Атлантида. Битва Света и Тьмы - Патрисия Кори

Вы, принадлежащие Свету, вернулись, чтобы успокоить воды. Пришло ваше время, и большинство из вас знают, что вам пора начинать действовать. К сожалению, Дельфины и Большие Киты систематически истребляются, и вы не можете больше рассчитывать на их помощь. Это печальная информация, ибо без их акустической сети океанических частот вы оказались отданы на милость суровых морей Земли.

Снова, как в Атлантиде, гнев Геи обрушивается местью на вашу земную реальность, напоминая вам о том, что вмешательство людей в ее энергии перешло все мыслимые пределы. Гея снова вынуждена принимать командование на себя. Негативные вибрации человеческих злоупотреблений похожи на заражение смертельным вирусом, и, подобно человеческой авто иммунной системе, Гея, исцеляя свое эмоциональное тело, переходит к действию, чтобы побороть эту болезнь.

Это повторение истории Последнего Поколения Атлантиды будет последним конфликтом человечества в царстве материи. Вы снова обнаружите, что находитесь на разных полюсах с алхимиками — манипуляторами энергиями Земли. Так и было задумано. Силы, действовавшие в Атлантиде, были архетипическим проявлением земной полярности, и вы пришли, чтобы разрешить эти полярные противоречия в это критическое время вознесения всей Солнечной системы.

Алхимики с темными намерениями вернулись, чтобы вновь активировать электромагнитную силовую решетку, импринтируя на эфирном уровне новые средства контроля, и это было проделано с вами с помощью ваших технологий. Сейчас, как и при Последнем Поколении, люди Земли подвергаются на подсознательном уровне бомбардировке звуками, кодами и образами, электромагнитными частотами и другими инструментами контроля над умами, и если вы сбросите завесу и вспомните, то поймете, что все эти методы вам слишком хорошо известны.

Закодированные импринты тьмы хранятся в человеческой ДНК как расовая память, чтобы силы тьмы могли их снова реактивировать позднее и взять под контроль массовое сознание на всей вашей планете. Сейчас ты обязана выдвинуть эту информацию на первый план в своем сознании, поскольку ты посылаешь ее через свой сердечный центр тем, кто способен понять и преобразовать эти коды контроля в частоты света и любви.

Ты, Тридья, должна стимулировать свою память об этом действии, если собираешься помочь нейтрализовать это намерение. Твое возвращение к Великой Пирамиде дало начало инициации, которая будет завершена в подземной камере, куда ты попадешь, путешествуя в свою прошлую жизнь — в Последнее Поколение атлантов.

Тебе помогут увидеть своим внутренним взором нерассказанную историю. Ты, Хранительница Кристаллов, имела доступ к «генераторам света разума» Атлантиды. Ты познала холодные, темные тоннели и аметистовые целительные пещеры внутреннего мира Геи и грелась в солнечных лучах, отражавшихся от купола целительного храма Посейдона и великих пирамид Атлана, где все было освещено сиянием Ра, твоего Солнечного Божества.

Оглядываясь назад, я вспоминаю, что слабые проблески похороненных воспоминаний об Атлантиде начали мерцать перед моим внутренним взором в возрасте пяти лет, когда, к удивлению моей мамы, у меня весьма неожиданно развилась весьма специфическая фобия мостов. Я до сих пор живо вспоминаю ужас, который испытывала, когда моя семья ехала по мосту через гавань Сан-Франциско: пересечение Золотых Ворот всегда сопровождалось сценой сильной истерики.

Моей матери приходилось сидеть со мной на заднем сиденье, накрыв мою голову одеялом и отвлекая меня разговорами от истерики, пока мы не возвращались на твердую землю на другой стороне залива, и это продолжалось вплоть до подросткового возраста. За исключением этих необъяснимых приступов страха, я была нормальным, счастливым и уравновешенным ребенком, что делало эти срывы, связанные с мостом, ещё более загадочными.

В эти минуты я чувствовала, как меня охватывает страх, что вода захлестнет мост и утянет меня вниз на дно моря, как это случилось в прошлом… где-то в прошлом… На базовом уровне в моем детском уме хранилось воспоминание об этом прошлом. Где-то в Атлантиде. Я также часто видела сон, в котором раз за разом меня смывало волной с берега неизвестного пляжа и утягивало в море, где я отчаянно боролась под водой и, утопая, пыталась спастись из этой тьмы, будучи не в состоянии понять, где верх, а где дно. Оглядываясь назад, я понимаю, что такие сны были действительно странными для шестилетней девочки, и они довольно часто повторялись и когда я была взрослой.

