Право выбирать - Мирослава Кащей

— Я желаю знать, кто вы и к чему этот спектакль? — теперь голос источал лед, а тон стал дерзким и в тоже время высокомерным…

— Я королева. — заявила женщина. Советница надменно улыбнулась, демонстративно глядя на разорванное, на колене белое платье.

— И чего вам от меня нужно, Ваше величество? — вкрадчиво спросила она, даже не пытаясь подняться, чтобы выказать свое уважение.

— Что ты натворила? Грань сместилась, мир рушится — его пожирает тьма… — сказала королева, в миг, растеряв все свое самодовольство и гонор. Сейчас она превратилась в обычную девчонку, которая натворила дел и не знает, как теперь все это разгрести.

— А теперь, я еще раз спрошу — кто ты такая? — поднявшись, ледяным тоном сказала советница.

— Светлая богиня этого мира. — рявкнула неожиданно королева. — И я же занимаю, престол королевства людей.

— И какого демона, ты в таком случае отдала приказ начать войну? — разгневанно и крайне зло спросила советница. Наигранное спокойствие королевы растаяло без следа красочным, молниеносным движением руки она бросила боевое заклинание в советницу возомнившую себе непонятно что. Убийственная волна живой смертоносной стихии в щепки разнесла толстую стену кабинета, выходящую на улицу, но когда пыль осела, выяснилось, что на беловолосой девушке нет ни царапины. Одним неуловимо быстрым движением она метнулась к богине и крепко схватив за шею с нечеловеческой легкостью подняла ее над землей… — Попробуешь еще раз — убью. — зло прошипела Катерина, в ее глазах плясало и искрилось бешенство.

— Ах, так? — зло отозвалась богиня и ударила рукой советницу по плечу, где ярким белым светом вспыхнула метка. Катерина разжала руку и схватилась за плечо, застонала сквозь зубы.

— Что ты сделала, тварь? — прошипела советница.

— Ты вернешь равновесие сил. — злорадно усмехнувшись заявила богиня, — А до тех пор не сможешь уйти или умереть. — пояснила она.

Советница подняла глаза, они горели алым светом, а на щеке пылало клеймо, выдавая крайнюю злость беловолосой советницы.

— Умри! — рявкнула она. Волосы ее стали шевелиться и трепетать, словно на ветру, а вокруг стало холодно, будто ветер подул из самого мира мертвых. Богиня испуганно вздрогнула, оглядываясь на хрупкую и в тоже время могущественную девицу. Она почувствовала неладное… Но ведь, творцов нельзя убить. Они живы пока живы их миры… Но то что творилось в полуразрушенной комнате говорило о другом.

— У тебя не выйдет! — прохрипела богиня, хватаясь руками за грудь, где болело, словно, разрывалось сердце. — Ты не посмеешь демон!!! — испуганно говорила богиня, ей казалось, что кто-то выдирает саму ее суть, ее силу.

— Я не демон, я палач. — зловеще сказала девушка, безразлично глядя, как падает на землю женщина в белом платье, — Никто не имеет права надевать на меня цепи. — голос был тих и в тоже время полон жгучей ярости…

Женщина из последних сил повернула набок голову и увидела осколок зеркала, устало усмехнулась, прикоснулась к нему подрагивающей ладонью, тело ее замерцало и втянулось в зеркальную поверхность.

— Ничего у тебя не выйдет! — сказала она, победно улыбаясь уже из поверхности большого, чудом уцелевшего зеркала, которое стояло возле стенки. — А теперь, когда ты ничего не можешь мне сделать, я поведаю тебе условия договора. Итак, я отдаю тебе в руки свой мир, делай что хочешь, но ты должна сохранить равновесие, а для этого должны умереть измененные. И еще ты не можешь использовать свои силы для их уничтожения, сделаешь все чужими ручками, потому что я не хочу, чтобы в тебя верили как в богиню, это ослабит мои силы и соответственно мое положение среди творцов. Никто не должен знать, насколько ты сильна. И, кстати, демонов можешь-таки уничтожить. — пренебрежительно взмахнула рукой богиня. — Я никогда не любила этих порождений тьмы. Удачи тебе палач… — надменно сказала богиня, издевательски улыбнувшись напоследок исчезла.

Катерина от злости разбила зеркало молнией и сев на пол погрузилась в память мира, нужно было узнать все самой. Спустя четверть хара она открыла глаза и сказала очень длинную тираду, в адрес королевы, печатными в ее жаркой речи, были только запятые.

— Вот тебе, заразе назло я оставлю их в живых! — прорычала Катерина, и начертила в воздухе знак, который вспыхнув светом, превратился в портал.

Дахарр пылал, прекрасная столица демонов все больше и больше поддавалась натиску пламени. На улицах сражались демоны с измененными, первым отступать было больше некуда, вторые же были наполовину мертвыми. Измененные — люди, сама суть которых была изменена специальными зельями, они становились подобно демонам сильны и быстры, но был и побочный эффект, измененные совершенно не чувствовали боли они совсем ничего не чувствовали… Лучшая разработка тайного исследовательского отдела, который открыли благодаря ей — советнице главнокомандующего. И она же направляла труды ученых и магов в нужную сторону, чтобы они смогли достичь столь превосходного результата, а теперь придется разрушать то, что она так старательно создавала…

Еще немного, хар, может чуть больше, и демоны исчезнут с лица этого мира. Оценив масштабы происходящего, девушка приняла нелегкое решение.

— Хоть бы хватило сил… — прошептала она и стала плести огромное, многоуровневое заклинание, невидимые, тонкие паутинки охватывали демонов, медленно оплетая их.

— Советница! — яростно выкрикнул кто-то в толпе. И молнией бросился к ней в надежде убить, полыхнули заклинания, ярко сверкнул в довершении вражеский клинок, но щит Катерины был, не пробиваем.

— Дитрих! — крикнула какая-то демоница, одетая в доспехи и бросилась на защиту к атаковавшему советницу демону, но не успела на путы клинок измененного перерубил ее тело пополам. Зато демон успел обернуться и выставить оружие, тем самым блокировав смертоносный удар в спину. Демон, заревев одним немыслимо быстрым и сильным ударом отрубил измененному голову.

— Ты видишь, что ты наделала? — проревел демон. Советница обернулась и посмотрела на него — высокий, могучий, закованный в воронёные доспехи с тяжелым клинком в руках. Кожа у него была почти черная и на ней невидно крови измененных, а глаза черные омуты, в которых горела решимость и мрачная уверенность. Он знал, что умрет сегодня, и все чего он хотел отомстить за своих погибших сородичей.

Демон яростно замахнулся вновь, чтобы ударить щит и достать ненавистную беловолосую человечку, преломившую ход войны, но советница неожиданно шагнула к нему и с легкостью перехватила латную перчатку, в которой он держал меч.