Диана и Чарльз. Одинокая принцесса любит принца… - Софья Бенуа

Среди поклонников девушки оказался Джон, старший сын седьмого графа Спенсера, конюший Георга VI виконт Элторп. Возможно, он и не обратил бы внимания на пятнадцатилетнюю экзальтированную малышку, если бы не ее властная мать леди Рут Фермой, сразу же поставившая цель заполучить Джона в зятья. Она сделала все, чтобы в мужчине проснулся интерес к ее дочери: подстраивала «случайные» свидания, находила у них общие интересы, подсовывала милые подарки якобы от лица Фрэнсис…

Виконт Элторп, вне всякого сомнений, был выгодной партией для симпатичной младшей дочери барона Фермоя. А вскоре он уверовал, что Фрэнсис очаровательная девушка, без которой ему не жить.

И вот через несколько месяцев после того, как Фрэнсис исполнилось семнадцать лет, Джонни объявил о разрыве со своей невестой леди Анной Коук и помолвке с Фрэнсис Роше Фермой. В июне 1954-го в Вестминстерском аббатстве состоялась брачная церемония, на которой присутствовало почти 2000 гостей, и среди них королева Елизавета II с супругом принцем Филиппом, герцогом Эдинбургским.

О таком женихе, как Джонни, мечтали мамаши многих семейств. Еще бы – старший сын графа Спенсера, наследник тринадцати тысяч акров в графствах Нортхемптоншир, Уорикшир и Норфолк, владелец фамильного замка Элторп-хаус, напичканного бесценными творениями искусства!

Британцы, кичащиеся своими родословными, никогда не преминут подчеркнуть свое превосходство над другими. Свой большой плюс имелся и у Спенсеров. Оказывается, и как сообщает нам автор книги «Диана: одинокая принцесса» Д. Медведев, «Первые упоминания о Спенсерах появились за 250 лет до прихода знаменитой Ганноверской династии, начало которой положил в 1714 году король Георг I, и за 430 лет до воцарения ныне правящей династии Виндзоров (до 1917 года – Саксен-Кобург-Готская).

Спенсеры не просто служили монархии, они входили в число ее творцов. Они ссужали деньги королю Якову I, способствовали падению его внука Якова II и возведению на престол Георга I. Они не раз роднились с королевскими династиями и знаменитыми фамилиями Соединенного Королевства.

В результате генеалогических хитросплетений Диана была дальней родственницей премьер-министра Великобритании сэра Уинстона Черчилля, семи президентов США, включая Джорджа Вашингтона и Франклина Рузвельта, а также – что совсем уж удивительно! – одиннадцатиюродной кузиной своего собственного мужа, принца Чарльза».

Свадьба родителей Дианы в июне 1954 года

Впрочем, на отдельных сайтах[1] можно найти и более обширную информацию о родословной леди Ди, причем среди ее древних родичей присутствуют: Рюрик Новгородский; Игорь Киевский; Святослав Киевский; князь Киевский Владимир Великий; дочь князя Владимира, жена польского короля Болеслава Храброго Мария Добронега; а также многие и многие знаменитые представители знатных герцогских и графских фамилий Баварии, Богемии, Австрии и Англии, будто бы составивших одно сильно разветвленное родословное древо. В подобный расклад легко вписывается новомодная теория о том, что миром правят представители одних и тех же семей, причем отдельные исследователи видят в этом всепланетарный заговор, масонский план и даже… заговор рептилий[2].

Популярная у пользователей Интернета Википедия сообщает, что Диана «родилась 1 июля 1961 г. в Сандрингеме, Норфолк, в семье Джона Спенсера. Ее отец был виконтом Элторпа, представителем ветви того же семейства Спенсер-Черчиллей, что и герцог Мальборо, и Уинстон Черчилль. Предки Дианы по отцовской линии были носителями королевской крови через незаконнорожденных сыновей короля Карла II и незаконнорожденную дочь его брата и преемника, короля Якова II. Графы Спенсеры издавна проживали в самом центре Лондона, в Спенсер-хаузе».

Несмотря на заниженную самооценку представительницы рода Спенсеров Дианы, самооценка всего этого сильного рода была принципиально высокой, что подтверждалось и девизом на гербе: «Бог хранит правых». И британский истеблишмент уважительно относился к претензиям Спенсеров «на правоту» и некоторую избранность.

Отец Дианы Джон Элторп имел благородное происхождение, но в отличие от своих собратьев по традиционно чопорному британскому обществу, был открытым человеком, предпочитая показывать свои эмоции, нежели их скрывать. Его друг, лорд Сент-Джон Фоусли, уверял, что Джон не боялся открыто говорить о своих чувствах и предпочитал жить полной жизнью. О своем отце-виконте так говорила его старшая дочь Сара:

– У отца было врожденное умение находить путь к человеческим сердцам. Если он с кем-то разговаривал, его по-настоящему начинали увлекать чувства собеседника. Он умел любить людей! Не думаю, что этому качеству можно научиться: оно либо у вас есть от рождения, либо его нет…

Такой характер сформировался у Джона как своего рода противоположность характеру отца – консервативного и деспотичного виконта Джека Спенсера, пренебрегавшего каждым, кто оказывался ниже его по сословной касте. Тот даже со своими слугами изъяснялся жестами, презренно поджимая губы. Не удивительно, что этого грузного и грубого человека боялись многие, в том числе и его сын.

В силу своего мягкого характера и излишней открытости Джон тянулся к сильным женщинам; именно такой – уверенной и волевой – оказалась Фрэнсис. Одна из его родственниц откровенничала:

– Джонни обожает общаться с сильными и волевыми леди. Возникает ощущение, что они для него настоящий тоник.

Джек Спенсер, удушающий любую инициативу своего сына, делающий его зависимым во всем, сразу же невзлюбил молодую невестку. Понятное дело, Фрэнсис отплатила Джеку той же монетой. Более того, она не только возненавидела свекра, но и презрительно отнеслась к его любимому, оберегаемому и лелеемому детищу – родовому замку Элторп. Молодая женщина открыто заявляла:

– Замок наводит гнетущую тоску, словно ты всегда пребываешь в музее, закрытом после ухода очередных посетителей.

Оберегая свои силы для решающей борьбы с невесткой, свекор предупредил, что ожидает первенца, которому он сможет передать титул (девочки в британском обществе титул не наследуют). Через девять месяцев после свадьбы на свет появился первый ребенок – дочь Сара, которую счастливая молодая мать тут же окрестила «ребенком медового месяца».

Граф Спенсер, распорядившийся накануне родов подготовить в Элторпе хворост для будущих праздничных костров в честь появления внука, в гневе приказал свернуть все до лучших времен.

Через два года Фрэнсис родила второго ребенка, и вновь то была девочка. Ей дали имя Джейн. 12 января 1960 года в семье виконта Элторпа наконец-то родился мальчик Джон, чья жизнь продлилась всего одиннадцать часов. Как выяснилось, у малыша была дисфункция легкого, что фактически лишало его шансов выжить.