Миротворцы - Алексей Калугин

Вот так все это происходило, ребята. А в программке сегодняшних торжественных мероприятий эта несусветная глупость командования, едва не стоившая жизни шестидесяти пяти пехотинцам, названа «героической высадкой первого десанта на Риол». На мой взгляд, шенская делегация проявила чрезмерную деликатность, не поинтересовавшись, кто именно проявил тогда героизм и в чем именно он выражался. Впрочем, командование шенов тоже допускало немало ляпов в ходе этой глупейшей за всю историю существования Галактической Лиги войны, поэтому шены, так же как и мы, предпочитают не ворошить старое грязное белье.

Итак, после первых выстрелов шенский конфликт стал хотя бы в общих чертах походить на настоящую войну. Шены пытались закрепиться на орбите Риола, а мы их периодически оттуда выбивали.

Поскольку к этому времени Риол уже пересек границу Добышевского и вошел в сектор пространства, контролируемый Земной федерацией, официальные представители Земли в Галактической Лиге принялись отчаянно колотить себя кулаками в грудь, называя шенов агрессорами и требуя от галактического сообщества немедленного принятия самых строгих санкций в отношении гнусных захватчиков.

Генеральное собрание Галактической Лиги приняло несколько резолюций, в которых обращалось как к Республике Шен, так и к Земной федерации с требованием немедленно прекратить вооруженный конфликт и попытаться решить возникшую проблему дипломатическим путем. Но поскольку Республика Шен не являлась членом Галактической Лиги, подобные обращения не произвели на ее официального представителя ни малейшего впечатления. Вместо того чтобы покаяться, он зачитал с трибуны Галактической Лиги послание Народного собрания Республики Шен, в котором ясно и твердо говорилось, что всякого, кто выступит в данном вооруженном конфликте на стороне Земной федерации, Республика Шен будет считать вступившим в войну и обратит против него всю силу и мощь своего оружия.

В конце концов Генеральное собрание Галактической Лиги заявило, что возьмется рассматривать вопрос о территориальной целостности Земной федерации только после того, как с планеты Риол и с ее орбиты будут выведены все войсковые формирования вместе с имеющимся у них вооружением. Если перевести эту резолюцию на нормальный человеческий язык, то она гласила, что землянам предстоит самим разбираться с шенами.

Казалось, теперь уже ничто не может остановить перерастания локального вооруженного конфликта в полномасштабную войну. Однако, как оказалось, ни наши, ни шенские солдаты не имели ни малейшего желания идти на гибель ради ничем не обоснованных амбиций своих недальновидных политиков. Ход боевых действий был похож на вялотекущую инфекцию марсианского гриппа, когда человек никак не может понять, болен он или здоров, но при этом то и дело утирает покрасневший нос.

Конечно, никто из солдат открыто не отказывался выполнять приказы посылающих их в бой командиров. Но каждый из них в бою руководствовался принципом: «Если есть выбор атаковать противника или отступить, то лучше отступить». Стрелки из боевых расчетов, словно заранее сговорившись, били исключительно по ходовым двигателям кораблей противника. Как вам известно, вблизи ходовых двигателей нет помещений, в которых во время боевого вылета находились бы люди. Поэтому даже взрыв ходовой части корабля не мог привести к потерям среди его экипажа. А вот стрельба по боевым палубам была строжайше запрещена, поскольку даже одно точное попадание гравитационной торпеды могло вызвать детонацию боеприпасов и разорвать корабль пополам.

После выхода из строя ходовых двигателей корабль подавал сигнал, что выходит из боя. Экипаж покидал корабль в спасательных модулях, которым противник позволял беспрепятственно вернуться на базу.

Дабы не оставлять поврежденный корабль противнику, капитан, покидавший свой пост, как ему и было положено, последним, включал систему самоуничтожения.

Естественно, подобная тактика ведения войны не могла принести успеха ни одной из сторон. Адмирал Сорос еженедельно рапортовал об очередном успехе находящейся под его командованием армии, приводя в качестве доказательства число уничтоженных кораблей противника. При этом, гордо заявляя о нулевых потерях среди личного состава, он, конечно же, не акцентировал внимания на том, что потери в технике с нашей стороны были ничуть не меньше, чем у шенов. То, что, несмотря на все наши успехи, по Космофлоту шенов до сих пор не был нанесен последний сокрушительный удар, Сорос объяснял отсутствием данных, касающихся технических характеристик кораблей шенов и установленного на них вооружения. А не имея такой информации, бравый адмирал не решался на проведение крупномасштабной операции, которая в случае неудачи могла повлечь за собой огромные людские потери.

