Звезда Чёрного Дракона (СИ) - Джейн Анна

Вместе с Леей мы пили ореховое какао, ели печень и болтали. Во дворце мне нужен был кто-то, с кем я могла общаться, как в прошлой жизни — просто и без напряжения. И я была рада, что нашла Лею.

В конце концов, она стала упрашивать меня пойти спать, говоря, что завтра мне стоит выспаться.

— Что, день будет тяжелый? — спросила я с улыбкой.

— Во дворце каждый день тяжелый, — ответила она и замолчала, поняв, что сболтнула лишнее. — Госпожа Фэйра будет недовольна, если вы не выспитесь.

— Обязательно высплюсь, — пообещала я и направилась в спальню. Лея сопровождала меня — загасила магические светильники, прикрыла мои ноги одеялом, хоть я и не просила ее об этом.

— Доброй ночи. И спасибо за все, ваша милость, — тихо сказала она, прежде, чем выйти.

— Не за что, — улыбнулась я. — Можешь называть меня Белль. «Ваша милость» звучит весьма утомительно.

— Хорошо, ваша милость… то есть, Белль, — поправилась Лея и выскользнула за дверь. А я, прикрыв глаза, почти мгновенно провалилась в сон — слишком много всего произошло за этот день и ночь.

Глава 2

С пальцев Даррела сорвался ледяной вихрь, пронесся через всю комнату и попал в учебную иллюзию нечисти, которую ученые обычно классифицировали как упыря первородного второго класса. Нечисть беззвучно взревела и растворилась, но на ее месте возникла новая иллюзия, более свирепая и верткая. Даррел метко ударил ледяным вихрем и по ней, а потом еще по одной нечисти, и еще, и еще… Обычно это было частью его тренировки как боевого мага, но сейчас наследный принц просто пытался успокоиться и монотонно посылал заклятие за заклятием.

Вид у него был обеспокоенный, а глаза метали молнии. На балу Даррел старался выглядеть спокойным, но на самом деле внутри бушевало ледяное пламя. И причин этому было три. Первая — ненормальный, кричащий в Мраморном зале о приближении тьмы и конце света. Вторая — отец, который не взял Даррела с собой на допрос, видимо, посчитав, как обычно, что он этого не достоин. Третья — его драгоценная невеста.

Еще один ледяной вихрь, и еще, и еще… Простой маг давно бы уже источил свои запасы, но не Даррел — его магический потенциал был огромным, и в резерве всегда было много магии. Всегда, за исключением Костяного леса, где он ослаб из-за отсутствия потоков светлой магии. Должно быть, Белль посчитала его слабаком. Как и отец.

— Я не слабак, — прорычал Даррел и отправил в очередную иллюзию нечисти такой мощный вихрь, что задрожали стекла. Арт и Кэлл, развалившиеся на мягком изогнутом диване, с удивлением на него посмотрели.

— Ты в порядке, Дар? — спросил Арт.

— В полном, — отмахнулся принц и закатал рукава белоснежной рубашки до локтей.

— Уверен? — отпил мятного чая телохранитель. В кои-то веки в его руке вместо оружия была чашка. Сам он откинулся на мягкую спинку, а его распущенные волосы падали на плечи.

— Оставь меня в покое, — поморщился Даррел.

— Наша принцесса капризничает, — хмыкнул Кэлл и тут же получил от Даррела простенькое заклятие. Однако сумел вовремя поставить щит, и оно, ударившись о невидимую преграду в воздухе, растворилось. Серый дроу ехидно улыбнулся и запулил в принца ответным заклятьем — они часто перебрасывались ими. Разумеется, Даррел легко отразил его, но это было ошибкой. Едва он сделал это, как заклятие Кэлла вспыхнуло искрами, и под потолком засияла надпись: «Я большой взбешенный дракон».

Даррел закатил глаза. Арт и Кэлл весело засмеялись Оставаясь наедине с Даррелом, из суровых телохранителей они превращались в его единственных друзей, с которыми он воспитывался с самого детства.

— Идиоты, — поморщился принц, сам с трудом сдержав смех.

— Успокойся, сядь, — улыбнулся Арт. — Как говорится, в ногах нет правды.

— Правды вообще нигде нет, если ты не заметил, — хмыкнул Даррел, плюхаясь между друзьями.

