные пока их тоже не тревожили. Может кто и видел, как они тащили незнакомца из леса, но вопросов никто пока не задавал. Когда Лена ворочала парня, она удивилась его мускулатуре. С виду, вроде обычный, немного похож на гимнаста, но вот мышцы практически не вминались и были похожи на тугую резину. Лицо у незнакомца было вполне нормальное, да и вообще симпатичное, но всё-таки чем—то оно отличалось, хотя Лена никак не могла понять чем.