Чужие звезды. Белая колдунья (СИ) - Ена Лариса

— Согласна, непонятные какие-то, — Зоя переминалась с ноги на ногу. — Давайте вернемся.

Увидев, что компания не собирается следовать за ними, мужчины внезапно обнажили мечи. Один из них, прыгнув вперед, схватил Лилю за руку и, притянув к себе, прижал к ее горлу ребро меча.

— Э, мужик, ты чего творишь?

— Отпусти ее!

— Мы будем жаловаться!

Мужчина с перстнем, властно махнув мечом, показал на лодку и повторил:

— Ми хвао! Ту каит стер.

Тот, который держал Лилю, попятился к лодке, продолжая удерживать ее с мечом у шеи. По лицам бородатых мужчин, было видно, что шутить они не собираются и готовы к любым действиям, чтобы заставить компанию пойти с ними.

Невольные пленники вместе со своими пожитками молча загрузились в лодку и хмуро наблюдали, как их захватчики взмахнули веслами и лодка плавно тронулась в открытое море. Минут через десять-пятнадцать, когда лодка ткнулась носом о борт корабля, сверху спустили веревочную лестницу. Подгоняемые криками, компания туристов по очереди забралась на корабль, где их уже ждали остальные участники похищения. Через какое-то время к ребятам из толпы вышел статный мужчина, лет сорока пяти. У него, как и остальной команды, была длинная борода, заплетенная в несколько косичек, а голову покрывал синий с золотой каймой платок из под которого выбивались черные сальные волосы. Одет он был получше, чем остальные, но также просто: рубаха, кожаный камзол и высокие сапоги.

— Мы будем жаловаться! — Владимир возмущенно выступил вперед. — Это что за варварство? На каком основании вы…

— Гу ре ве, — мужчина в платке окинул взглядом говорившего и покачал головой, после чего, повернувшись к мужчине с перстнем, бросил, — Вмер ке румасив.

Мужчина с перстнем кивнул и куда-то ушел. Вернувшись, он протянул перепуганной компании бутылочку из темного стекла и знаками показал, что нужно сделать глоток.

— Не буду я это пить! Вы там что, наркоту подмешали? Мы отключимся, а вы нас ограбите?

Взмахом руки мужчина в платке прекратил возмущенные крики и кивнул своей команде. Те бросились к туристам и, заломив руки за спину, заставили встать на колени. После этого мужчина с перстнем по очереди подходил к каждому из пленников и вливал мутноватую жидкость в их рты, заставляя проглотить.

— Теперь вы нас понимаете? — неожиданно услышали пленники из уст мужчины в платке.

— Вы что, притворялись? Почему вы нам сразу не сказали, что говорите по-русски? Кто вы? Почему нас привезли сюда? — откашлявшись, выпалил Саша.

— Много говоришь, мало слушаешь, — мужчина хмыкнули и дал знак своим людям, после чего ребят отпустили и те смогли встать на ноги.

— Меня зовут Караз и я капитан этого судна. Теперь вы мои пленники и я собираюсь выгодно продать вас на рынке.

— Что значит продать? Мы граждане Российской Федерации и вы будете отвечать по закону, — возмутилась Рита.

— Даже не собираюсь с вами обсуждать свои планы. — Караз оценивающе посмотрел на Аню. — Ты красивая, тебя с радостью возьмут в Дом удовольствий.

— Если хоть пальцем тронете наших девчонок, я вам руки оторву, — Владимир угрожающе шагнул на капитана.

Караз, смерив мужчину презрительным взглядом, дал знак своим людям и Владимира вновь схватили, удерживая за руки.

— Как можно угрожать оторвать мне руки, если ты мертв? — Караз неожиданно достал кинжал и с размаху воткнул его в живот Владимира. Испуганные пленники закричали от ужаса, глядя на раненого. Владимир, застонал и, словно не веря в происходящее, выпучив глаза, с удивлением смотрел, как по футболке расползается темно-красное пятно.

— Избавьтесь от него. Теперь он не представляет никакой ценности, кормить лишний рот я не собираюсь. А этих загоните в трюм и закуйте в цепи.

Зоя, прежде чем ее затащили в темницу, увидела, как обмякшее тело Владимира приподняли и, перекинув через борт, сбросили в море.

Господи боже! Что с нами будет?

