Вкус твоей любви (СИ) - Ских Рина

— Разумеется. И назовите свои имена, — скомандовала, уже не сомневаясь, что мой приказ тут же исполнят.

— Ланс, госпожа.

— Эран, госпожа.

Я лишь кивнула, неуверенная, что должна представляться. Впрочем, демоны от меня этого и не ждали, вежливо предложив пойти за ними. Вот и все, вскоре мы предстанем перед глазами их местной правительницы, и только тогда станет ясна наша дальнейшая судьба.

Мы шли дорогой инферно, которая возникала из ниоткуда и исчезала в никуда. Ланс и Эран держались на пару шагов впереди, показывая путь, повинуясь моему приказу — так я могла быть уверена, что они не нападут на нас сзади. Хоть опасности и не чувствовала, рисковать не хотелось.

Сама же вцепилась в руку Кайла, сжимая ее до побелевших костяшек пальцев. Мне казалось, что стоит только его отпустить — и все исчезнет, я снова останусь одна в том подвале рядом с окровавленным алтарем и телом Джоаны.

У меня было всего пару минут, чтобы осознать: каково это, жить без Кайла. И до того еще пара часов в сомнениях: мой он или нет. Пожалуй, впечатлений хватило на всю жизнь, и теперь мне просто страшно отпустить его.

Мои чувства сейчас будто находились за стеклом, куда пока не пробиться, но как только оно «разобьется», эмоции хлынут сплошным потоком, вогнав меня в истерику. И чем позже это произойдет, тем лучше. Пока же я держусь…

— Все будет хорошо, — прошептал Кайл на пределе слышимости.

Мои губы тронула грустная улыбка. Пусть мне тяжело улавливать эмоции демонов, путаясь в их оттенках, мой Кайл для меня был словно открытая книга. И я отчетливо распознавала малейшие нюансы.

— Врешь, — так же тихо ответила, позволив себе на несколько мгновений заблудиться в его небесно-голубых глазах.

— Вру. Но это не мешает мне надеяться и верить, правда?

Я оставила это замечание без ответа, сосредоточившись на окружающей обстановке. А посмотреть было на что.

Мы шли сначала по, казалось, бескрайней пустыне, куда ни глянь — простирались барханы темно-красного песка, который ветер то и дело швырял прямо в лицо, больно царапая кожу. Но при очередном шаге на едва заметную тропинку, змеившуюся под ногами, вдруг оказались в горах, пробираясь по все той же дороге вдоль обрыва. Еще пара минут пути — и мы уже на узком каменном мосту без поручней, а под нами свирепо плещутся потоки раскаленной лавы.

В инферно пейзаж постоянно менялся, словно пласты реальности накладывались друг на друга, или мы прыгали по порталам. Но я не чувствовала перехода. Создавалось впечатление, что этот мир живет сам по себе, не собираясь подчиняться общепринятым правилам, милостиво позволяя демонам использовать его территории.

Я постоянно чувствовала на себе взгляд чего-то древнего, могущественного, чужеродного. Откуда-то крепла уверенность, что лишь малейший толчок и по его желанию я просто перестану существовать. К счастью, оно лишь наблюдало и было древним настолько, что никаких желаний и эмоций уже не имело… Или же пока пребывало в полусне, не интересуясь делами смертных.

Пока шли, я осторожно спрашивала сопровождающих о рабском статусе в этом мире. Выяснила, что рабами считаются представители всех иных рас, в которых нет ни капли демонской крови, и подразделяются на «общедоступных» и «личных» — по сути, так же, как и в нашем мире, только никаких законов, защищающих жизни рабов, здесь нет. В отдельных доменах запрещено нарочно калечить и убивать, но и только.

Крепче сжала руку Кайла, теперь уж точно не собираясь отпускать его от себя. Заодно узнала, почему Эран и Ланс, озвучивая свое возможное наказание, назвали для каждого свое. Эран считался уже почти женатым мужчиной, его собиралась взять в свой гарем одна из жриц (знать бы еще, что это означает, но, судя по всему, весьма почетный статус), она бы, в случае чего, и провела его наказание, выпоров плетью. Лансу повело меньше — за него пока некому заступаться, и ему пришлось бы, рискуя жизнью, охранять границу жилой относительно безопасной территории домена от тварей пустоши.

