Во мраке бытия - Рон Хаббард

Планета Земля, подобно множеству других планет, числилась в Графике Вторжения. Однако освоение ее не планировалось по крайней мере на ближайшие сто лет, поэтому и не было никакой срочности, а тем более острой необходимости направлять туда разведывательную экспедицию. (Разведчики по-прежнему используются

для подобных целей, поскольку остальные средства, как, например, разведывательные спутники, закамуфлированные под кометы, хотя и хороши для беглого осмотра систем, однако не способны отбирать

пробы воздуха, почвы, воды и прочего на какой-то отдельно взятой планете.)

Вот так Джеттеро Хеллер и появился на моем жизненном пути. Именно Хеллер возглавлял специальную экспедицию на Землю. Они проникли туда, собрали нужную информацию и, оставаясь незамеченными, улетели. Но даже если бы их и заметили, это не породило бы сколько-нибудь сложных проблем. Правительства Земли весьма упорно отрицают существование внеземных пришельцев, давая сумбурные разъяснения нередких свидетельств и продолжая все доступные им материалы хранить в тайне. (Любой, кто

представляет угрозу разоблачения, направляется для обследования и установления диагноза к психиатру — специалисту той отрасли знания, которая только для того и создана и поддерживается правительствами на Земле, чтобы держать в узде подонков.)

По возвращении на Волтар Хеллер представил свой отчет. Вот тут-то и грянул гром.

Моей задачей в качестве начальника 451-го отдела являлось обеспечение изменения всех подобных докладов таким образом, чтобы не привлекать внимания к Блито-ПЗ. Делалось так потому, что на планете этой, в стране, которая на местном языке называлась Турцией, находилась секретная база Аппарата. Но доклад Хеллера попал в руки Великого Совета в обход моего отдела. То, что Хеллеру удалось обнаружить там, вызвало серьезную тревогу: земляне настолько засорили окружающую среду своей планеты и продолжали делать это в столь угрожающем темпе, что ситуация могла обернуться полным разрушением планеты задолго до вторжения, срок которого по Графику был отнесен к весьма отдаленному будущему. Это означало, что Великому Совету пришлось бы отдать приказ об упреждающем ударе, что считалось весьма нежелательной мерой, учитывая огромные финансовые и материальные затраты, неизбежные в таком случае.

Но мера эта была еще более нежелательной для моего непосредственного начальника Ломбара Хисста. Сосредоточив в своих руках всю власть над Аппаратом, он был тем не менее весьма недоволен

своим положением. Он стремился к захвату власти на всем Волтаре, причем ключевая роль в его планах осуществления этой задачи отводилась базе в Турции. В случае же неизбежного упреждающего удара база эта сама оказывалась под угрозой, поэтому-то и требовалось предпринять какие-то срочные неординарные меры.

Именно так и возникла у Ломбара идея, которая воплотилась в план, названный позже «Миссия „Земля“». Ему удалось убедить Совет, что, вместо того чтобы осуществлять полномасштабное вторжение, можно ограничиться внедрением на планету одного-единственного агента, который ознакомил бы обитателей ее с новыми технологиями, позволяющими обуздать процесс загрязнения планеты. План этот был прост и не требовал больших затрат. Великий Совет одобрил его, и я считал, что вопрос решен. Но тут Хисст сообщил мне первые неприятные новости. Оказалось, что он планирует отправить туда Хеллера, который в качестве офицера Флота Его Величества являл собой живое воплощение всего того, что было так ненавистно нам, сотрудникам Аппарата: честности, чистоты, дисциплинированности. Второй дурной новостью было то, что на меня возлагалась обязанность сорвать эту миссию Хеллера. Мы проинструктировали Хеллера в Замке Мрака — угрюмой горной крепости, которой Аппарат тайно владел в Великой пустыне на протяжении последней тысячи лет. Там же Хеллер, к моему величайшему сожалению, встретился с графиней Крэк.

Я никак не мог понять, с чего он вообще заинтересовался ею. Да, это была высокая и красивая женщина, уроженка его родной планеты — Манко. Но она была преступницей, совершенно официально осужденной за убийства.

Они буквально сводили меня с ума. Я пытался подготовить Хеллера к выполнению возложенной на него миссии, а он действовал как влюбленный щенок, осыпая графиню подарками, воркуя с ней над баллончиками с шипучкой и всевозможными лакомствами. Они могли часами пересказывать друг другу глупую сказочку, основанную на народной легенде № 894-М, о том, как принц Каукалси улетел некогда с Манко и основал колонию на Земле, на острове, названном им Атлантида. Только это их, казалось, и занимало. Я просто не мог выносить всего этого.