Что ж, генералы вели свою войну, а мы, простые солдаты, чьей основной задачей является стремление выжить на поле боя, – свою. Порой наши интересы пересекались, и именно в такие моменты случались прорывы, которым позднее историки придумывали цветистые имена, украшающие страницы учебников. К сожалению, тот, кто совершает шаг, влекущий за собой поворот всемирной истории, чаще всего делает это неосознанно и узнает о том, что произошло, самым последним.

Итак, после завершения эпопеи с высадкой героического десанта на Риол, мы сидели на базе «Головачев-12», томясь от безделья и скуки.

Ну, вы, конечно, понимаете, что, говоря о безделье, я имею в виду отсутствие реальных дел. Бестолковой армейской муштры, как всегда, хватало с избытком. А вот расслабиться после нескольких часов теоретических занятий по тактике ведения боя на внешней обшивке корпуса неприятельского корабля и одуряющей тренажерной отработки аварийной посадки было абсолютно негде. Поэтому мы, пехотинцы, с завистью смотрели на летунов. Они были избавлены от всей этой занудной чепухи, последние воспоминания о которой в один момент вылетают из головы, как только настоящий посадочный модуль отрывается от корабля и с диким ревом, от чего закладывает уши, под непрерывным огнем тяжелой артиллерии противника падает на поверхность планеты. Такой свистопляски, скажу я вам, ни на одном тренажере не воспроизведешь.

А ведь летунам, которые только тем и занимались, что время от времени подрывали собственные корабли, еще, случалось, и отпуска давали за геройство! Они и сами над этим посмеивались, но слетать на недельку-другую домой никто, конечно же, не отказывался.

Но все это пока только присказка. Я начал с нее для того, чтобы вы воочию могли представить себе обстановку, сложившуюся на базе «Головачев-12» к моменту, когда началась история, о которой я как раз и собираюсь поведать.

А началось все с того, что вернувшийся из отпуска сержант Натсон умудрился протащить на базу аж двенадцать пол-литровых бутылок «Смирновской». И не какого-нибудь там суррогата, продающегося на захудалых пересадочных станциях, а настоящей «Смирновской» марсианского розлива! Ведь не поленился же тащить на себе через пол-Вселенной! Вот кто подлинный творец истории!

Скажете, какое отношение может иметь водка к истории шенского конфликта?.. Ну так слушайте, что было дальше.

Поскольку на базе был объявлен сухой закон, для того чтобы употребить тайно доставленную Натсоном «Смирновскую», нужно было найти укромное место. Таким местом стал склад запчастей при пятом ремонтном доке.

После вечерней поверки личного состава нас там собралось восемь человек.

Закуски, в отличие от выпивки, на базе было достаточно. Но то ли с непривычки, то ли потому, что водка оказалась забористой, всех нас довольно-таки быстро повело. Разговоры пошли какие-то бестолковые. Все говорили одновременно, перебивая и не слушая друг друга. А Серега Антипов, парень из ремроты, который как раз и открыл нам склад, так и вовсе закемарил, уронив голову на грудь.

Натсон без устали рассказывал, как здорово провел время дома на Марсе. Вначале его слушали с удовольствием, выспрашивая подробности и удовлетворенно качая головами. Но когда он по третьему разу пошел рассказывать, как напился в баре пива до такой степени, что не мог даже свой адрес внятно произнести и официантка отвезла его после закрытия бара к себе домой, я почувствовал, как в душе у меня начинает зарождаться глухое раздражение.

Натсон проявил не больше героизма, чем любой из нас, так почему же именно его на две недели отпустили домой? Только потому, что он служил на подбитом шенами эсминце «Несс»? Ну и что с того? Я, например, вместе с другими парнями полторы недели проторчал на Риоле, ожидая, когда же шены начнут нам на головы бомбы метать! И за все это мы теперь отдуваемся в учебных классах и на тренажерах! Поистине, думал я в тот момент, в нашей Вселенной не стало места для справедливости, как в свое время не нашлось в ней места и для Бога!