Связанные сном - Зимняя бабочка

Мальчик кивнул и сам прижался к ней в поисках тепла. Как она могла отказать ему?

Просидев так около часа, Яна даже не заметила, как начала напевать колыбельную, и каково же было её удивление, когда обнаружила, что её маленькая родственная душа уснула! Это же сон! Как можно уснуть во сне?

А затем она проснулась…

***

Это был не единственный сон с участием Ши Сюина. Он снился ей каждые 2–3 дня, и она начала привязываться к нему. Он был таким милым ребёнком! Его просто хотелось окружить заботой и баловать. Однако, как же быстро он рос… Пока для неё проходило пара дней, для него могли пройти недели.

— Шизун! — Ши Сюин посмотрел на неё яркими, словно солнце глазами.

Он начал называть её учителем, с тех пор, как она начала учить его ушу, читать и считать. Зная, что её мальчика бьют, она не могла сидеть сложа руки, поэтому решила научить его самообороне, а потом и грамоте, ну и математике заодно… Это было забавно. Яна никогда не думала, что будет кого-то обучать, но вот она здесь, а её родственная душа, словно утёнок повторял: «Шизун! Шизун!»

— Я правильно делаю, шизун?

Он стоял на одной ноге, с руками на поясе и поднятой ногой, согнутой в колене. Его позиция дулибу была ещё не идеальной, но Яна искренне похвалила его, немного поправляя корпус и опорную ногу, выпрямляя колено.

— Ты молодец, Сюин-эр.

— Шизун! Знаешь, я смог победить того идиота Лю!

— Сюин-эр, ты не должен так ругаться!

— Но ты ведь сама так его называешь, — обиженно протянул Ши Сюин.

— Я… Я… Я взрослая, мне можно! А ты ещё ребёнок!

Ох, Яна сама не верила в то, что говорила… Ши Сюин, судя по скептическому взгляду, тоже, однако возражать не стал.

— Итак? — Яна поиграла бровями, вызывая смех ребёнка. — Ты поставил на место этого засранца? Я надеюсь, он жрал землю и умалял о пощаде.

— Землю? — удивлённо пробормотал Ши Сюин. — Мне нужно было запихнуть ему в пасть землю? Я не знал…

— Это образно говоря, не обращай внимания, — затараторила Яна, ероша длинные волосы мальчика.

Его хвост радостно замахал из стороны в сторону, нарушая баланс, из-за чего он едва не завалился на бок.

Яна весело фыркнула и села в тень дерева, пока её маленькая родственная душа выполняла упражнения, которые она ему дала.

Мир снов был довольно странным местом, они могли создавать его по своему усмотрению, но чаще всего они выбирали полянку с маленьким ручейком. Здесь было очень светло и спокойно, было слышно даже пение птиц. Жаль, цветы ничем не пахли.

***

— Шизун, я нашёл работу у доброго гончара! Знаешь, кажется я ему даже немножечко нравлюсь!

Яна лаково улыбнулась и растрепала убранные в косу чёрные волосы. Сейчас они сидели в бамбуковом домике и решали задачки по математике. Яна пила безвкусный чай, просто, чтобы чем-нибудь себя занять.

— Это хорошая новость. Уверена, другим ты тоже понравишься, им просто нужно узнать тебя поближе.

— Ты правда так думаешь?

— Конечно.

Ши Сюин был таким упорным и старательным ребёнком. Однажды другие тоже заметят, какой он хорошенький. Как было бы хорошо, если бы он нашёл себе друзей!

***

— Шизун, я смог вырастить рис и соевые бобы! А ещё у меня расцвела слива! — золотые глаза в ожидании посмотрели на учителя, а хвост предвкушающе задребезжал.

— Ты молодец, Сюин-эр! — Яна потрепала детские щёчки и щёлкнула Ши Сюина по лбу. — Я рада, что советы из интернета помогли тебе.

Мальчик радостно улыбнулся и довольный собой занялся каллиграфией.

Как же легко сделать его счастливым…

***

«Шизун!»

***

«Шизун!»

***

«Шизун!!!»

***

Сколько бы времени не прошло, но Ши Сюин продолжал повторять, словно попугайчик: «Шизун!» Вообще-то Яна просила называть её по имени, но он упрямо повторял: «Я хочу относиться к тебе с должным уважением!»

Ши Сюин рос быстро и это очень волновало Яну. С момента их первой встречи для неё прошло только два месяца, а для него — несколько лет. Как скоро им придётся расстаться? Даже мысль об этом портила всё настроение. Она никогда не показывала ему свою метку, пряча золотую вязь иероглифов под кофтами с длинными рукавами. Ши Сюин же никогда не спрашивал об этом.

Яна не понимала, была ли судьба к ней благосклонна или жестока. Дать возможность узнать родственную душу, чтобы затем отнять её? Как-то это уже слишком. Нет?

— Сюин-эр, пообещай мне, что проживёшь счастливую, полную ярких воспоминаний жизнь.

— Шизун, почему это звучит так, словно ты прощаешься? — Ши Сюин нахмурился, а в золотых глазах промелькнуло беспокойство.

— Это не так. Но кто знает, когда сны прекратят связывать нас?

— Я… Шизун, почему ты не можешь прийти ко мне? — надулся ребёнок, а на его глазах выступили слёзы.

Право слово, он такой чувствительный…

— Если бы это было в моих силах, я бы так и сделала, глупыш. Но я родилась гораздо позже тебя и, возможно, даже не в твоём мире. У нас нет никаких цилиней, только в сказках.

— Это нечестно! Тогда я сам найду тебя!

Ши Сюин подбежал к ней и заключил в неуклюжие объятия.

Яна только рассмеялась и шутя ответила:

— Что же, тогда я полагаюсь на тебя.

***

Время бежало и не останавливалось. Приближались экзамены, а Ши Сюину было уже шестнадцать лет. Лена, знавшая о странных снах подруги, беспокоилась и даже предлагала сходить к психотерапевту. На всякий случай. Яна на такое только фыркала и с нетерпением ждала ночи. Это было не нормально, но она ничего не могла поделать.

Ши Сюин уже перерос её и даже начал побеждать в спаррингах. Он становился красивым юношей, а она была всё той же. Единственное, что оставалось неизменным, так это восхищённое: «Шизун!»

Она учила его, чему могла, и это помогало учиться ей самой. Ши Сюин был очень послушным и старательным учеником. Он всё схватывал на лету. Яна считала его гением…

— Я всё решил. Разве я не заслуживаю награды? — лукавая улыбка украшала юношеское лицо.

Мимо них пролетали красивые бабочки, а на небе красовался алый закат. Они сидели на мягкой траве, а перед ними стоял маленький стол, заваленный свитками и кисточками, которые не нуждались в чернилах.

— Шизун, ты обещала!

— Да-да, — покачала головой Яна и притянула Ши Сюина в объятия.

Этот мальчишка из милого, робкого ребёнка вырос в бесстыдного наглеца. Он был липким, словно карамель и никогда не отпускал возможность зарыться в её объятия. Но с другой стороны…