Потом, когда Хеллер решил наконец выбрать себе подходящее судно для прлета на Землю, он не удовольствовался обычным кораблем, способным без каких-либо осложнений проделать расстояние в двадцать два с половиной световых года за общепринятое время в шесть с половиной недель. Нет, такое путешествие не для Хеллера! Для этой цели он выбрал «Буксир-один». Оснащенный опаснейшим движителем, работающим по системе «будет-было», корабль этот был способен проделать путь до Земли за период, чуть

превышающий трое суток. Что, по словам Хеллера, давало ему время для более тщательной подготовки миссии.

Правда, это же обстоятельство дало и мне время на подготовку. На меня возлагалась обязанность постоянно следить за его действиями на Земле, а поскольку мне предстояло пребывать в основном на нашей базе, расположенной в Турции, тогда как местом его дислокации должны были стать Соединенные Штаты, задание мое представлялось трудновыполнимым. Решить эту проблему можно было, только вживив в него микроскопические датчики, соединенные с его слуховыми и зрительными нервами, что и было проделано с помощью хирургической операции. Таким образом я получил возможность фиксировать на экране или на пленке через систему приемно-передающих устройств все, что Хеллер видел или слышал. А с помощью ретранслятора 831 я мог следить за моим подопечным, находясь в десятке тысяч миль от него.

То, как мне удалось спланировать похищение этих приборов и организовать вживление их в организм Хеллера без его ведома, было на грани гениальности. Приборы работали просто великолепно.

Я мог совершенно свободно видеть и слышать все, что делал Хеллер, тогда как сам он не имел ни малейшего представления о том, что за ним кто-то следит, видя окружающее его глазами и слыша его ушами. Это еще раз свидетельствует о том, каким дилетантом оставался этот хваленый Хеллер, а я был настоящим мастером своего дела.

В помощь мне Ломбар Хисст придал Рата и Терба, двух агентов Аппарата, действовавших на Земле. Их задачей было облегчить мне осуществление плана, по которому миссия, возложенная на Хеллера, должна была закончиться полным и быстрым провалом. Ломбар задумал снабдить Хеллера подложными документами, выписанными на имя сына самого могущественного человека Земли — Делберта Джона Роксентера. Хитрость заключалась в том, что у Роксентера никогда не было отпрыска с таким именем, а самого магната на этой планете знал и боялся буквально каждый, поэтому стоило только Хеллеру попытаться воспользоваться его именем, как его тут же постигла бы неминуемая и жестокая расплата.

И вот наконец «Буксир-один» снарядили и подготовили к старту. Я, естественно, ожидал, что это будет очень тихий и тайный отлет, как это и положено при выполнении секретной миссии, организованной по прямому приказу Великого Совета. Однако, случайно выглянув из люка корабля, я обнаружил нечто невообразимое.

На территорию ангара, где готовился к отлету наш корабль, со всех сторон потоком стекались люди. Бригады монтажников собирали переносные эстрады, бары, танцевальные площадки. А колонны грузовиков привозили все новые и новые припасы продовольствия и спиртных напитков. Из автобусов выгружались целые танцевальные коллективы и оркестры! Хеллер устраивал прощальную пирушку. Вот тогда мне и попался на глаза флакончик фирмы ИГ Барбен, и я позволил себе принять таблетку того вещества, которое на Земле называют наркотой.

И совершенно внезапно все стало выглядеть просто замечательно.

Мне было абсолютно наплевать на тысячи собравшихся здесь людей, на полдюжины оркестров или на каких-то там танцующих медведей. Я даже решил, что все это очень кстати — фейерверки, разукрасившие небо на высоту двадцати миль, и двести пятьдесят истребителей, которые заполонили все небо. Более того — я был рад тому, что хоумвизионщики снуют внизу, снимая на пленку наш столь праздничный и шумный тайный вылет, которий потом будут демонстрировать миллиардам зрителей по всей Конфедерации.

Не чувствуя и тени тревоги, напротив — с самым настоящим удовлетворением — наблюдал я красочные сцены кулачной схватки, переросшей во всеобщую свалку. В воздух летели пирожные, печенье, баллончики из-под выпивки. Гонги, сирены, звуковые сигналы десятков самых различных судов, аэромобилей и грузовиков смешивались с воплями, ругательствами, проклятиями и немыслимым ревом (ревели дрессированные медведи), а на этом фоне два хора, каждый по пятидесяти человек, дружно исполняли «Улетаем в космос».