Кровь земли (СИ) - Шавкунов Александр Георгиевич

— Знаешь, что внутри?

— Наверняка что-то тяжёлое. — Предположил Ролан, проходя мимо ряда книжных шкафов, поднимающихся до потолка.

Девушка с размаху грохнула свёрток об стол, глухо стукнуло, подтверждая догадку. Сорвала ткань и на свет показался прямой клинок из голубоватого металла в ворохе степных трав. Терпкий аромат защекотал нос. Ролан невольно представил грозовые облака на бескрайним травяным морем, через которое мчит табун.

— Довольно скромный подарок, — сказал парень, становясь рядом и едва сдерживая желания ухватить за талию, — но тяжёлый.

— Шутишь? — Выдохнула Луиджина, щёлкнула ногтем по клинку и комнату наполнил тонкий звук камертона. — Этот меч стоит, как два поместья в столице.

— Тебе так не нравится оружие?

— С чего ты взял?

— Ты не выглядишь довольной...

Луиджина сгребла пучок трав, растёрла в кулаке, медленно поднимая руку. На пол посыпалась мелкая пыль, а запах стал удушающим. Ролан жадно потянул ноздрями, взгляд слегка затуманился.

— Довольной?! Ты, что же, ничего не смыслишь в символизме?!

— Похоже на то.

Эльфийка разжала кулак и сдула остатки пыли, взглянула в глаза и мрачно продекламировала:

— Всё, что у нас есть, это трава и оружие. Очень хорошее оружие.

— Они объявляют войну? — Спросил Ролан, вскидывая бровь.

— Нет. — Выдохнула Луиджина, взмахнула рукой и, обойдя стол, встала у окна, мрачно глядя на внутренний парк дворца. — Намекают... да ещё эта девчонка... проклятье. Они не хотят воевать, но если я ничего не предприму, выхода у них не останется. Тогда они пустят её в ход.

— Кого её? — Осторожно сказал Ролан, прекрасно осознавая ответ.

— Девчонку. Твою сводную сестру.

— Да что-б его... — Выдохнул Ролан, всплеснул руками. — Отец не мог удержаться в штанах хоть в каком-то из миров? Может, у него и в междумирье бастарды бегают?!

Луиджина подняла левую руку и звучно щёлкнула пальцами, сказала, не поворачиваясь:

— Не называй его отцом. Это ставит меня в неловкое положение, очень неловкое. Отношения между сестрой и братом, знаешь ли, порицаемы всегда.

— Да... — Прикусив кончик языка, выдохнул Ролан. — Ты права, если он назовётся моим отцом, я его ударю. Так что... ну в общем ты поняла.

— Помниться, в прошлый раз битым оказался ты. — Со смешком напомнила эльфийка.

— Ему просто повезло. — Буркнул Ролан, складывая руки на груди. — А что не так с девкой?

— Она... была зачата, когда папа был полубогом. Судя по всему, частица той силы в ней есть.

Ролан оглядел кабинет, ища повод перевести разговор в другое русло. Может спросить про книги? Нет, она ведь ответит... Точно, вон то чучело медведя в углу! Нет... о нём уже говорили. Проклятье, о чём спросить?

— Кстати, а сколько лет тебе исполнилось?

— Ровно столько, сколько я хочу. — Засмеявшись, ответила Луиджина. — Вот, кстати, хорошо что напомнил! Пора и себе подарок сделать.

— Ты о чём? — Начал Ролан и осёкся.

Девушка развернулась и с уверенностью быка двинулась к нему. Властно ткнула пальцем в грудь, над скрещенными руками, и твёрдо заявила:

— Сегодня мы объявим о помолвке. Сегодня. Ты меня понял?

Ролан стоило огромных усилий остаться на месте. Губы дёргано разошлись в улыбке, а лоб осыпало испариной.

— А ты... не торопишься? Это... как-то резко. Вот так... кхм...

Взгляд девушки опасно сузился, а в голосе проступили звуки клинка, покидающего ножны:

— Ты что, решил избавиться от меня? Разонравилась?

— Нет! Нет! — Затараторил Ролан, выставив руки перед собой и активно мотая головой. — Ты лучшая из лучших...

— Но?

Парень тяжело вздохнул, опустил взгляд и пробормотал, разводя руками:

— В этом то и дело. Ты лучшая, самая, невероятная и вообще лицо Империи. А я бродяга не пойми откуда. Кто я такой, чтобы претендовать на руку императрицы?

