Живой дневник - Виктория Лик

Ну да ладно, чего гадать «Любит – не любит» Жить надо – как Я хочу. Про «хочу» я напишу позднее. Сейчас вернемся к плану.

1. Написать книгу для дочери. Что бы у нее была поддержка в трудные моменты.

2. Встретится со всеми друзьями, поговорить, полюбить…

3. Заработать немного денег. Хотелось бы много, тысяч так 500, евро конечно. Квартирку дочке купить, машину себе – накататься вволю. Потратить на подарки: маме, мужу, друзьям. Да еще в Париж надо съездить и в Мадрид на корриду. Мечты детства!

4. В Париж!

5. Вот и кончились желания…. Грустно как-то. Можно позволить себе все, а ничего не хочется.

6. Ноутбук надо купить. Потом, когда не смогу вставать – буду в инете ползать и писать всякие рассказы и записки родным.

29 сентября

В принципе ничего в моей жизни не изменилось. Подумаешь, что-то там выросло не мое. Не болит, жить не мешает. Скоро удалят и все. Так что не стоит суетиться, менять что-то. Жить надо дальше. Работать. Мужа любить. Дочку на выходные ждать. Кстати, надо ей на этот раз беляши нажарить. Давно уже ничего не стряпала. Да и с мужем стоит поговорить. Попробовать с ним жить по-настоящему. А то вроде бы муж, и не муж. Живем вместе по-инерции, по привычке. А надо ли ему это? А мне? Мне – надо. Только сейчас поняла: он мне нужен. Я так привыкла к нему, что не могу представить себе жизни без него. Я – эгоистка. Знаю. Но боюсь спросить его о том, как он ко мне относится. А вдруг скажет: прости, но я давно люблю другую. А с тобой живу по привычке. Странно получается: мне по привычке жить можно, а ему – нельзя. Боюсь ему сказать про себя. Привычка вещь такая: сегодня есть, а завтра – новая привычка. А кому нужна больная женщина? Кто добровольно будет ухаживать, оберегать, поддерживать? Что-то я сомневаюсь в своем муже…

1 октября

Вчера ко мне на работе пришла женщина, скорее бабушка, но такая энергичная, с жалобой на дворника. (Я веду рубрику «Социальная защита» и разбираюсь с жалобами разных недовольных граждан нашего города). Мол, тот плохо убирает улицу. Я ее слушала и удивлялась ей: вместо того чтобы самой поговорить с дворником или обратиться в домоуправление, она пришла в газету. Решила опозорить нерадивого человека. Повеяло коммунизмом вместе с социализмом 50-х годов. Ей пора готовиться к жизни в другом мире, учиться прощать, а она все карать мечтает. Я отказалась печатать ее материал, она пригрозила мне высшими органами, администрацией и заодно компартией. А мне по барабану все ее угрозы. Отправила ее к главному, пусть развлекаются. Он у нас шутник. Через 20 минут бабулька выпорхнула удовлетворенной. Бросив победный взгляд в мою сторону, она величаво удалилась.

Я не удержалась и зашла к главному:

– Что ты ей сказал? Бабулька помолодела и в ангела превратилась.

– Ничего особенного, просто сказал, что с ее красотой и энергией грех на дворников жаловаться, пора повыше глянуть. И все…

– Ну, хватить врать-то. Вы 20 минут тут ворковали, – любопытство не давало покоя.

– Просто дал ей выговориться, вспомнили молодость, и напоследок сказал ей, что я тебя уволю.

– Ну ты и гад, – сделав обиженный вид, ответила я. «А почему бы действительно не уволится и не тратить последние дни на всякую ерунду в виде этих „ангелоподобных“ бабулек» – мысль ворвалась так спонтанно, что я вздрогнула.

– Слушай, Петрович, а может мне и вправду уволится, а?

– Ну что ты говоришь? А кто вместо тебя работать будет? Ты же незаменимая. Тебя все бабульки боготворят.

– Больше не будут, – буркнула себе под нос я, и пошла писать заявление об уходе.

Так я освободилась от работы. Я еще не знала, что буду делать со свободным временем, но тратить последние дни на жизнь других я уже точно не хотела. «Я подумаю об этом завтра» – мой любимый девиз, но в данной ситуации он устарел. Надо новый подыскать.

Но и об этом я подумаю завтра.

10 октября

Первые дни наслаждалась свободой: спала до полудня, набрала кучу книг – читать. Пересмотрела кучу интересных фильмов, до которых руки не доходили. Поболтала со всеми давно забытыми подругами по телефону. Побегала по магазинам, купила себе потрясающий свитерок, такой мягкий и уютный абрикосового цвета. Когда его надеваешь, жизнь кажется теплее.

