Болен (не) тобой (СИ) - Макнамара Элена

Он натужно улыбается.

— Найди себе другую девушку, — бросает небрежно и уводит Лизу прочь.

А что, если я не хочу другую?

Что, если я хочу его девчонку?

Потираю шрам на рёбрах. Он вновь напоминает мне о том, как бывает иногда больно.

Глава 3

Лиза

Давид уводит меня как можно дальше от Кирилла. Послушно следуя за своим женихом, бросаю взгляд через плечо, чтобы ещё раз взглянуть на нарушителя его спокойствия. Он стоит посреди снующих туда-сюда блогеров, гонщиков, механиков в одиночестве.

Спокойный и самоуверенный.

Как эпицентр бури — ведь внутри неё всегда спокойно.

Конечно, я знала, что ты будешь здесь.

Но понятия не имела, что так скоро меня заметишь.

И не узнаешь...

— Чего он хотел? — Давид сильно стискивает моё запястье и требовательно смотрит в глаза.

Зрачки полностью заполнили карюю радужку его глаз, отчего они кажутся совсем чёрными.

Давид взбешён.

Потому что уловил мою реакцию на своего соперника по гонке.

Но это вовсе не интерес. Я бы всё отдала, чтобы Кирилл Савельев не заметил меня.

Лгунья...

— Он же сказал, чего хотел, — хмыкаю я, показывая равнодушие. — Почему-то решил, что я захочу поехать с ним.

Мой жених неуверенно улыбается. Прижимается к моим губам своими. Кто-то щёлкает камерой справа от нас, и мы отстраняемся друг от друга.

— Не снимайте, — Давид выставляет руку, прикрывая нас от объектива фотоаппарата.

Какой-то молодой паренёк извиняется и уходит фотографировать кого-то другого.

Давид смотрит на свою команду. Встреча ещё не закончилась, и он должен быть рядом с ними. Но мне совсем не обязательно там быть, ведь я не часть его команды.

— Я не хочу видеть тебя рядом с Савельевым, — бросает Давид, прежде чем уйти.

Что с ним?

Так остро чувствует конкуренцию?

Или просто напоминает мне, кто здесь главный?

Недоумённо покачав головой ему вслед, ищу глазами брата. Не нахожу.

Чёрт!

Быстро иду к выходу. Возможно, Макс не выходил на улицу, а всего лишь пошёл в туалет. Но моё сердце почти никогда меня не обманывает, и я всегда чётко знаю, где брат находится.

Выбегаю на улицу. Меня окутывает ночной прохладой сентября. Торопливо шагая по тротуару, сворачиваю за угол ресторана. Макса вижу сразу.

Подперев стену спиной, он выпускает изо рта облако дыма. Улавливаю запах травки. Увидев меня, брат тут же швыряет окурок на землю и растирает подошвой массивного ботинка.

— Господи, Лиза! От тебя нереально спрятаться! — он говорит это с укором и некоторой неловкостью одновременно.

Я дёргаю его за рукав куртки. Потом ещё раз.

— Ты в своём уме?! — шиплю на брата, глядя на него снизу вверх.

Макс почти на две головы выше меня. Вырос таким огромным, но мозгов совсем не нажил. Ему двадцать один год, а он ведёт себя как инфантильная малолетка.

Сейчас он под кайфом!

Лишь благодаря Давиду братец получил место в команде. И с лёгкостью может его потерять, если попадётся на употреблении наркотиков. И тогда всё! Его жизнь будет разрушена. И моя тоже!

— Да ладно тебе! Я просто балуюсь, — отмахивается Максим, обходя меня. — Пошли, пожрём чего-нибудь, на столах столько всякой вкусной дряни.

Обомлев, я потрясённо смотрю на него. На то, как он спокойно уходит.

Ему плевать на всех и всё. Когда он таким стал? Когда я потеряла над ним контроль?

Ответ лежит на поверхности. На самом деле я никогда не контролировала его жизнь. Скорее, это он контролировал мою. Ведь моя жизнь крутилась вокруг него.

Уже практически входя в двери ресторана, краем глаза замечаю припаркованную Ямаху. Она, и правда, стоит прямо напротив входа, в то время как остальные мотоциклы и машины находятся немного левее, на специальной парковке.

Это ЕГО байк, я уверена.

Ноги сами несут меня к вызывающе красному мотоциклу.

Я просто посмотрю, и всё.

Не сказать, что я сильно разбираюсь в мотогонках, но, благодаря брату и Давиду, всё-таки слежу за новостями в этом виде спорта.