Ладони легли на плечи, слегка сдавили и тряхнули. Луиджина наклонилась и ткнулась лбом в склонённую макушку. Сказала твёрдо:

— Плевать. Я императрица, убийца богов! Никто не смеет, даже в мыслях оспорить моё решение. Я могу делать, то что хочу!

— Нет. Не можешь и не делаешь. — Сказал Ролан.

— Пусть так. Но я имею право на маленькую прихоть! — Выпалила Луиджина, потянулась обнять и прижаться, но Ролан отступил. — Ты меня больше не любишь?

— Люблю... — выдохнул Ролан.

В голосе просквозила такая мука, что у девушки застонало сердце. Парень попятился, глядя на неё, остановился и выпалил:

— Я должен соответствовать! Иначе ты потеряешь лицо! Иначе я сам... потеряю лицо, перед собой.

— Я дам тебе титул, земли! Всё что угодно! Я уже отдаю тебе себя! — Почти закричала Луиджина, стискивая кулачки.

Тишина окутала кабинет, настолько густая, что стало слышно, как в коридоре ёрзает Сал. Ролан скривился, ладонь ударила по груди, сжала куртку.

— Подаренное величие ничего не стоит... а богатство вообще не является величием. Оно только сопутствует. Просто подожди! И моё имя загремит по всей Империи! По всему миру! Тогда никто не посмеет насмехаться над нашим браком!

— Уходи.

Слово упало, как боевой молот. Ролан помедлил секунду, развернулся на пятках и стремглав вырвался из кабинета. Внутрь заглянул Сал, увидев лицо императрицы кивнул и побежал за приятелем. Луиджина вернулась за стол, упала в кресло, накрыла лицо ладонями и простонала:

— Какой идиот... — выдохнула, хлопнула ладонями по столу и запрокинула голову, — хоть и верно говорит, но каков идиот!

***

Императрица сидит на троне с кубком вина, принимает поздравления и хвалы. Сал стоит за спинкой, готовый перехватить любую атаку. Хотя никто не решится в открытую атаковать.

Вскоре праздник перебрался на вечерний двор, в окружении ламп и кристальных светильников. Играет весёлая музыка, а на помостах выступают актёры и акробаты. Начинаются танцы, по хмельному удалые и яркие.

Дворфы закружились в подгорном танце, гулко хлопая в ладоши и топая. Степняки затянули гортанные песни, пока высокая женщина ведёт плавный танец, больше похожий на поединок против тени.

Луиджина воссела в плетёном кресле и по очереди выслушивает послов. Пусть и праздник, но день рабочий. У правителей не бывает выходных.

***

Когда малая луна спряталась за большой, а гости начали расходиться. Луиджина взяла Сала за локоть, отвела в сторону и мрачно взглянула в глаза.

— Где он?

— У себя. — Уклончиво ответил кузен. — Его сейчас лучше не трогать... тебе. Станет только хуже.

— Каков идиот... — в который раз выдохнула эльфийка.

— Уязвлённая гордость, она такая. — С виноватой улыбкой сказал Сал, потирая серебряную кисть. — Особенно у молодых.

— Говоришь так, будто сам уже поседел. — Беззлобно фыркнула девушка.

— Нет, именно поэтому я его прекрасно понимаю. Сам такой же дурак.

Луиджина закатила глаза, кивнула чему-то и сказала:

— Вызови ко мне казначея, а после иди к Ролану. Проследи, чтобы он не сбежал ночью.

— Я тайком запер дверь, а под окнами выставил стражу.

Императрица кивнула, отпустила локоть и направилась во дворец. За ней, по жесту Сала, на значительном удалении последовали трое стражей.

Глава 5

По обе стороны от дорожки из цветов выстроились послы и представители провинций. Ролан ощутил лёгкую дрожь в пояснице и коленях. Первый шаг дался с трудом, будто к ногам подцепили гирю размером с дворфа. Лепестки роз мягко прогнулись под подошвой, размазались в пахучую жижу. От концентрированного аромата закружилась голова.

— Подойди, Ролан, сын Мары. — Торжественно провозгласила Луиджина.

Тело повиновалось, прежде чем парень осознал смысл слов. Взгляды скрестились на нём, а атмосфера сгустилась до полной невыносимости. Внутренний голос вопит.

Беги! Нельзя подходить к ней! Беги! Нельзя подходить! Убеги, а потом, когда всё устаканится, извинись!

Ролан сцепил челюсти, поздно отступать. Представление ещё вчера пересекло точку невозврата. Императрица поднялась, исполненная холодного величия. Парень остановился в двух шагах от неё.