Я была ребенком-экстрасенсом, и мои личные переживания и необъяснимые озарения часто бросали вызов догмам тех дней. А ведь тогда к таким вещам относились с гораздо большей осторожностью и даже враждебностью, чем сейчас. Я открыто говорила об Атлантиде, так называемой «мифической» стране Платона, зная, что мое восхищение потерянным континентом было чем-то большим, чем простое любопытство. Были вспышки воспоминаний… Картины кристаллических пещер и залитых солнцем башен вновь и вновь возвращались в мое сознание.

Атлантида. Она была частью меня, она так глубоко жила во мне, что я пронесла ее через другие жизни и принесла в тело ребенка, который плакал на мостах. И я хотела войти в более плотный контакт с этими воспоминаниями, сколько бы времени ни ушло на поиск ответов.

За год до первого ясного общения со Спикерами у меня была возможность работать с талантливым регрессионистом в прошлые жизни, жившим в Бостоне. Он помог мне совершить трехчасовое путешествие в пять различных жизней. Самой значительной из них была моя жизнь в Атлантиде, в таком же современном городе, какие у нас есть сейчас, со впечатляюще высокими, сверкающими башнями и огромными пирамидальными храмами. Когда регрессионист помог мне справиться с помехами, которые создавал постоянно отвлекавшийся ум, я вскоре обнаружила, что стою перед громадной кристаллической пирамидой, на которой не было никаких знаков и вход в которую никак не был обозначен. И все же я знала, что могу войти через внешнюю стену, просто положив свою руку на определенное место на поверхности пирамиды, потому что я принадлежала к «Жречеству». Я объяснила регрессионисту, что мы, элита Атлана, храним в своих левых ладонях секретные коды, позволяющие нам входить во все храмы и все энергетические станции Атлантиды.

В следующий момент — в мгновение ока переместившись в другие декорации — я оказалась внутри пирамиды, полностью осознавая, что стою в самом ее центре и эта стратегическая позиция важна для моего соединения с проходившими там космическими энергиями. Как учитель Тайной Мудрости, я давала инструкции двенадцати инициируемым, которые сидели ниже меня, у стены пирамиды. Эти жрецы были одеты в простые рясы цвета индиго, по крою похожие на рясы монахов-бенедиктинцев, но сшитые из сверкающей, переливающейся ткани, которая накапливала свет и теперь слегка светилась в темноте. В нашем современном мире нет ничего похожего на этот материал. Возможно, именно это объясняет, почему я вернулась, чтобы посмотреть именно данный фрагмент своей подсознательной памяти.

Когда мне помогли рассмотреть эту сцену ближе, я поняла, что я не только давала наставления, но и получала некие послания. Казалось, что источник был среди жрецов, но мне было трудно его определить. Направляемая регрессионистом, я посмотрела на инициируемых и увидела, как одна женщина — светящаяся, броская фигура — встала и посмотрела пронзительным взором прямо мне в глаза. Она-то и осуществляла некую форму передачи мысли, которая лучом проникла в мое сознание как «Мудрость». Я поняла, что затем я преобразовывала этот свет в язык для жрецов, которые пришли, чтобы получить знание… поскольку, будучи новоинициированными, они все еще не были готовы к тому, чтобы получать эту частоту непосредственно из Источника.

Мне сказали, что это Катаар, наставница из другого измерения, которая сопровождала меня во всех моих воплощениях со времени моего первого появления в Атлантиде. Только через несколько лет, уже начав получать от Совета послания для книги «Космос души», я поняла нечто невероятное: я не просто была в прямом контакте с сирианцами; эта сияющая сущность из Высшего Совета, Катаар, служила личной наставницей в моих миссиях в мире Земли.

Следуя наставлению регрессиониста еще внимательнее рассмотреть открывшуюся мне сцену, я наблюдала, как в пирамиде происходит обмен энергией, который выглядел как движение между нами треугольного образования из бело-золотого света. Катаар, инициирующая, посылала «космическую мудрость» по лучам концентрированного лазерного света; я, передающая, декодировала частоты и посылала их жрецам с помощью речи; они, принимающие, телепатически посылали ей свою признательность, замыкая круг.