Искривления времени - Алекс Кунст

– Русские в Марцане!!!

– Да. Я знаю, – спокойно ответил фюреру рисующий мальчик, не отрываясь от своего листа и удобно расположившись за столом прямо напротив Гитлера.

– Ты уже об этом знаешь?! Откуда?! – Гитлер взглянул на мальчика с еще большим интересом и подумал: «Какой информированный молодой человек посетил меня сегодня! Может, этот мальчик – знак свыше и я должен прислушаться к его высказываниям?!» Поэтому Гитлер внешне довольно спокойно повторил свой вопрос, хотя заранее боялся любого ответа:

– Откуда ты знаешь, мальчик, что в деревне Марцан русские?!

Мальчик, лишь на мгновение подняв глаза на фюрера, и продолжая рисовать, ответил:

– Бабушка мне звонила и сказала, что русских в Марцане становится все больше и она уже устала пить с ними водку.

– Она звонила тебе во время занятий, мальчик?! – осторожно уточнил фюрер, не веря своим ушам.

– Нет, конечно! Во время занятий никому не разрешается телефонировать. Она позвонила мне как только уроки закончились.

«Какой удивительный ребенок! В такое время он чуть не отказался от торта, ходит в школу и даже имеет возможность общаться по телефону с бабушкой, живущей в пригороде Берлина! Чей же это ребенок?!!!» – пытался понять Гитлер.

(Бывшая пригородная деревня Марцан, через которую русские танки вошли в столицу нацистской Германии в апреле 1945 года, в наше время – один из районов Берлина, в котором проживают десятки тысяч русскоязычных выходцев из бывших республик Советского Союза, которых коренное население называет русскими – прим. авторов).

А вслух фюрер немецкой нации произнес следующее:

– Я понял, мальчик, что ты не любишь сладкое.

– Вы правильно поняли меня.

– А что же ты любишь кушать? И обедал ли ты сегодня?

– Да, я очень хорошо пообедал! На обед у нас в школьной столовой были стэйки из свинины и я наелся до отвала!

– Ты сказал «стэйки», а не жаренная свинина?! Почему ты говоришь по-английски об этой еде? Кто тебя этому научил?!

– Шеф-повар нашей школьной столовой господин Бинтер всегда говорит про мясо так – «стэйки»…

– Но почему Ваш шеф-повар так говорит?!

– Я не понимаю Вас, извините.

«Как странно говорит этот вежливый и разумный мальчик! – подумал Гитлер, – За все время нашего разговора он ни разу не назвал меня фюрером! Такое ощущение, что он просто не знаком с этикой и традициями нашего нацистского государства! Надо, кстати, спросить шефа гестапо Мюллера, знает ли он, что повар школьной столовой в центре Берлина позволяет себе называть еду по-английски, да еще этому учит детей?!» Он пометил карандашом на своем настольном календаре: «Господин Бинтер, стэйки в школе…», и, подчеркнув двоажды слово «Стэйки», спросил мальчика:

– Скажи, мальчик, а как называется твоя школа и по какому адресу она расположена?

– Начальная школа у Бранденбургских ворот по адресу Вильгельмштрассе, 52.

– Разве там есть школа? Помнится там было здание министерства, которое сильно разбомбили эти английские свиньи!

– Простите, я не понял про свиней… Но министерство поблизости с моей школой действительно есть.

– Министерство авиации, надеюсь? – с надеждой спросил Гитлер.

– Нет. Рядом с моей школой – буквально дом к дому- расположено министерство продовольствия и питания. А министерство военной авиации было там раньше, во время Второй Мировой Войны. Я даже знаю, что командовал этим министерством такой то-о-лстый дяденька по фамилии Геринг и что был он рейхсмаршалом.

«Почему был?! Ах, да! Я же сам недавно лишил Геринга всех чинов и запретил выезжать на линию фронта, чтобы он не сеял там панику!!!»– подумал про себя Гитлер, спросив вслух:

– Откуда ты знаешь про Германа Геринга?!

– Что именно я знаю про него?! – переспросил мальчик.

– Откуда ты знаешь, что он был в недавнем прошлом рейхсмаршалом авиации?

– Я видел имя и звание господина Германа Геринга на табличке, рассказывающей об истории улицы, на которой стоит наша школа, – ответил ребенок.

«Я кажется что-то упустил за всей этой суетой! – ужаснулся Гитлер, – Настоящие борцы, как я только что узнал, не опускают руки даже в осажденном русскими городе! Они работают и борются, они воспитывают население и, самое главное, они воспитывают детей! Интересно, чья это инициатива – ставить таблички возле места работы выдающихся деятелей нацистской партии?! Этих людей надо поощрять!» – подумал восхищенно Гитлер, и тихо задал вслух вопрос, который давно его волновал:

– Где ты родился, мальчик?