Сколько времени пленники провели в трюме, было неизвестно. Их приковали к балкам, надев оковы с короткой цепью на щиколотки. Кормили их один раз в день, подавая лепешку и какую-то баланду с очистками, лишь вечером пленники получали горстку сушеных фруктов. Туалетом им служил обычный кувшин, который они по очереди выносили, выливая содержимое в море. В один из дней началась сильная качка и некоторых из них стало тошнить, отчего воздух в трюме, и до этого не слишком свежий, пропитался жуткой вонью от рвотных масс. Девчонки больше не плакали, экономя силы, готовясь к худшему. Они, как и парни, просто сидели на дощатом полу, завернувшись в какие-то тряпки, которые им дали вместо одеял и смотрели в одну точку. Каждый думал о своем, страшась незавидного будущего.

В какой-то момент обессилевшая от голода и нервного напряжения Зоя поймала себя на мысли, что мечтает, чтобы корабль разбился о скалы и ее мучения наконец-то закончились.

— А в фильмах обязательно появлялся герой, который всех спасал, — неожиданно тихо произнесла Лиля в один из бесконечных дней.

— Я так и не понял, как они вдруг по-русски заговорили, — Виктор встал, чтобы размять затекшие ноги.

— Это не они по-русски заговорили, — из дальнего угла отозвался Саша, — а мы их стали понимать. Я подозреваю, после приема той странной жидкости, которую нам дали.

— Вы меня простите, но у меня в голове никак не укладывается, что все это происходит на самом деле, — Аня поправила грязный купальник. — И я бы еще поняла, что это пираты…или как там их называют. Я слышала, что они могут нападать на моряков со всеми вытекающими последствиями. Но у них вполне себе современные корабли и современная одежда с оружием. Я про это документальный фильм смотрела. А эти, словно из какого-то сериала. И эта странная жидкость для того, чтоб мы понимали друг друга… Бред! Нет, я отказываюсь верить, что это на самом деле. Это какой-то дурной сон.

— Ага… И нож в живот Владимиру, это тоже сон, — буркнул Артем.

После этих слов, все вновь замолчали, уныло разглядывая оковы на ногах.

В один из таких бесконечных дней, всех пленников неожиданно вывели на палубу. Щурясь от непривычно яркого света, они хмуро ждали, что скажет Караз.

— Итак, к вечеру мы прибудем в порт города Артарда. Там находится самый большой невольничий рынок. Сейчас вам выдадут мыло и щетки, приведите себя в порядок.

Пленников загнали на дальнюю палубу, где заставили мылиться и тереть себя щетками, поливаясь водой из бочки, которую черпали большими ковшами. После всего, что им пришлось пережить, они уже не стеснялись ни своей наготы, ни похотливых взглядов команды корабля. Была лишь какая-то щемящая радость от того, что они, наконец-то, вышли из трюма и могут смыть с себя эту невыносимую вонь.

Когда корабль причалил к пристани, Зоя, спустившись вслед за остальными ребятами по трапу, не без удивления разглядывала место, куда они прибыли. Большинство людей, находящихся в этом месте, были одеты довольно просто — рубаха не первой свежести, штаны да старые сапоги, больше походившие на калоши. Было довольно шумно от людской толпы, бойко обсуждающих прибытие кораблей с товаром и визгливых криков чаек. По соседству были пришвартованы еще несколько суденышек, с которых моряки сгружали огромные корзины с рыбой, покрикивая на попрошаек. Под ногами вместо привычного асфальта были положены доски, сгнившие в некоторых местах, заляпанные пометом птиц и рыбьей требухой.

Перед тем, как сойти на берег, у ребят отобрали их одежду, выдав взамен какие-то рубища до колен. Оков с них не сняли, наоборот, через браслеты протянули единую длинную цепь, отчего они смогли передвигаться лишь друг за дружкой, стараясь не выпадать из общего шага. Пройдя таким образом метров триста, пленников посадили в крытую повозку, больше напоминающую деревянный ящик, запряженную здоровенным быком со спиленными рогами. Через решетчатое окошко, Зоя увидела, как к капитану подошел сухонький старичок неопределенного возраста и передал ему холщовый мешочек, в котором что-то звякнуло. Караз, приняв вознаграждение, шутливо поклонился и направился к своему кораблю, что-то беззаботно насвистывая.