Российский конституционализм - Олег Кутафин

С тех пор нарастание влияния идей конституционализма стало преобладающей тенденцией мирового демократического конституционного строительства[17].

В. Т. Кабышев и Т. М. Пряхина отмечают, что в науке конституционного права под конституционализмом понимают верховенство и определяющую роль конституции в правовой системе, прямое действие конституции в конституционной регламентации государственного строя и политического режима, конституционное признание прав и свобод личности, правовой характер взаимоотношений гражданина и государства. Конституционализм, считают они, это не только правление в рамках конституции, это прежде всего система ценностей, идей и взглядов на характер политико-правовой организации государства, философия юридического мировоззрения, основанного на постулатах правового государства[18].

«Конституционализм, – пишут они, – это весь комплекс проблем, связанных с воплощением в Основном законе системы правовых ценностей, обеспечения их верховенства, приоритетности и реальности. Подобный подход требует пересмотра традиционного понятия конституции как учредительного акта, определяющего государственное устройство, форму правления, права и свободы граждан. Наличие Основного закона еще не повод для того, чтобы утверждать, что присутствует конституция. Конституцией может быть признан только тот Основной закон, который закрепляет общечеловеческие ценности, воплощенные в праве, признающий и гарантирующий права и свободы человека, обеспечивающий демократическую организацию системы власти, социальное согласие и исключающий насилие»[19].

В. Т. Кабышев и Т. М. Пряхина полагают, что анализ проблем российского конституционализма не должен абстрагироваться от реалий государственной и общественной жизни, на которые накладываются нормы Основного закона в процессе их реализации. «Не пустое критиканство, какое-либо слепое восхваление, а раскрытие потенциальных возможностей и достоинств Конституции – вот главная задача теории конституционализма. Это тем более важно, поскольку осуществление общепризнанных ценностей мирового конституционализма в переходный период наталкивается на многие противоречия»[20].

По мнению В. Т. Кабышева и Т. М. Пряхиной, основные ценности конституционализма формируются в качестве таких принципов, как приоритет прав человека, народовластие, разделение властей, федерализм, верховенство права.

Они считают, что знаменательным шагом в истории российского конституционализма явилось признание высшей ценности человека, его прав и свобод. Другие конституционные ценности они видят в демократии, народовластии. Ратуя за сильную государственную власть, авторы считают, что необходим ряд условий ее организации и деятельности, которым она должна отвечать с позиций конституционализма. К числу таких условий они относят четкое соблюдение конституционных принципов разделения властей, верховенства права и прежде всего прямого действия Конституции РФ, конституционной ответственности.

Авторы подчеркивают, что принципиально новым для российского конституционализма является признание общепризнанных принципов и норм международного права составной частью правовой системы России. По их мнению, установление этих правил повышает качество российской правовой системы[21].

«Говоря о принципах, воплощаемых конституционализмом, – пишут В. Т. Кабышев и Т. М. Пряхина, – следует отметить, что они представляют собой безусловную ценность при условии, что сформулированы и действуют как общая система. Утрата или неэффективность хотя бы одного принципа сводит на нет все усилия. Так, например, отсутствие принципа политического и идеологического многообразия приведет к невозможности различных социальных сил выразить и согласовывать свои интересы, что автоматически отражается на принципе народовластия, поскольку господствовать и довлеть над обществом начинает один определенный класс… Без единства принципов российского конституционализма не может быть и речи об универсальных правовых ценностях, которые должны стать залогом благополучия российского народа, поступательного и бескризисного развития российской государственности»[22].

Авторы подчеркивают, что в теории российского конституционализма значительное место принадлежит федерализму, который они рассматривают как исторически сложившееся государственное единство России и как юридическую гарантию целостности территории России, составляющих ее республик и территорий.

В. Т. Кабышев и Т. М. Пряхина также отмечают, что в конституционном механизме реализации власти народа исключительно важное место принадлежит местному самоуправлению, которое также выступает гарантией обеспечения государственной целостности России[23].

В другой своей работе В. Т. Кабышев, рассматривая вопрос о соотношении конституционализма и конституционного права, утверждает, что «конституционализм – это обобщающая категория конституционных идей, концентрированно выражающая суть конституционного права, отражающая конкретное устройство государства». По его мнению, конституционализм составляет основу (несущую конструкцию) науки конституционного права, ее сердцевину[24].

Подводя итоги различного понимания конституционализма, В. Т. Кабышев приходит к выводу, что конституционализм – это философия конституционного мировоззрения, закрепленная в Основном законе, системы правовых ценностей, обеспечения верховенства конституции, ее приоритетности и реальности, правления в рамках конституции[25].

Позже В. Т. Кабышев подчеркивал, что конституционализм выступает в науке российского конституционного права как синтезированное понятие, воплощающее наиболее значимые явления конституционного строя и конституционной практики: это и конституционная доктрина, сама конституция и пределы ее реализации, это и конституционная культура носителей власти и всего населения.

По мнению Р. А. Ромашова, о конституционализме следует говорить как о политической системе реально действующей конституции. При этом в первую очередь данный феномен обусловливает практическое ограничение государственной власти Основным законом – конституцией. Конституционализм легитимирует государственную власть, утверждая ее правомерность. Конституционализм способствует приданию государственной власти авторитета в обществе, причем не силовым методом, а социально выработанным. Политическая система конституционализма объединяет и взаимоуравновешивает социально-политические интересы государства и гражданского общества, не допуская необоснованного вмешательства со стороны кого бы то ни было в сферу конституционных прав и свобод.

A. Н. Медушевский считает, что конституционализм может интерпретироваться как осознание обществом социального конфликта, как метод инструментального разрешения этого социального конфликта и, наконец, как определенный феномен политической системы[26].

По мнению В. И. Крусса, в первом приближении конституционализм может рассматриваться в качестве направления политико-правового видения социального должного, имеющего, однако, более отчетливые по сравнению с философией права «пограничные ориентиры»[27]. Проблематика конституционализма и философии права касается правового идеала и с формальной стороны, которая «проецирует» на внешнюю форму общественно-политического устройства, и со стороны содержательной, связанной с внутренней формой развития общественного самоустройства, т. е. с совершенствованием правового мышления[28].

B. И. Крусс приходит к выводу о возможности вообще интерпретировать конституционализм как современную (постсовременную) философию права. Такой подход позволил бы юриспруденции претендовать на более адекватный характер «ответов» на «вопросы», которые ставит перед ней эпоха.

«Глобальная «экспансия» конституционной государственности в цивилизованном аспекте, – пишет он, – ее гуманитарные, пацифистские, культурные достижения и – главным образом – их очевидный потенциал (равно как и важнейший потенциал содействия экономическому и духовному возрождению человечества) дают конституционализму весомые основания говорить о самых фундаментальных вопросах бытия голосом времени и на языке общечеловеческих смыслов и ценностей»[29].

Несомненным приоритетом конституционализма, считает А. Г. Пархоменко, являются такие ценности цивилизации, как права, свободы человека и гражданина; народовластие; суверенитет (народный, национальный, государственный); парламентаризм; политический плюрализм; многопартийность; разнообразие форм собственности и многие другие[30].