— Знаем-знаем, этот мир пропитан ложью, а ложь — кровь темного бога, которую испил каждый живущий, — отмахнулся Кэлл, сидя на диване с ногами и продолжая чистить кинжал. Как и Арт, он был расслаблен и напоминал сейчас не грозного война, отнимающего жизни, а хрупкого парня с платиновыми волосами, бронзовой кожей и хорошеньким личиком. Его выдавали лишь лиловые глаза дроу.

—  Что тебя тревожит? Сумасшедший с воплями о госте или высокородные, которые смели обсуждать твою невесту? — прямо спросил Арт.

— Мне плевать, кто и что говорит про нее, — задрал подбородок Даррел.

Парни снова расхохотались. Они знали, что это ложь. И Даррел знал. Только упрямо не хотел признавать это.

— Мы помним, как тебе было плевать, — закивал Арт. — Ты их чуть было не поубивал ледяными кнутами. Истинное проявление безразличия.

— Думай, что хочешь, — отмахнулся Даррел.

— О, ты не понял, друг мой. Наш принц злится, потому что довел невесту до слез, — с милой улыбочкой сообщил Арту Кэлл. — Неужели она так не рада свадьбе?

— Должно быть, это она единственная во всей империи, кто не хочет стать женой наследного принца, — хмыкнул Кэлл.

— Бедный Дар.

— Нам так тебя жаль…

— Идите к эйху, — посоветовал им принц.

— Зато он успокоил ее поцелуем, и кажется, ей понравилось, — продолжал серый дроу. — Эй, расскажи, как целуется Белль?

— Потрясающе, — раздражённо ответил Даррел.

— Лучше, чем Ева? — спросил Арт.

— Наверняка лучше. Целоваться со змеями — не самое приятное, что может быть, — усмехнулся Кэлл. Ева Шевер никогда ему не нравилась. И то, что принц начал тайно встречаться с ней, его напрягало. А вот Белль нравилась ему куда больше. Она была искренняя, а Кэлл чуял искренность, как пес — зарытые кости.

— Да заткнетесь вы или нет? Меня тревожит не это. Меня тревожат слова того психа.

— Веришь в то, что с севера грядет тьма? — спросил Арт.

— Я верю в новый заговор, — неожиданно серьезно ответил Даррел. — То, что устроил мой милейший дядя — было прикрытием для чего-то более серьезного.

О том, что его беспокоит и Белль, Даррел ничего не сказал. А что он мог сказать друзьям? Что все время думает о ней? Что не хотел, чтобы она плакала, танцуя с ним? Что едва не сошел с ума, целуя ее и прижимая к себе?

Спустя пару часов в покои Даррела заглянул глава тайного отдела Элиот Ворн, которого принц с детства привык называть дядей Элитом. Это был невыразительной внешности человек, который везде мог бы сойти за своего — главное, одеться подобающим образом. Его лицо было незапоминающимся, рост — средним, а сложение — худощавым. Только вот глаза были необычными — небольшие, почти черные, внимательные. Если взгляд императора был тяжелым, как молот, то взгляд главы тайного отдела — острым, как нож.

Оставшись с Даррелом наедине и расположившись напротив, Элиот сообщил ему новую информацию, которую удалось выяснить:

— Этот человек был одним из сотрудников кухни. Он был одержим, но сейчас пришел в себя. Ничего не помнит. Мы начали расследование. Его величество не хотел сообщать никому из семьи, но я все же скажу тебе — в море Снов зарегистрировали мощную магическую вспышку. Пытаемся выяснить, что это.

— Думаешь, пробудился сын темного бога? В древних пророчествах он спит на дне моря Снов, — задумчиво произнес Даррел.

— Если бы это было так, мы бы уже увидели его, — усмехнулся Элиот. — Сын темного бога — Кровавый дракон, чья мощь настолько велика, что пропустить его появление в нашем мире было бы очень сложно. Если бы он восстал, Вечная империя бы уже погружалась в хаос. А следом за ней — остальные страны. Нет, Кровавый дракон спит. Но у меня есть теория, что кто-то смог пробудить его первую форму.

Эти слова прозвучали зловеще.

— Первую форму? — недоверчиво переспросил Даррел. — Человеческую?

— Верно.

— Этого не может быть. Невозможно!

— Говоришь, как твой отец, — усмехнулся глава тайного отдела. — Вы очень похожи в своей категоричности, не находишь?

— С чего ты взял, что кто-то пробудил его первую форму? — продолжал Даррел встревоженно. — Это невозможно!