Я хотела еще спросить о самих доменах, жрицах, верховных, путешествиях между мирами и прочем, но внезапно перед нами возникла стена огромного замка. И, понимая, что вскоре нам с Кайлом предстоит предстать перед лицом верховной, которая будет вершить нашу судьбу, задала вопрос о самом главном:

— Как определяют личный раб или общественный? Только по ауре? Это должен быть особый ритуал?

Демоны остановились, удивленно взглянув на меня и на Кайла.

— Не всегда есть время ставить печать на ауру, госпожа. Да и другие рабы не всегда могут их видеть. Основное различие простое: у общественных на шее ошейник, как у вашего… Простите, госпожа, — ответил Ланс и тут же осекся, вжав голову в плечи.

Я же, больше не мешкая, потянулась к ошейнику Кайла, пытаясь снять его. Остаточная магия этого артефакта куснула меня за пальцы, оставляя легкие ожоги, заставив выругаться, но я своего добилась — больше на шее моего любимого мальчика не было этой полоски. Я снова ненадолго зависла, всматриваясь в его глаза, засиявшие недоверием, изумлением, восторгом и чем-то еще таким, отчего сладко замирало сердце в груди…

Словно завороженный, он притянул мою руку к своему лицу и, не отрывая от меня взгляда, нежно прикоснулся губами к кончикам пальцев, словно пытаясь снять боль от гадского артефакта. Этот невинный жест сказал мне больше, чем можно было бы передать словами, сбивая мое дыхание, заставляя глаза увлажниться. И, может, это было лишь самовнушение, но боль на самом деле ушла, словно ее и не было…

— Госпожа, раб без ошейника — это беглый раб, — голос Ланса заставил меня вернуться в реальность.

— Так какого ты молчишь?! Что у личного раба? — я позволила своему раздражению проявиться в полной мере.

В ответ вновь ощутила эманации страха, исходящие от демонов. Похоже, гнева демонесс боятся не просто так.

— Простите, госпожа. У него должен быть кожаный браслет, зачарованный кровью его хозяина. Или хотя бы окропленный кровью, — быстро затараторил Эран.

Я тут же обмотала запястье Кайла ошейником, превратив его в некое подобие браслета. Решительно шагнув к Лансу, настороженно взиравшему на меня, повелительно протянула руку ладонью вверх.

— Твой меч, — бросила отрывисто.

Тот тут же выполнил приказ, чуть округлив от удивления глаза, но даже не попытался возразить. От демонов снова повеяло страхом. Не обращая на них внимания, крепко сжав рукоять, полоснула лезвием по другой ладони, чем вызвала судорожный слаженный вздох парней и волну возмущения и непонимания, пришедшую со стороны Кайла. Тут же окровавленной рукой крепко стиснула запястье Кайла, где теперь болтался переделанный в браслет ошейник. Чуть скривилась от неприятных ощущений от впивающихся прямо в рану твердых краев полоски кожи.

— Лана, — выдохнул Кайл полу сердито, явно собираясь начать спорить. Но я не дала ему такой возможности.

— Ты — мой, Кайл, слышишь? И всегда будешь моим, чего бы это ни стоило, — даже самой стало не по себе от того, насколько непреклонно и властно прозвучал мой голос.

Где-то в груди, там, откуда я черпала силы для своего дара и куда уходила потребляемая от эмоций энергия, что-то согласно шевельнулось, подтверждая правоту моих действий.

— Все? Теперь его можно считать моим личным рабом?

Эран и Ланс немного заторможено кивнули. От них все еще веяло нешуточным опасением, густо перемешенным со смирением и едва ли не обреченностью. Взгляды демонов все так же были прикованы к мечу в моей руке. Боятся, что я сейчас уберу их как свидетелей?

— Держи. Пойдем?

Получив обратно свой меч, Ланс, казалось, испугался еще больше, но сумел взять себя в руки.

— Д-да, нам туда… И, госпожа, вы, наверное, запамятовали… При демонах рабы должны стоять на коленях. Исключение — выполнение иного приказа, — выпалил он, собравшись с духом и чуть вжав голову в плечи, ожидая возмущения.

Я смерила его задумчивым взглядом. Если в этом мире спокойно процветает рабство, почему сами демоны также являются ущемленными? Насколько их положение отличается от положения рабов? И как в таком случае обстоят дела с рабынями? Насколько далеко простираются границы царившего здесь матриархата?