Кирилла я не раз видела по телевизору. Правда, на другом мотоцикле. А ещё он звезда рекламы. «Мобил», «Шелл», «Спарко»... И множество брендов, представляющих экипировку мотогонщиков.

Он добился многого. В то время как я стала полнейшей неудачницей.

Рука уже тянется дотронуться до руля, как позади меня кто-то прокашливается. Замираю. Мои пальцы так и не касаются байка.

Немного повернув голову вправо, вижу, что совсем рядом стоит Кирилл. Буквально в трёх шагах. Но он очень быстро сокращает это расстояние и прижимается к моей спине.

Из лёгких вырывается тихий всхлип, который он вряд ли слышит.

— Я знал, что ты передумаешь, — шепчет Кирилл, зарываясь носом в мои волосы.

С шумом втягивает носом их аромат, и по моему позвоночнику пробегает волна мурашек. Обнимает, положив ладонь на мой живот. И тут же рывком прижимает к себе ещё плотнее. Ягодицами я чувствую его возбуждение.

Но ведь это именно то, что он хотел мне показать, верно? То, как он хочет меня!

Мне надо бежать отсюда...

— Это твой байк? — произношу я, облизав пересохшие губы.

— Да, — хрипит Кирилл, вновь врезаясь в меня пахом.

Господи Боже!..

— У Давида Кавасаки, — бросаю как можно небрежнее. — А это всего лишь Ямаха.

Отпрянув, Кирилл разворачивает меня лицом к себе. Хватает за подбородок двумя пальцами, заставляя задрать голову, и склоняется к моему лицу.

— В гонках я участвую на Дукати, — цедит он сквозь зубы. — И твой жених уже через неделю узнает, какое редкостное дерьмо его Кава.

Мои губы растягиваются в улыбке. Страх перед Кириллом Савельевым и жажда видеть его взбешённым сливаются во мне воедино, заставляя поддеть его.

— Да, конечно. Кто бы сомневался...

Он грозно рычит, и теперь его лицо ещё ближе к моему. Губы напротив губ. Я судорожно втягиваю аромат его парфюма и сигарет. У меня кружится голова, но я всё равно смотрю на Кирилла с вызовом.

— Я могу выиграть не только гонку, — цедит он сквозь зубы. — Я могу выиграть у Давида и чёртов Кавасаки. И тебя!

Да, только Давид вряд ли на это пойдёт, ведь он всегда играет по правилам. Чертовски прагматичен. Давид не станет участвовать в нелегальных заездах, лишь бы потешить самолюбие Кирилла.

— Меня? — вскидываю брови. — Я не мотоцикл, чтобы меня выигрывать!

С минуту он смотрит на меня непроницаемыми глазами. Его губы всё ещё прямо напротив моих губ, очень близко. Шарит взглядом по лицу. Потом отпускает мой подбородок и отшатывается.

— Мы знакомы? — его тон меняется, становится встревоженным.

Чёрт!

— Нет.

Кирилл недоумённо качает головой.

— Странно...

Распахнув свою кожанку, потирает рёбра. Делает это машинально.

— Мне пора, я должна вернуться к Давиду, — опускаю взгляд на свои туфли.

Готова смотреть куда угодно, лишь бы не в эти пронзительные синие глаза.

— Да ладно, не убегай от меня, — Кирилл ловит мою руку, переплетает наши пальцы. — Давай сбежим прямо сейчас. Обещаю, ты не пожалеешь о проведённой ночи.

О нет, об этом пожалеешь ты!

Но вслух я говорю совсем другое:

— Прости, возможно, ты неправильно меня понял. Я лишь хотела быть дружелюбной.

Да уж, конечно...

— Ты можешь и дальше быть дружелюбной, — говорит он с дерзкой улыбкой.

Подносит мою руку к своим губам и невесомо целует тыльную сторону ладони. И костяшки пальцев.

Всё внутри меня замирает. И умирает. Потому что вот это вот всё — самый сексуальный парень, какого я когда-либо встречала, с ростом около метра девяносто, синими глазами, белоснежной улыбкой, чувственными губами и телом греческого бога — мне никогда не достанется.

Я выдёргиваю руку, начинаю пятиться. Прислонившись к своему байку и немного наклонив голову, Кирилл искушающе смотрит на меня. Как котяра, который решил немного поиграть с глупой несговорчивой мышкой.

Как я могла это допустить, чёрт возьми?