Что делать? - Владимир Алексеевич Колганов

Толком ничего не решили, ограничились прежними санкциями в надежде, что когда-то будет толк. Премьер-министр так и сказал:

— Да куда они денутся? Дума без страны — это все равно что голова без остального тела.

Однако Пеструхин не учёл одного — всё Поволжье встало на защиту своего земляка Забродина. Ну а Волга-матушка течёт через Ярославль, а дальше — Нижний, Саратов, Самара, Волгоград, Астрахань — все поднялись не взирая на угрозы со стороны Москвы. И впрямь, что такое Москва без них? Всего лишь большой город, который, хоть тресни, прокормить сам себя не сможет.

Пеструхин что ни день названивал губернаторам, надеясь их переубедить, но каждый раз возникал примерно один и тот же диалог:

— Вы останетесь без госзаказа! — кричал премьер.

— Как-нибудь переживём, — спокойно отвечал губернатор.

— Придётся самим искать заказчиков и поставщиков!

— У нас уже есть кое-какой опыт.

— Без кооперации с предприятиями из других губерний ничего не выйдет!

— Мы с ними почти обо всём уже договорились.

А потом к бойкоту и другие регионы присоединились — то ли из солидарности, то ли московские начальники им до жути надоели. Тут уж кто кого — либо Пеструхин подомнёт под себя Думу, либо Забродин свергнет ненавистного премьера.

Глава 3. Симеон Первый

Не мудрено, что в сложившейся обстановке Забродин решил идти напролом — самое время нанести решающий удар. Да при такой поддержке со стороны регионов можно горы своротить! После недолгого обсуждения Дума приняла решение отправить премьера в отставку и теперь только оставалось подписать указ у президента. Но то ли кот был не в настроении, то ли у него болел живот оттого, что объелся лососины, но стоило Кондрату Васильевичу зайти в президентский кабинет, как кот начинал визжать и аудиенция заканчивалась, так и не начавшись. «Вот ведь вражина! — возмущался Забродин. — Всё дело портит. Тут либо кот, либо я».

Служба думской безопасности не смогла установить, кто подбросил президенту этого кота — видимо, он давно уже обретался в Мариинке, отлавливал мышей. Возникла идея подсыпать в кошачью лососину яда, но даже если эта затея удастся, итог непредсказуем. А что, если президент не переживёт расставания с любимцем? Тогда Пеструхин станет вполне легитимным главой государства вплоть до следующих выборов и всё, чего добился Забродин со времени переезда в Питер, пойдёт словно бы коту под хвост.

Этого допустить никак нельзя, но подходящих вариантов выхода из кризиса Кондрат Васильевич так и не нашёл. И тут на помощь пришёл Мясоедов. Глава правящей партии к тому времени тоже перебрался в Питер — нельзя же отрываться от коллектива, ведь лучшие кадры партии заседали в Думе. Да и город ему хорошо знаком — здесь прошли студенческие годы.

Задумка Мясоедова была до безобразия проста — надо снова привлечь к делу Яшу Либерзона. Тот помог с заменой Ивана Лукича на его полного тёзку, за что получил солидный гонорар, пусть и теперь потрудится во славу Родины. Ну а гонорар можно перечислить из партийной кассы, денег там вполне достаточно.

Долго искать Яшу не пришлось, сам позвонил:

— Я тут проездом в Питере. Может, посидим где-нибудь, обсудим текущие дела?

Встретились в ресторане «Кореана» на Варшавской. От азиатской кухни Мясоедов не в восторге, но здесь уютно, тихо, можно спокойно поговорить. Хотя какое уж тут спокойствие, если страна катится в тартарары?! Вот и Яша примерно того же мнения:

— Надо что-то срочно делать, иначе костей потом не соберём.

— Но что можно предпринять, если коса нашла на камень и никто не желает уступать?

— Это и понятно. Каждый хочет откусить от пирога кусок побольше.

— Неужели нет никакого выхода?

Мясоедов с надеждой посмотрел на собеседника, ну а тот словно бы читает мысли:

— Ты не тяни кота за хвост, говори прямо, а я уж посмотрю, смогу ли чем помочь.

— Так ведь как раз в коте всё дело!

Когда Антон Евгеньевич изложил Яше свою просьбу, тот ненадолго задумался — почмокал губами, потом упёрся взглядом в потолок словно бы в поисках подсказки, и наконец выдал результат мозговой атаки:

— Надо в кошачью еду подсыпать успокоительное, чтобы кот сохранил способность мяукать, а о визжании начисто забыл.

Мясоедов ничего подобного не ожидал. Решение настолько простое, что людям, имеющим отношение к управлению государству такое в голову не могло прийти ни при каких условиях — привыкли что-то там мудрить, изыскивать необходимые ресурсы, а тут раз — и всё готово!

— Потрясающе! Ты гений, Яша!

Яша не возражал, однако тут же объяснил причину озарения:

— Я ведь проездом из Швейцарии. Народ в тех краях спокойный, немногословный, всё бы хорошо, но коты, понимаешь ли, визжат. Да что тут говорить, с котами у них вечные проблемы, поэтому и подключили к делу фармацевтов…

— Да уж, в Швейцарии фарминдустрия на высшем уровне, — согласился Мясоедов, ещё не понимая, к чему Яша клонит.

— В общем, эту проблему швейцарцы для себя решили, а я вот о чём подумал: если заведу себе кота, надо бы и мне иметь средство, чтобы не подымал с постели среди ночи?

— И что?

Яша достал из портфеля флакон и, потрясая перед носом Мясоедова этим чудом фармацевтики с надписью на этикетке «made in Switzerland», воскликнул:

— Две капли в день, и никаких огорчительных последствий!

У Мясоедова чуть ли не слюнки потекли:

— А как бы мне?..

— Дарю! Если заведу себе кого-нибудь из семейства визжащих или рыкающих, ещё достану.

Редко так бывает, чтобы человек выдал блестящую идею и даже денег за неё не взял, сколько Антон Евгеньевич ни упрашивал. Ему и в голову не пришло, что у Яши были свои соображения на этот счёт.

А дело в том, что глава нефтегазовой корпорации Михаил Идельсон, с которым Яша был связан деловыми узами, мог оказаться у разбитого корыта, а вместе с ним и Яша. Наверняка так бы и случилось, если бы Сибирь присоединилась к санкциям против Москвы. Увы, всё к этому и шло — брожение умов докатилось до Урала, а там и Таймыр недалеко… И тут Яша предложил Мише сделать ход конём:

— Надо, чтобы Забродин сам вляпался, проще говоря, совершил непоправимую ошибку. Перефразируя Булгакова, ошибку окончательную, фактическую, настоящую! Мы ему в этом поможем, но останемся как бы ни при чём.

Ни Мясоедов, ни Забродин не догадывались о кознях Либерзона, и потому кот получил дозу чудодейственного препарата — официантка из обслуги помогла, её тоже визжание изрядно раздражало… Кот и вправду успокоился, однако на следующее утро сдох. Ещё