Право на выбор (СИ) - Инна Георгиева

- Мои глаза! – резко отвернулась Мерси, прижимая ладони к векам.

- Прости, госпожа, к этому действительно нужно привыкнуть.

- Сварочный щиток нужно прикупить, а не привыкать, - огрызнулась девушка. Служанка тактично хмыкнула в ответ, но признаваться, что такая мысль иногда приходила и к ней в голову, не захотела. Опустив глаза в пол, она аккуратно обхватила Мерси за плечи и провела по мраморной лестнице на второй этаж. Только там рыжая осмелилась опустить руки. Да так и замерла с открытым ртом, глядя на открывшуюся картину.

- Как ты находишь свои покои, госпожа? – поинтересовалась Ниаза парой минут спустя, когда сообразила, что рыжую пора выводить из ступора. Мерси вздрогнула, перевела взгляд на служанку и поинтересовалась:

- А где остальные?

- Комнаты? – не поняла женщина. – Слуги? Одежды?

- Жёны, - пояснила Мерси. Ниаза хлопнула ресничками:

- Кто?

- Ну, остальные жены великого эмира, - попыталась объяснить рыжая. – Те, с которыми я должна буду делить эти апартаменты.

И здесь, надо признать, Мерси не преувеличила: покои поражали масштабом и роскошью. Это была одна комната размера «стандартный аэродром», секции которой разделялись полупрозрачными тканями, подвешенными к потолку. У дальней стены располагался бассейн с фонтанчиком под пальмой. Ближе к окну – ложе под балдахином. Низкий столик на резных ножках ломился от блюд с едой, а в самом его центре стоял высокий кальян. По всему полу в свободном порядке лежали разноцветные подушки. Там же, где их не было – стояли цветы. Зеленые стебли овивали тонкие мраморные колонны, стелились по мозаике пола, скользили по спинке софы, по арочному выходу на террасу… Мерси даже не смогла сразу определить: это был оазис в комнате, или комната в оазисе. Ее не уменьшали даже ковры, щедрой рукой дизайнера навешанные на стенах.

- Эти покои предоставлены тебе, госпожа, - ответила Ниаза. – Супруга Асмара Воинственного скончалась более десяти лет назад…

Мерси покосилась на женщину: она говорила, задумчиво сдвинув брови, словно не понимала, чего от нее хочет рыжая сирена.

«Выходит, жить я буду в гареме, но одна, - сообразила Мерси. – Интересно, это потому, что здесь вообще не принято брать в жены «оптом», или просто нынешний эмир – такой однолюб?»

- Госпожа, нам нужно поторопиться, - ступила ближе Ниаза. – Ванна наполнена, одежды готовы. Его Светлейшество велел проводить тебя к нему, как только ты будешь готова.

- Эмир не любит ждать? – понятливо улыбнулась девушка.

- Эмиру не пристало ждать, - с выражением поправила служанка.

Ванна представляла собой чугунный лепесток на золотых ножках. Небольшая, симпатичная и спрятанная за очередным пологом из ткани. Мерси задумчиво скользнула по ней взглядом: было похоже, что ее сюда притащили полчаса назад. И какое-то время спустя унесут обратно. Ничего, похожего на слив, девушка не обнаружила: только емкость с водой.

«И деваты еще удивляются, что на земле правят демоны… - вздохнула она. – А чего они ожидали, если даже в королевском дворце нет канализации? Лазурный мир застрял в прошлой эпохе…»

Но, забравшись в горячую воду, закрыв глаза и положив голову на быльце «лепестка», Мерси поняла, что все не так плохо. И еще – что пора успокоится. Потому что если она не сдержит себя и выскажет эмиру то, что думает о нем, форме его правления и о Лазури в целом, дяденька может и не простить. А ругаться с ним сегодня было бы слишком дорогим удовольствием.

«Ну, так я буду улыбаться и поддакивать, - с предвкушающей ухмылкой решила Мерси. – А когда враг расслабится, подпустит ближе, и не будет ожидать подвоха – я устрою ему большой бадабум. Надо только немножко подождать. В конце концов, не может же он быть хуже моего деда? Как-никак, феникс, почти ангел – хоть в чем-то его положительная сторона должна проявиться. И вот эту слабую точку мне как раз и предстоит найти… Господи, дед-уэ, кто бы мог подумать, что однажды я дам тебе повод мною гордиться…»

Слуг во дворце эмира было немеряно. Особенно стражников. Талантливо подражая бессловесным истуканам, они стояли у каждой двери – с гардами в руках и выражением абсолютного безразличия на лицах. Они даже смотрели четко перед собой, в одну точку. И моргали синхронно. Мерси притормозила у одной, особо колоритной пары с роскошными бородам. Действительно, каждые пять секунд: одновременный «морг». Как будто рядом притаился командир с секундомером и флажком.

Забавно, но несмотря на такую жесткую муштру никто не попытался остановить девушку при входе в «святая святых». Более того: ее даже не представили! Ниаза попросту втолкнула рыжеволосую в зал и быстренько захлопнула дверь. Мерси покосилась за спину и мысленно покрутила пальцем у виска. Вот нафига, скажите, такой штат охраны, если на критичных точках они даже наличие колюще-режущих предметов не проверяют?

«Ну, раз уже запустили, - переступила девушка с ноги на ногу, - не стоит мяться в дверях».

Тем более, что эмир ее все равно заметил. Он оторвал взгляд от пергамента, который до этого внимательно изучал, посмотрел на девушку задумчивым и немного отрешенным взглядом, словно пытался вспомнить, где он мог ее видеть, а потом расплылся в такой улыбке, что Мерси невольно почувствовала себя Санта Клаусом. Даже как-то неловко стало за отсутствие подарков.

- Мерседес Оитомэ? – подорвался на ноги владыка.

- Асмар Воинственный? – напряглась рыжеволосая. Вообще-то, она была почти уверена, что повстречалась именно с сиятельным эмиром Лазури. Во-первых, он был единственным, кто спрыгнул с трона (а то, что золотое кресло с двухметровой, усыпанной каменьями спинкой было именно троном, сомневаться не приходилось). Ну, а во-вторых, в зале было только два девата: этот мужчина и Рихард. Жениха Мерси узнала сразу: те же черные с красным отливом волосы до плеч, треугольное лицо с острым подбородком, прямой нос и яркие карие глаза. Его отец был покрупнее в кости, носил стильную бородку с усиками и завязывал волосы в хвост. Может, они и не были очень похожи, но кое-что общее сразу бросалось в глаза: взгляд, например. Холодный, пронизывающий, даже у Асмара, который сейчас очень старался выглядеть приветливо.

- Именно так, - улыбнулся он. – Я очень рад, наконец, видеть тебя. Наследница рода Окайя – почетная и долгожданная гостья в моем доме. Ты ведь не против, если я буду называть тебя именно так?

- Простите? – не поняла сирена.

- «Окайя» означает «удача». Это родовая фамилия твоей достопочтимой бабушки. Когда она спустилась на землю, то поменяла ее на «Оитомэ». Она больше подходила для той человеческой страны… Японии, верно? Но здесь тебе нет необходимости скрывать корни. «Мерседес Окайя» - прямо песня для уха, не находишь?