А потом стало так тоскливо. Я думала, что смогу заполнить свою жизнь, сделать ее насыщенной и веселой. А оказалось, что без работы мне просто-напросто хреново, да простит меня Бог за грубость. Не хватает Ритки с ее сочувствием, не хватает еженедельного аврала и ругани главного. Не хватает моих бабулек с их надуманными проблемами и занудными разговорами. Быть только с самой собой так сложно. Я никогда не думала, что бывает так тоскливо от того, что тебе не нужно подскакивать утром и сломя голову бежать на работу. Что всю работу по дому можно переделать за неделю. И что остается: валяться на диване и читать, не читая. Ждать, когда твой нелюбимый, но родной муж придет с работы. Разогревать ему ужин, слушать о его насыщенном заботами дне, и тихо скуля про себя, завидовать ему. Его проблемам, его усталости. А может, если бы я его любила, все было бы иначе? Не знаю. Не уверена. И что есть любовь? Ладно, о любви – не сейчас.

От безделья навалилась бессонница. И, лежа в кровати с закрытыми глазами, я разыгрывала различные сценарии развития событий. В этих полуснах я всегда добивалась чего-то такого большого. Я становилась знаменитой, про меня снимали документальное кино, приглашали на передачи. Я была любима и счастлива. И мне совсем не хотелось прерывать поток мыслей, и я засыпала, убаюканная славой и собственной значимостью в этом мире. Утром я долго не могла вернуться в реальность, в неизбежность и обреченность. Что я жду? Что кто-то большой и сильный придет и все за меня сделает? Протянет руку и скажет «Пойдем со мной, я покажу тебе мир и научу радоваться каждому мгновению жизни»? Глупо, это так глупо.

Как легко думать и фантазировать, как легко радоваться придуманным радостям, и любить придуманных мужчин. Реальность гораздо жестче, примитивнее. В реальности надо все делать самой, и учиться, и наслаждаться, и искать источники радости – все самой. И рассчитывать я могу только на себя. Ни подруги, ни любовники, ни муж, никто не сможет дать мне то ощущение счастья, к которому я стремлюсь всей душой всю свою сознательную жизнь. Я учила дочку радоваться каждому лучику утреннего солнца, запаху первого снега, летней грозе, нарождающейся луне. Но как так получилось, что я умерла задолго до того, как посетила врача? Умерли желания, умерли эмоции. Я просто труп. Вот, опять мысли неизбежно возвращаются к болезни и бегают по кругу.

«Пони бегает по кругу…» – вспомнилась детская песенка. Не помню как там дальше. И я, как то пони, все бегаю по кругу, все пытаюсь вырваться за пределы своей маленькой и убогой жизни, но мне так страшно. Я не смогу это сделать сама. Мне страшно… Мне очень страшно и продолжать так жить, и умирать, и что-то менять.

12 октября

Вот я и решилась и сказала мужу о предполагаемом диагнозе. О прогнозе и дальнейшей жизни. И к чему это привело? Мы поругались. Мне так хочется его сочувствия. Я так хотела, чтобы он пожалел меня, взял на руки и просто покачал. Рассказал какую-нибудь глупость. Как ребенка погладил по голове, и сказал: «Я буду рядом, мы справимся…» А он все твердил «Надо быть сильной, надо быть сильной» Ну почему так происходит: мы ждем от человека одной реакции на свои слова, а получаем совсем другое. И как достучаться, как? Прямо сказать: я хочу того-то и того-то? Но это будет не искренне с его стороны. Как это больно: просит о помощи и не получить ее. Просить о сочувствии, а получить дурацкие советы. Как это больно… И что в итоге? А в итоге послала его подальше. И зачем он нужен? Если даже пожалеть не может. Вот такая жизнь жестокая: проживешь с человеком столько лет, ожидаешь от него поддержки, а получаешь хрен с колбаской.

Как давно наши отношения стали такими холодными? Почему я этого не заметила? Мы женщины почти всегда слепы, когда наш муж убегает от нас к другой. Я точно знала о существовании у него другой женщины. Но мне было всегда удобно верить его словам о любви ко мне. Он всегда так красиво говорил. Все друзья и знакомые даже предположить не могли, что у него есть другая. И, что самое удивительное, зная о другой, я ничего не предпринимала. Я надела розовые очки и никому не позволяла их снять. Мне так было удобно. Иллюзия семьи. Иллюзия счастья. Зачем? Ради чего мы так жили столько лет? Он жил со мной, любя другую, я жила с ним, любя другого. И вот финал. И я сижу у разбитого корыта: ни мужа, ни любимого. И зачем он рядом? Ушел бы уж, не портил мне остаток жизни… Я знаю, что сама я вряд ли решусь на этот шаг. Уйти? Куда? Я рассматривала наши общие фотографии и все пыталась понять, когда же это произошло. Вот мы в студенчестве, вот наша свадьба. Вот родилась дочь. А это мы этим летом в Турции. И он так смотрит на меня, такими восторженными глазами. Где и когда его любовь испарилась? И осталась ли хоть капля любви, кроме привязанности, привычки, и банального нежелания что-то менять? А я? Что же со мной? Я же вышла за него по любви. Когда впервые я посмотрела на него без восторга? Не тогда ли когда узнала о существовании другой и сделала самую большую глупость в своей жизни? Закрыла глаза. Перестала бороться и говорить ему о своей любви. Отвернулась от него, и стала искать любовника в отместку? Не тогда ли умерли мои чувства, умерли мои эмоции? Не хочу сейчас об этом. Мне до сих пор больно и обидно. Потом, об этом потом.