– В Берлине. Я – берлинец, – с гордостью ответил мальчик.

«В самом деле, – подумал Гитлер, – В отличие от меня, так и не сумевшего отучиться от венского диалекта, этот мальчик говорит на настоящем берлинском диалекте! Удивительный, высокообразованный ребенок! Настоящий берлинец!»

– Как тебя зовут, мальчик?

– Иван.

– Ты шутишь, мальчик?! – почти в полуобморочном состоянии спросил Гитлер и потерял сознание, видимо, не выдержав такого нервного напряжения.

А Иван просто прикрыл на мгновение глаза и, открыв их, опять оказался в школьном дворе. Он взглянул на свои часы. Они показывали по-прежнему 14 часов, 14 минут и 14 секунд. Пятница. Солнечно. Берлин. 21-й век.

УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ ГУМБОЛЬДТА

Германия, Берлин

Наши дни

Эти две истории, с которых все когда-то начиналось в его детстве, возможно так и остались бы в детских воспоминаниях Ивана Павлова, никогда не удивлявшегося своей неограниченной фантазии. Но однажды в пятницу, кстати, очень солнечную, когда до закрытия студенческой столовой оставалась почти ровно одна минута – то есть на часах было 14:14:14 – студент-историк Иван, улыбнувшись, подумал «Хорошо бы в такой солнечный день увидеться с Михаилом Горбачевым или с Юрием Гагариным…» Просто подумал. Эти личности, оставившие неизгладимый след в истории, всегда интересовали Ивана. Один – за то, что, как все говорят, разрушил Берлинскую стену, другой – за то, что, как всем известно, первым из жителей планеты Земля, полетел в космос и, самое главное, вернулся оттуда живым. «Вряд ли я успею дойти до Вильгельмштрассе, ведь именно там все ЭТО происходило со мной в детстве по пятницам в солнечную погоду…»

ИСТОРИЯ ТРЕТЬЯ

ГАГАРИН ИЛИ ГОРБАЧЕВ?!

Великобритания, Лондон, годы 1961 и 1989

В этот момент голова у Ивана немного закружилась, в глазах немного помутнело, а через мгновение резкость зрения восстановилась и Иван увидел себя на улице Лондона в толпе людей, восторженно приветствующих, идущего прямо на них Горбачева. Лидер СССР шел даже не на толпу, а прямо на Ивана. Иван попробовал поморгать глазами и даже ущипнул себя за руку. Не помогло. Михаил Горбачев приближался к нему неумолимо и, как это у Горбачева было принято, уверенно и целеустремленно.

– Привет! – сказал по-русски Горбачев, обращаясь к Ивану и людям стоящим рядом.

– Привет! – ответил также по-русски Иван, и подумал: «Значит, место стояния перед путешествием во времени не так уж и важно».

– Ты знаешь русский? – спросил его Горбачев.

– Да, знаю, – ответил Иван.

– Молодец! – улыбнулся Горбачев, своей известной всему миру улыбкой.

– Да, я тоже знаю, что я – молодец, – улыбнулся в ответ Иван.

В этот момент охрана оттеснила Горбачева от Ивана, хотя они с Горбачевым явно еще не закончили разговор. Иван почувствовал, что голова его опять немного закружилась и на месте Горбачева оказался Юрий Гагарин, одетый, как на всех фото после космического полета, в форму офицера советских ВВС.

«Ну и дела?!» – удивился Иван, а вслух сказал, обращаясь к Гагарину:

– Гагарин, я Вас знаю!

– Я тоже Вас знаю, Юрий! – произнес, опять вернувшийся к ним в окружении охраны, Горбачев, – Думаю, надо вернуться, ведь этот парень, и правда, похож на Гагарина…

– А я Вас, извините, не припомню, – ответил слегка смущено Гагарин, обращаясь к Горбачеву.

– Понятное дело? Вы – герой другой эпохи! – сказал Иван, обращаясь к Гагарину.

Гагарин с Горбачевым, переглянувшись, улыбнулись и посмотрели на парня из толпы, произносящего столь странные фразы. И только тут Иван понял, что он теперь не мальчик, он – взрослый человек, двадцать трех лет, студент и… вероятно, опять путешественник во времени. «Все это началось опять! Надо проснуться! Надо проснуться! «– дважды повторил про себя Иван, но сон не прекращался. Тогда он предпринял, на его взгляд, простую, но абсолютно эффективную попытку, прекратить этот сон. Он сел на асфальт и закрыл глаза. Ивана сразу же окружила полиция и охрана в штатском, все суетились и о чем – то его спрашивали по-английски и по-русски… А Горбачев и Гагарин уходили вдаль по улице… Причем, они уходили от него в разные стороны! И вскоре оба они… совсем растворились, как в туманной дымке. Затем растворились полицейские и охрана в штатском, исчез пейзаж Лондона…